Рида Скифф – Песнь о Красном Ниле. Тепло души. (страница 17)
«Пускай все смотрят. Я не знаю, что меня ждёт в Фивах, поэтому пока я здесь, я буду свободной. Перед смертью не надышишься, но я попытаюсь».
Эва развернулась в сторону эпистата. Некоторые из охотников не сводили пристального взгляда с Эвы, но юная шезму их не замечала, она смотрела только на него. На того, кто нес смерть подобным ей. Почему тогда она намеренно привлекала к себе его внимание? Эвтида не могла объяснить. Но все то, что происходило, ей безумно нравилось: его хищный недовольный взгляд, напряжённая поза, хмурая складка меж бровей. Он следил за каждым ее движением, не замечая, что неферут, сидевшая у него на ноге, что-то шептала на ухо.
Мужчина раздраженно отдернулся в сторону и приказал жестом ей уйти.
Девушка обижено поспешила скрыться.
«Так-то!»
Она продолжала свой завораживающий танец. Эвтида танцевала только для Амена, также как Дия танцевала только для Исмана.
Посмотрев на подругу, Эва заметила, что та уже не стояла сконфуженно, а уверенно и плавно двигалась под музыку, глядя в сторону парня. Исман же смотрел на Дию и искренне любовался ей.
За долгое время на душе Эвы стало радостно. И нет, это не из-за выпитого хека.
Она подхватила Дию за руки, и подруги вдвоем закружились, звонко смеясь.
— Да, девочка, вот так! — ободряюще выкрикнула Эвтида.
Они протанцевали ещё какое-то время и вышли из круга. Дия направилась к Исману, а Эвтида пошла в сторону своей кружки с пивом.
«Выдохлась, хоть бы немного горло смочить».
Как только она поднесла напиток к губам, за спиной раздалось строгое:
— Тебе на сегодня хватит.
Амен.
Она знала, что он подойдет к ней.
Девушка уверенно развернулась. Не смотря на недовольный взгляд эпистата, Эвтида сделала пару уверенных и вызывающих глотков пива.
Мужчина угрожающе шагнул к ней.
— Не зли меня, неферут. Завтра я не буду кортеж останавливать из-за тебя, если дурно сделается, брошу в пустыне.
— Тогда сделай это, господин, не далеко от Гермополя, чтобы пешком смогла домой вернуться, — Эва снова поднесла кружку к губам, но ее руку перехватила большая мужская ладонь.
Амен подошёл к девушке в плотную и пригвоздил ее руку с пивом к столешнице, второй рукой опёрся о стол рядом с талией Эвтиды, почти касаясь ее.
Юная шезму ахнула от неожиданно сократившегося расстояния. Охотник возвышался над ней неприступной скалой, такой сильный и опасный, но его рука, лежавшая поверх тонкой кисти, была нежна и аккуратна.
— Дрожишь, неферут? — Амен склонился к Эве, расстягивая губы в оскале. — куда подевалась спесь?
«От него так вкусно пахнет, — Эва стушевались, — а от меня несёт, наверное, как от пьяницы. Хотя нет запаха прекрасней, чем свежесваренный хек».
Девушка осмелела и подняла взгляд на охотника.
— Почему только ко мне придираешься, господи? Проследил бы лучше за той нерасторопной, что тебя речами своими утомила.
Эва постаралась высвободить руку, но эпистат не позволил.
Сделал шаг ближе.
Слабого вдоха хватило бы, чтобы Эва коснулась грудью охотника. Поэтому она затаила дыхание.
Амен выгнул бровь и довольно хмыкнул.
— Меня интересуют только члены моего отряда.
Но в отряде ли дело?
Амен еще раз посмотрел на Эву и отпустил ее, окинул оценивающим взглядом. Он уже давно заметил, что девушка носила дорогие ткани и хорошие украшения, у девочки определенно был вкус.
— Эва, — к ней подоспел Исман. — пошли я вас провожу с Дией до комнаты. Господин эпистат, — парень с почтением кивнул мужчине. Тот ответил сдержанным кивком.
— Верно мыслишь. Проследи, чтобы сестра в комнату вошла, а то, как я знаю, она любит погулять по ночам, — Амен кинул последний взгляд на Эву. — на рассвете выезжаем.
Ушел.
Эва, все еще чувствовавшая тепло рук эпистата, проводила охотника презрительным взглядом.
Грудь сжималась не то от смущения, не то от ненависти, от чувства безусходности или полного обречения.
Верховный эпистат определенно вызывал в юной душе ворох противоречивых чувств.
«Сожри тебя Апоп».
Не дожидаясь друзей девушка быстрым шагом направилась в сторону храма.
Эвтида стояла со своими вещами под палящим солнцем. Перед отъездом она встала пораньше и минут тридцать отмокала в купели, пытаясь смыть с себя вчерашний день и привести мысли в порядок.
Их перепалка с эпистатом, его странные взгляды и действия выбивали Эву из колеи. Она не понимала его мотивов и из-за этого все становилось еще более запутанным.
«Великий, Ра!», — девушка прикрыла глаза и вспомнила, как вчера дерзила ему и с вызовом смотрела в его небесно-голубые, вечно подозрительные глаза. Вспомнила, как его сильная, теплая рука, сжимала ее кисть. Он не делал ей больно, но крепкая хватка говорила о полной власти над девушкой.
Эва отмахнулась от противоречивых мыслей, которые эпистат вызывал в ней, и вгляделась в собравшихся. Почти все расселись по повозкам, кроме нее. Эвтида двинулась к свободной, но заметила девушку, стоявшую рядом с колесницей и весело беседовавшей с одним из охотников.
«Это же… — Эва резко отвернулась и пошла в противоположную сторону, — Феоноя, что она здесь забыла? Пощади меня, Сет».
Юная шезму встала на свое прежнее место и крепко задумалась.
«Что она забыла в Фивах? Едет к своему дружку? Но если я оборвала нить, то она не должна к нему ничего испытывать, если только…», — Эва не успела закончить мысль.
— Почему еще не в повозке? — раздался грубый мужской голос.
Эва вздрогнула и обернулась.
«Конечно, кто еще будет со спины подкрадываться?»
На нее со всей строгостью смотрел эпистат. На мужчине была накидка, в которой Эвтида видела его в первый день приезда отряда.
«От солнца прячется? Хотя с его белой кожей я бы вообще только по ночам передвигалась».
— Что, уже не такая разговорчивая? — охотник выгнул бровь и сложил руки на груди.
Эва стыдливо опустила голову.
— Я не нашла свободной повозки, — еле слышно ответила она на первый вопрос Амена.
Мужчина снова нахмурился и подозвал к себе уже знакомого Эвтиде охотника, который остановил ее ночью, когда она шла на встречу с Феоноей.
— Тизиан, куда определили Эвтиду из храма Тота?
Тишина.
Амен перевел недовольный взгляд на помощника, заинтересовано рассматривавшего Эву. Та, в свою очередь, мило улыбалась ему в ответ.
— Тизиан! — эпистат повысил голос, привлекая внимание охотника. Тот проморгался и стал листать свитки со списком.
В это время к Эве бросился ее новый друг, Омфис. Подбежав к девушке, он довольно высунул язык и стал с обожанием смотреть на хозяйку. Эвтида склонилась над псом и ласково потрепала его по шерсти.
— Иди к Исману, дружок, мне самой негде ехать.
Пес, получив свою порцию ласки, побежал в сторону второго хозяина.