Ричард Сэпир – Верховная жрица (страница 28)

– Вы слышали голос?

– Иногда я слышу его в себе. Иногда говорю им сам.

– Потому вы и пришли?

– Вы знаете, Смитти, в какую чушь верит Чиун. К примеру, в эти легенды о Шиве.

– Чиун объяснил мне.

– Но ведь это всего лишь суеверие?

Смит заколебался. Однажды он видел Уильямса в состоянии одержимости или транса. Шеф понимал, что Римо обладает физической подготовкой, изрядно превосходящей подготовку величайших атлетов и бойцов, которых ему доводилось знать. Но Римо, который говорил не своим голосом, ничем не походил на обыкновенного человека и проявлял способности, не объяснимые даже превосходным знанием Синанджу.

– Вы можете определить, что такое суеверие? – вопросом на вопрос ответил Смит. Римо отвернулся от окна.

– Не хитрите со мной, шеф. Разве вы верите в сверхъестественное?

– Я вообще ни во что не верю, – строго отрезал Смит – Но с тех пор, как я впервые повстречался с мастером Синанджу, мой естественный скептицизм дал некоторые трещины. Тем не менее, я предпочитаю не говорить о том, что не могу убедительно объяснить.

– Я говорю не о Синанджу, я говорю, – тут Римо взмахнул рукой, – об этой дурацкой истории со Скуирелли Чикейн!

Смит откинулся на спинку кресла.

– Я не верю в перевоплощения, если вы именно это имеете в виду.

Уильямс неожиданно приблизился к стулу, уперся руками в столешницу и подался вперед чуть ли не к самому лицу шефа.

– Смитти, у вас тут полным-полно специалистов. Может ли быть какое-либо объяснение голосу, который я слышу?

Смит на мгновение задумался.

– Да. В психиатрии такое состояние называют «временной амнезией». На какое-то время происходит подмена личности пациента, который говорит и действует, как совершенно другой человек. Не знаю, применимо ли это в вашем случае.

– В моем случае?! Я ведь не болен.

– Вы сами сказали, что слышите голоса.

– Говорю я сам. Или мое горло.

– Вы хотели бы проконсультироваться у психиатра, Римо?

– Да. Нет.

– Так как же прикажете вас понимать?

– Я предпочел бы обойтись без всего этого метафизического вздора. Но хорошо бы, кто-нибудь взялся объяснить мне все это.

– Возможно, доктор Герлинг мог бы пролить свет на то, что с вами творится.

– Одну минутку, я подумаю... О'кей! Если я уклонился в сторону от своего пути, я отнюдь не спешу выяснить, как это произошло.

– Что, если я просто объясню ему ситуацию и сообщу вам его мнение?

– О'кей, согласен.

– Хорошо, – подытожил Харолд В. Смит. – Что-нибудь еще?

В ящике стола послышался телефонный звонок. Смит выдвинул ящик, вынул оттуда стандартный настольный телефон цвета пожарной машины и поднял трубку. Наборного диска на телефоне не было.

– Слушаю, мистер Президент, – откашлявшись, произнес шеф.

Римо отвернулся со скучающим видом, но уши его уловили каждое слово, произнесенное Президентом Соединенных Штатов по прямой линии.

– Как поживаете, доктор Смит? – спросил Президент своим хрипловатым и по-домашнему приятным голосом.

– Хорошо, мистер Президент, – ответил тот, едва заметно нетерпеливым тоном выказывая свое недовольство пустым обменом любезностями. На какое-то время на телефонной линии Фолкрофт – Белый дом воцарилось молчание.

– Рад это слышать, Смит. Мне нужна ваша помощь.

– Вам понадобятся мои люди? – тотчас среагировал шеф разведки.

– И да, и нет, – как-то неуверенно произнес Президент.

– Так да или нет?

Римо жестом подстегнул шефа побыстрее выведать у Президента, что ему надо.

Смит проигнорировал этот жест.

– Не знаю, читали ли вы... мне не очень хочется затрагивать этот вопрос – о Скуирелли Чикейн.

– Да, – подтвердил Смит.

– Она подруга моей жены, которая, как вы, вероятно, слышали, назначила себя главой президентской комиссии по сохранению независимости Тибета и полна решимости поехать в Тибет и осуществить свой замысел.

– Кто – Первая леди или Скуирелли Чикейн?

– Скуирелли. Когда вдруг всплыл этот нелепейшей вопрос, кому быть ламой, Первая леди назначила ее особой посланницей нашей страны. Что до меня, то я не верю во всю эту новомодную чушь – кстати, и Первая леди не верит тоже. Но как я уже сказал, они со Скуирелли подруги.

Смит нахмурил свой серый лоб.

– Я не совсем вас понимаю.

– Моя жена попросила китайское правительство ускорить выдачу визы Скуирелли Чикейн для поездки в Тибет.

– Вы, конечно же, сознаете, мистер Президент, возможные последствия этого шага.

– Мы не можем ее остановить. Вернее, их обеих: ни ту, ни другую. А Скуирелли вольна ехать, куда захочет.

– Да, но ее присутствие в Тибете может привести к открытому восстанию.

– Восстание вспыхнуло и без нее.

– Пока только в Лхасе, в сельской же местности относительно спокойно. Появление столь легкомысленной и непредсказуемой особы, как мисс Чикейн...

– «Непредсказуемая» – весьма точное определение, – кисло произнес Президент. – Мне ясна вся серьезность обстановки, но, как я уже сказал, актриса полна решимости ехать в Тибет, а Первая леди теперь проявляет особый интерес к тому, что там делается. Я знаю, что не вправе давать вам задания, Смит. Могу только предлагать.

– Вы хотите, чтобы мы создали группу сопровождения, таким, однако, образом, чтобы избежать каких-либо порицаний исполнительной власти в адрес КЮРЕ?

– И подчеркиваю, что отнюдь не настаиваю. – Президент понизил голос, как бы опасаясь, что их могут подслушать. Теперь он говорил тихо, скорее даже вкрадчиво: – Вы не могли бы послать ваших людей для сопровождения Скуирелли?

Харолд В. Смит уставился куда-то вдаль, в пространство. На его физиономии сохранялось все то же кислое выражение.

Римо приблизился к нему, ребром ладони провел по горлу и энергично замотал головой. Смит по-прежнему его игнорировал. У него – и только у него – было право принимать или отклонять задания Президента.

– Но, мистер Президент, это никоим образом не входит в круг обязанностей КЮРЕ!

– Очень жаль, что вы так настроены, – печально отозвался Президент.

– Дело не в моем настроении. Таковы реалии. То, что происходит в Тибете, не имеет прямого касательства к безопасности Соединенных Штатов. Но если мисс Чикейн отправится в Тибет, не исключено, что в наших отношениях с Китаем наметится трещина. Я могу только посоветовать вам запретить ей выезд. Прочее оставляю на ваше усмотрение.

– Если б я только мог решать...

– Но вы же можете! В конце концов вы ведь Президент Соединенных Штатов.

– Вы не знаете моей жены, сопрезидента.

– Мистер Президент, – менторским тоном заявил Смит. – Американский народ не выбирал сопрезидента. У нас нет такой конституционной должности. Только Президент и Вице-президент. А ваша жена – только ваша жена, а отнюдь не официальное лицо.