Ричард Осман – Ловушка для дьявола (страница 4)
Расскажу подробно о подарках, которые мы подарили друг другу.
Элизабет – Джойс: спа для ног. Тот самый, который рекламируют по телевизору. Сейчас я, кстати, в нем. Во всяком случае, мои ноги.
Джойс – Элизабет: подарочные сертификаты в магазин «Маркс и Спенсер».
Элизабет – Рону: виски.
Ибрагим – Рону: автобиографию футболиста, о котором я никогда прежде не слыхала. Но это точно не Дэвид Бекхэм и не Гари Линекер.
Рон – Элизабет: виски.
Джойс – Рону: подарочные сертификаты в магазин «Маркс и Спенсер».
Ибрагим – Элизабет: книгу под названием «Тест на психопатию: путешествие по индустрии безумия».
Элизабет – Ибрагиму: картину с видом Каира, от которой Ибрагим прослезился. Видимо, когда-то у них состоялся разговор, в котором я не участвовала.
Джойс – Ибрагиму: подарочные сертификаты в магазин «Маркс и Спенсер». И это после подарка Элизабет! В тот момент я почувствовала, что могла бы придумать что-нибудь и получше.
Ибрагим – Джойс: подарочные сертификаты в магазин «Маркс и Спенсер». Фу-у!
Рон – Джойс: «Камасутру». Очень смешно, Рон.
Ибрагим – Алану: пищащий телефон.
Алан – Ибрагиму: глиняную табличку с отпечатком лапы Алана. Ибрагим снова расплакался. Да!
Рон – Ибрагиму: бутафорскую статуэтку «Оскар» с надписью «Моему лучшему другу». Что вывело всех нас из себя.
Мы выпили и немного попели. Кстати, Элизабет не знает слов песни «На прошлое Рождество» – вы можете себе представить? Впрочем, оказалось, что я не знаю «В суровую зиму». Затем мы около двадцати минут слушали выступление Рона против монархии, после чего разошлись по домам.
Вернувшись домой, я распаковала подарок, присланный мне Донной, что было очень мило с ее стороны, – я даже не знаю, сколько зарабатывают констебли полиции. Внутри оказалась маленькая бронзовая собачка, которая, если прищуриться, слегка похожа на Алана. Она купила ее в магазине «Сувениры Кемптауна» в Брайтоне. Магазин принадлежит другу Стефана Калдешу, который помог нам в последнем деле. Наверное, стоит съездить туда как-нибудь, ведь теперь мне нужно подарить что-то Донне в ответ. Люблю, когда есть для кого делать покупки.
Короче говоря, День подарков в целом удался, и сейчас я собираюсь заснуть под фильм с Джуди Денч. Не хватает только Джерри, опустошающего жестяную банку конфет-ассорти «Кволити Стрит» и кидающего обертки в ту же банку. Тогда меня это ужасно раздражало, но теперь я отдала бы все, лишь бы еще раз пережить те дни. Джерри любил конфеты с начинками «Клубничное наслаждение» и «Апельсиновый крем», мне же больше всего нравились ириски «Пенни». И это – хотите верьте, хотите нет – настоящий рецепт счастливого брака.
Джоанна крепко обняла меня перед уходом и сказала, что очень меня любит. Возможно, она не права насчет индейки и крекеров, но свои козыри в рукаве у нее имеются. В чем секрет Рождества? Он прост: неправильное в этот день кажется хуже, а все, что правильно, становится только лучше.
У меня есть любимые друзья и любимая дочь. Муж покинул меня, и его глупой улыбки больше нет.
Я чувствую желание за что-нибудь выпить, и, полагаю, тост за то, чтобы в следующем году не было убийств, придется как нельзя кстати.
Глава 4
Калдеш Шарма рад, что Рождество закончилось. И рад вернуться в магазин. Множество других небольших предприятий в его районе еще закрыты, но Калдеш открыл свои «Сувениры Кемптауна» рано утром 27 декабря.
Для магазина он, как всегда, приоделся. Фиолетовый костюм, кремовая шелковая рубашка. Желтые парадные туфли. Работать в магазине – все равно что играть в театре. Калдеш смотрит на себя в старинное зеркало, одобрительно кивает и делает небольшой поклон.
Интересно, кто-нибудь зайдет? Наверное, нет. Кому понадобится фарфоровая статуэтка в стиле ар-деко или серебряный нож для вскрытия писем через два дня после Рождества? Никому. Однако Калдеш мог бы заняться наведением порядка, попереставлять антиквариат туда-сюда, порыскать по онлайн-аукционам. В принципе здесь всегда есть чем заняться. Рождество и День подарков тянутся очень долго, когда вы одни. Вы прочитаете столько книг и заварите столько чашек чая, сколько вообще возможно, но рано или поздно на вас все равно навалится одиночество. Вы можете вдыхать его, можете выплакать, а часы будут тикать медленно-медленно, пока вам не позволят уснуть. Он даже не стал принаряжаться на Рождество. Для кого ему наряжаться?
Хозяйственный магазин напротив открыт. Большой Дэйв, который им управляет, в октябре потерял жену – она умерла от рака. Еще открыта кофейня, расположенная ниже по улице. Кофейня принадлежит молодой вдове.
Калдеш потягивает капучино в подсобном помещении своего магазина. Он отпер двери всего несколько минут назад, и звон колокольчика застает его врасплох.
Кто зашел к нему в такой час, в такой день?
Он тяжело встает со стула. Если раньше на это хватало коленей, то теперь приходится поднимать себя руками. Он выходит через дверь подсобки в магазин и видит хорошо одетого крепкого мужчину лет сорока. Калдеш кивает, после чего отводит взгляд, пытаясь найти что-нибудь такое, чем он мог быть сейчас занят.
На незнакомого посетителя надо бросать лишь
Впрочем, об этом конкретном клиенте беспокоиться нет нужды. Он не покупатель, он продавец. Коротко стриженные волосы, загар, зубы, слишком белые для его лица, но это, кажется, сейчас модно. В руке посетитель держит кожаную сумку, которая выглядит дороже, чем что угодно в магазине Калдеша.
– Вы тот, кому принадлежит магазин?
Шотландский акцент. Дерзкий. Угрожающий? Пожалуй, слегка, однако ничего такого, что напугало бы Калдеша. Он предчувствует: что бы ни лежало в этой дорогой сумке, ему будет интересно. Незаконно, конечно, зато интересно. Видите, чего бы он лишился, если бы остался сидеть дома?
– Я Калдеш, – говорит он. – Надеюсь, вы хорошо провели Рождество?
– Идеально, – отвечает мужчина. – Я продавец. У меня для вас шкатулочка. Очень декоративная.
Калдеш кивает, уже понимая, о чем речь. На самом деле он не занимается подобным, но, возможно, все «специализированные» заведения не работают до Нового года? И все же не стоит сдаваться без боя.
– Боюсь, я не скупаю вещи, – говорит он. – Ни для чего не осталось места – сначала нужно разгрести завалы. Кстати, вы не хотели бы приобрести викторианский ломберный стол?
Но мужчина его не слушает. Он осторожно ставит сумку на прилавок и наполовину ее расстегивает.
– Неказистая, зато терракотовая, как раз для вас.
– Она проделала долгий путь, верно? – спрашивает Калдеш, заглядывая в сумку.
Шкатулочка темная и тусклая, под слоем грязи видна какая-то резьба.
Мужчина пожимает плечами:
– Как и все мы. Давайте пятьдесят фунтов, а завтра рано утром сюда придет парень и выкупит ее у вас за пятьсот.
Есть ли смысл вступать в дискуссию? Спорить с этим человеком? Пытаться его выпроводить? Наверное, нет. Они уже выбрали магазин Калдеша, и это никак не изменить. Придется отдать мужчине его полсотни, спрятать сумку под прилавок и утром отдать, а ночью постараться не утратить сон, думая о том, что в действительности лежит внутри. Дела, бывает, делаются и вот так. Лучше всего будет послушаться.
Или послушаться, или в витрину прилетит зажигательная бомба.
Калдеш берет из кассы три десятки и одну двадцатку, протягивает их мужчине, и тот быстро засовывает купюры поглубже в карман пальто.
– Не похоже, чтобы вы нуждались в этих пятидесяти фунтах.
Мужчина смеется:
– Не похоже, что вам нужны пятьсот, но мы оба здесь.
– На вас прекрасное пальто, – говорит Калдеш.
– Спасибо, – отвечает мужчина, – это «Том Суини»[6]. Я уверен, вы уже догадались и сами, но, если эта сумка попадет не в те руки, вас убьют.
– Я понимаю, – подтверждает Калдеш. – Кстати, что в шкатулочке? Только между нами…
– Ничего, – пожимает плечами мужчина. – Это просто старинная шкатулка.
Он снова смеется, и в этот раз Калдеш к нему присоединяется.
– Что ж, желаю удачи, молодой человек, – говорит Калдеш. – На углу Блейкер-стрит сидит бездомная женщина, которая могла бы по достоинству оценить эти пятьдесят фунтов.
Мужчина кивает и со словами «Не открывайте сумку» исчезает за дверью.
– Спасибо, что зашли, – отзывается Калдеш, замечая, что мужчина направился вниз к Блейкер-стрит. В противоположную сторону проезжает курьер на мотоцикле.
Интересное начало утра, но в этом бизнесе часто происходит что-нибудь интересное. Недавно Калдеш вместе со своим другом Стефаном и его женой Элизабет участвовал в розыске редких книг и поимке убийцы. Подумать только, Элизабет руководит Клубом убийств!
Завтра шкатулочка перейдет в новые руки, и эта страница жизни будет перевернута. Всего лишь один из многих эпизодов, которые случаются в области торговли, изначально небезгрешной.
Безделушки и проблемы – в этом суть антикварного бизнеса.
Калдеш ставит сумку на прилавок и снова ее расстегивает. Небольшая шкатулка не лишена своеобразного очарования, но это не та вещь, которую он смог бы продать. Он трясет ею. Внутри определенно что-то есть. Кокаин или героин, скорее всего. Калдеш отскребает немного грязи от крышки. Ну и сколько может стоить эта никчемная на первый взгляд коробочка? Наверняка больше пятисот фунтов стерлингов.