Ричард Морган – Сломанные ангелы (страница 36)
Я очнулся.
В носу еще стояла щелочная вонь, а живот оказался сплошь залитым свежайшей спермой. Яички гудели так, словно по ним прошлись ботинками. Над головой слабо светился экран дисплея, и лишь в самом его углу мерцал отсчет времени: в реальности прошло всего две минуты.
Я сел, не соображая почти ничего.
– Мать… твою… уф-ф…
Я с трудом продрал горло и огляделся. Откуда-то появилась целая пачка салфеток. Кажется, оборудование заранее знало мои потребности. Набрав в пригоршню обтирочного материала, я вытерся, что называется, "с головы до ног", смахнув с себя все. Кажется, все.
Блядская виртуальность или реальность… Ощущения не желали отпускать меня.
Потому что я еще помнил… Помнил, как мы трахались в нижнем бассейне, медленно погружаясь в воду. Когда Таню оставил ее страх. Или, вернее сказать, мандраж.
Потому что помнил: второй раз мы занимались сексом на пляже.
И потому, что мы любили друг друга еще один раз, находясь в меню выгрузки, как будто в последний… Самый последний…
В последний раз?
Захватив в руку еще салфеток, я вытер лицо и глаза. Медленно одевшись, вернул на место "умный" ствол со всей упряжью и вздрогнул, когда нечаянно задел оружием натруженный член. Обнаружив на стене зеркало, я уставился на свое отражение, стараясь упорядочить все происшедшие за последнее время пертурбации.
Психологический опыт Посланника.
В отношении Вордени я применил это средство, даже не задумываясь. И в настоящее время она в относительном порядке. Что, собственно, и требовалось доказать. Зависимость, проявлявшая себя как психологическая травма, оказалась не более чем побочным эффектом.
И что с того? Такое никогда не было важным. Не имело значения для обычной практики Посланника. На войне как на войне, и нам хватало, о чем беспокоиться. Как правило, к моменту, когда проблема становилась более или менее очевидной, нас вообще не могло быть рядом. И чего не случалось никогда, так это восстановительного лечения, какое Вордени сама себе прописала. И которое прошла.
Я не мог представить, как это скажется.
Не имел понятия, было ли такое прежде. Никогда. Не видел. Ничего. Подобного.
Я не знал, что за чувство она пробудила во мне. В ответ.
И я не мог найти ответ, просто глядя в зеркало.
Вместо этого… Стоя перед зеркалом, я изобразил недоумение, затем ухмылку – и вышел в общий зал, оказавшись в предзакатном полумраке. Вордени ждала снаружи, возле одной из оздоровительных конструкций и…
Эта мысль прохромала, скрипя, сквозь размякшие от виртуальных упражнений нервные окончания, оставшись болезненно вялой, и сразу после этого я обнаружил ствол лазера, проекция которого нарисовалась на полу в самой непосредственной близости от моего затылка.
– Здравствуй, браток. Думаю, ты не хочешь делать резких движений.
Странный акцент. В нем звучали экваториальный надрыв и вместе с тем некоторая искусственность.
– Иначе ты и твоя девчонка лишитесь одного и того же. То есть – головы.
Рука, несомненно, принадлежащая профессионалу, быстро обшарила меня и отобрала "Калашников", отбросив его в глубь комнаты. Я услышал приглушенный удар о пол и звук скольжения.
Кемписты?
Я посмотрел в сторону Вордени, отметив ее неестественную и безвольную позу с поднятыми кверху руками. И фигуру второго, замершую около женщины. К голове Тани был приставлен ствол небольшого ручного бластера. Я обратил внимание на одежду: напавший носил черный, облегающий тело маскировочный костюм и маску из пластика, недостаточно плотно прилегавшую к лицу и колыхавшуюся от движений, не давая распознать его черты. В маске было два отверстия, закрытых голубыми фильтрами для глаз.
За спиной у этого бойца висел рюкзак, в котором несли то, что позволило нападавшим вскрыть оборону "Мандрагоры". Скорее всего они использовали комплект для биоопознавания плюс кодовый сканер и оборудование глушения оповещения. Как минимум.
Высокие технологии. И патронов пачка.
– Ребята, ведь вы уже мертвые.
Я произнес эти слова, стараясь придать голосу максимум спокойствия.
– Эта ты смешно пашутил, браток.
Тот, кто держал меня на мушке, резко потянул за руку, развернув так, чтобы продемонстрировать ствол лазера, теперь уже наставленный мне в лицо. Дресс-код аналогичный. И та же маска. Плюс рюкзак. Позади быковали три идентичных клона, страховавших зал по углам. Стрелки держали лазеры наперевес, наверное, на всякий случай. Мой энтузиазм начал сворачиваться, как изображение на угасающем экране видеомонитора.
– Ребята, кто вас послал?
– Слушай, ты, – откликнулся голос пришельца, слышимый то ясно, то неразборчиво. – Это не то, что ты думаешь. Нам нужна она, и только. А ты уже спалился. Заткни пасть: может, мы захватим тебя с собой, чтобы место зачистить. А будешь звездеть – посмотрим, что за серое вещество в голове у Посланника. Ну, ты понял, нет?
Я кивнул, безнадежно пытаясь сбросить посткоитальное оцепенение, обесточившее мои системные ресурсы. Слегка изменим позу…
Левой рукой он потянулся к ремню, вытащив оттуда контактный разрядник. Хватка руки, державшей лазер, ничуть не изменилась. Маска на лице убийцы заколыхалась, выдавая улыбку:
– По одной, естественно.
Я поднял левую руку, вытянув ее в направлении пришельца. Продолжая разминать правую, преодолевая ее неспособность к действию и уже чувствуя, как кисть начало покалывать.
Он обмотал мою левую кисть чем-то серым и включил контактный разрядник. Заморгал светодиод. Конечно, ему стоило отодвинуть ствол лазера так, чтобы моя рука, падая, не сдвинула оружие своим мертвым весом. Он не сделал этого, и разрядник сработал.
Сейчас. Он щелкнул так слабо, что нейрохимия слуха едва это уловила. Тончайший звук, раздавшийся в отлично кондиционированном зале. Заряд пришел в действие.
Никакой боли. Только холод. Местная анестезия, похожая на ощущение от удара ультравибрационного оружия. Рука забилась, как только что пойманная рыба, и едва не пролетела мимо дула лазера, хоть и оставленного там, где не следовало. Ствол отодвинулся в сторону – совсем немного. С позиции стрелка смещение казалось незначительным. Маска вновь затрепетала в невидимой мне ухмылке.
– Молодец. Давай вторую.
Я улыбнулся и убил его…
…выстрелами от бедра. Три попадания в грудь, чтобы наверняка пройти то, что он носил вместо жилета, и еще рюкзак. Кровь…
…кровь фонтаном вылетела из-под маскировочного костюма, слегка окропив мне лицо. Противник пошатнулся, и лазер тут же заходил в его руке из стороны в сторону, словно палец, предостерегающий меня от лишних движений. Его подельники…
…Подельники того, первого, просто не успели отреагировать на ситуацию. Я выстрелил дважды в направлении двоих, что стояли непосредственно за первым, и ясно увидел, как зацепило по крайней мере одного. Откатившись в сторону, они поволокли ковер за собой. Возле меня, совсем близко, пронеслись трассы ответных выстрелов.
Я сменил позицию, волоча окоченевшую от анестезии руку как чемодан и оглядываясь в поисках Вордени или того, кто держал ее под прицелом.
– Даже не думай, мужик, иначе я…
Выстрел прямо в колыхающуюся пластмассовую маску.
Заряд отбросил его на добрых три метра. Угодив в расставленные паучьи лапы механического "насекомого", тело повисло, обмякшее и не нужное более никому.
Вордени мягко осела на пол, словно лишилась костей. Спасаясь от очередного выстрела, я тоже залег, оказавшись с Таней буквально нос к носу.
– Ты как, в порядке? – спросил я шепотом. Она кивнула, прижавшись щекой к полу, и неумело заерзала, пытаясь отползти. – Ладно. Оставайся на месте.
Я бессильно тянул за собой парализованную руку, стараясь высмотреть двух оставшихся кемпистов в джунглях из механических качалок. Ни звука. Они могли появиться где угодно. Готовые выстрелить наверняка – в упор.
Старательно выцеливая смятые формы, обозначавшие тело старшего группы, я нашел мушкой автомата его рюкзак. Два выстрела взорвали боевую начинку, разметав обломки по всему залу.
Готово дело. Очнулась от спячки система безопасности "Мандрагоры".