Ричард Морган – Сломанные ангелы (страница 25)
– Ты не способен его преодолеть? Не можешь отказаться от кондиционирования?
Я пожал плечами:
– Как правило, этого не хочется. Такова природа качественного нейродинамического регулирования. А этот продукт – действительно качественный, позволяющий человеку действовать куда эффективнее. Противодействие кондиционированию дается с трудом, замедляя реакцию. Откуда у тебя такие сигареты?
– Эти? – Вордени отрешенно посмотрела на пачку "Латимерлайт". – Э-э… кажется, их дал мне Ян. Да, это он.
– Надо же, постарался, – если она и заметила в моем голосе сарказм, то никак не прореагировала.
– Хочешь?
– Почему бы нет? – при виде сигареты мне кажется, что это тело послужит недолго.
– Думаешь, мы действительно доберемся до Латимер-Сити? – археолог внимательно наблюдала за тем, как я вытряхивал сигарету из пачки и прикуривал. – Доверяешь ли ты Хэнду? Надеюсь, он выполнит вторую половину сделки.
– У него есть лишь одна, довольно шаткая возможность поставить на нас крест, – выдохнув облако дыма, я наблюдал, как оно рассеивалось над стойкой бара. Появилось неясное чувство предстоящей утраты, словно что-то пролетело через мой мозг и сбило с мысли. Подбирая нужные слова, я взял паузу:
– Отправив деньги на наш счет, "Мандрагора" уже не сможет отменить свой перевод. Так что, выведя нас из игры, Хэнд получит обратно лишь стоимость направленной трансляции и цену трех свежих тел. И еще – опасность возмездия.
Вордени показала глазами на резонансный скрэмблер:
– Ты уверен, что эта штуковина без "жучка"?
– Нет. Я купил ее у частного дилера, однако по рекомендации "Мандрагоры". Поэтому в скрэмблере может быть все что угодно. На самом деле это не имеет значения. Единственный, кто знает о деньгах все, – это я, а я не собираюсь тебе рассказывать.
– Спасибо.
Я не заметил никакой иронии в этом тоне. В лагере Таня Вордени узнала цену знанию и незнанию.
– Не стоит благодарности.
– Корпорация способна заставить нас замолчать позже, по окончании сделки.
Я развел руками:
– Зачем? "Мандрагоре" невыгодно молчание. Это крупнейшее открытие, в котором когда-либо участвовала независимая корпорация. И о нем нужно будет рассказать. Наша "взведенная", как будильник, информация окажется самой последней новостью к моменту, когда выйдет в сеть. Обнаружив твой звездный корабль, "Мандрагора" сама оповестит об этом факте крупнейшие банки данных Санкции IV. Хэнд использует открытие для получения членства в Картеле, а возможно – сядет в одно из кресел коммерческого совета Протектората. В одну ночь "Мандрагора" может стать крупнейшим из игроков корпоративного поля. А наша значимость при данном порядке вещей будет просто нулевой.
– Ха, и долго вы все обдумывали?
Я опять пожал плечами:
– Пока это вообще не обсуждается.
– Не знаю, – Вордени сделала слабый, даже беспомощный жест. – Не могла себе представить, как охрененно ты на него похож. На этот кусок корпоративного дерьма.
Я вздохнул:
– Послушай. Мое мнение о Матиасе Хэнде к делу не относится. Он выполнит лишь то, что мы хотим. Вот что важно. Нам заплатят и посадят на уходящий борт. В этом смысле личность Хэнда не имеет особого значения. На его месте мог оказаться любой функционер "Мандрагоры". Хэнд нравится мне в той мере, в какой мы нуждаемся в его услугах. Если он попытается помешать, я в любой момент могу сжечь ему стек. По-моему, достаточно внятно изложено, чтобы тебя убедить.
Вордени прикоснулась к скрэмблеру:
– Остается надеяться, что здесь нет прослушки. Если Хэнд тебя слушает…
– Хватит тебе, – я потянулся через стойку и взял полный до краев стакан Шнайдера. – Если так, возможно, он испытывает аналогичные подозрения на мой счет. Хэнд, если ты меня слышишь: за недоверие и взаимное сдерживание. Ну, будем! – я стукнул стаканом по оголовью и выпил. Вордени округлила глаза:
– Великолепно. Вперед, на мины! То, что мне и нужно.
Я зевнул:
– Что тебе нужно, так это подышать свежим воздухом. Не желаешь прогуляться? Если отправимся сейчас, можем обернуться до комендантского часа.
– Я думала, в такой форме комендантский час – не проблема.
Я посмотрел на свою форму и провел ладонью по грубоватой ткани:
– Ну да. Но теперь нам лучше не высовываться. Кроме прочего, патрули бывают автоматические, а они запрограммированы на жесткий ответ. Не будем рисковать. Ну что, пойдешь?
– Хочешь прогуляться под ручку? – предполагалось, что это была шутка, но прозвучала она неловко. Мы оба встали, совершенно чужие друг другу и замкнутые каждый в своем мире. Возникла напряженная пауза, повисшая в воздухе, словно неудачный тост. Чтобы смять окурок сигареты, пришлось дотянуться до пепельницы.
– Конечно, – галантно произнес я. – На улице темно.
Сунув скрэмблер в карман, я сделал то же с пачкой сигарет. Впрочем, сказанное не сняло напряженности. Слова остались висеть в воздухе, словно дымная трасса от лазерного выстрела.
Выйдя наружу, мы шли, скромно пряча руки в карманах.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Руководящий состав "Мандрагоры" занимал три верхних этажа корпоративного здания.
Функционеры компании имели отдельный вход, а на многоярусной крыше была предусмотрена целая система из садов и бистро. От пилонов на парапете крыши отходили экраны с регулируемой проницаемостью, не пропускавшие тепловое излучение солнца. В трех кафе в любое время дня и ночи подавали еду.
Мы вошли в здание в середине дня. Не успев как следует разобраться в маршруте, сразу встретили безукоризненно одетого Хэнда. Если он и слышал наш вчерашний обмен любезностями, то это никак не отразилось на его настроении.
– Доброе утро, госпожа Вордени, джентльмены. Надеюсь, проведенная в городе ночь стоила риска.
Не глядя на собеседников, я подцепил на вилку очередной кусок. Вордени успела спрятать глаза за солнцезащитными очками, а Шнайдер сосредоточенно размешивал кофе, изучая осадок. Так что беседа не клеилась. Я ответил просто из вежливости:
– Были приятные моменты. Присаживайтесь.
Хэнд взял один из стульев и сел. Вблизи он выглядел не так шикарно, и под глазами я заметил следы вчерашнего напряжения.
– Спасибо. Я уже перекусил. Госпожа Вордени, готовы первые составляющие из вашего списка оборудования. Я отдал распоряжение доставить их вам.
Археолог кивнула и подставила лицо солнцу. Стало ясно, что ее ответ этим исчерпывается, и Хэнд перевел взгляд на меня, недоуменно подняв бровь. Я едва заметно покрутил головой.
– Прекрасно.
Атмосфера вокруг стола явно сгущалась. Запив пищу глотком чая, я встал с места:
– Пошли.
На призыв никто не откликнулся. Шнайдер вообще не поднимал головы, а зеркальные очки Вордени сопровождали мое перемещение по террасе словно сенсор автоматической пушки.
Вниз мы спустились на лифте, слишком разговорчивом: на каждом уровне устройство управления лифта озвучивало номер этажа и название проектов "Мандрагоры", на нем выполнявшихся. По дороге никто из нас не проронил ни слова. Через каких-то тридцать секунд двери лифта вновь отворились. Мы оказались в коридоре с низким потолком и стенами из грубо наплавленного стекла. На стенах яркими голубыми полосами выделялись вставки из иллюминия, а выход наружу был обозначен в дальнем конце коридора ярким пятном солнечного света. У самых дверей лифта нас ждал небрежно припаркованный транспортер желтого цвета без всяких опознавательных знаков.
– Площадка Тайсавади, рынок "Мертвые души", – произнес Хэнд, наклоняясь к отсеку водителя.
Заурчал мотор. Забравшись в кабину, мы плюхнулись на сиденья, и транспортер стал разворачиваться на месте, точно паук на паутине. Сквозь неполяризованное стекло перегородки я наблюдал бритый затылок водителя и чуть выше видел постепенно увеличивавшееся пятно, обозначавшее солнце. Внезапно кабину накрыло настоящим взрывом яркого света, и транспортер принялся выписывать крутую спираль, карабкаясь в пронзительно синее и совершенно пустое небо Лэндфолла. Переход от спокойной атмосферы корпоративного здания показался особенно резким.
Хэнд коснулся пульта на двери. Стекла мгновенно поляризовались, отфильтровав яркий свет.
– Прошлой ночью за вами следили, – Хэнд сказал это просто как факт.
Я обернулся к нему и спросил:
– Для чего? Разве мы играем на разных сторонах?
– Наблюдение вели не мы. Нет, разумеется, мы шли за вами следом. И лишь поэтому заметили слежку. Но дело не в нас. Те, другие, работали гораздо примитивнее. Вы с Вордени вернулись домой отдельно от Шнайдера. Кстати, он не слишком умен. Но следили за всеми. Один поначалу вел Шнайдера, но потом откололся, и предположительно в момент, когда понял, что Вордени за ним не выйдет. Остальные следили за вами до самой Файнд-аллеи, держась подальше от моста.
– Сколько их было?
– Трое. Два человека и еще один – боевой киборг, судя по характерной походке.
– Их взяли?