Ричард Морган – Пробужденные фурии (страница 96)
– Меня ищешь, святоша?
На миг мы столкнулись взглядами, и нож в моей руке задрожал словно сам по себе.
Затем он поднял руку и дернул бороду, и она отошла с коротким треском как от помех.
– Конечно, я ищу тебя, Микки, – сказала Ядвига устало. – Целый месяц за тобой гоняюсь.
Глава сорок первая
– Ты же вроде умерла.
– Ага, минимум два раза, – Яд мрачно ковыряла накладную бороду в руках. Мы сидели вместе за дешевым пластмассовым столом, не глядя друг на друга. – Наверно, это единственная причина, почему я еще дышу. Они не искали меня, когда пришли за остальными.
При ее словах я снова увидел Драву, перед мысленным взглядом появились кружащий снег в ночной тьме, мороженные созвездия лагерных огней и редкие силуэты, скользящие между зданий, нахохлившиеся из-за непогоды. Они пришли на следующий вечер, без объявления. Непонятно, то ли Курумаю купили, то ли запугали начальством, то ли попросту убили. Когда направленная сила командного ПО Антона на максимальной энергии перекрыла системы в лагере, Ковач и его люди нашли команду Сильви по сетевой сигнатуре. Выбили двери, потребовали сдаться.
Обломались.
– Я видела, как Орр снял одного, – продолжала Яд механически, всматриваясь в собственные воспоминания. – Просто вспышка. Он крикнул, чтобы все уходили. Я несла заказ из бара. Я даже не…
Она замолчала.
– Все хорошо, – сказал я.
– Нет, ни хера хорошего, Микки. Я сбежала.
– Если бы не сбежала, была бы мертва. По-настоящему.
– Я слышала, как кричала Киёка, – она сглотнула. – Я знала, что уже поздно, но…
Я поторопил ее дальше.
– Кто-нибудь тебя видел?
Резкий кивок.
– Обменялась с парой из них выстрелами на пути к гаражам. Ублюдки будто кишели везде. Но за мной они не пошли. Наверное, решили, что я просто строптивый прохожий, – она обвела рукой свою оболочку «Эйшундо». – Понимаешь, ведь при сетевом поиске нет ни следа. Для этой твари, Антона, я была невидимкой.
Она взяла один из жуков «Дракул», завела и съехала прямо с причала.
– Системы автоподлодки в устье не сразу пришли в себя, – сказала она и безрадостно усмехнулась. – Нельзя же выводить транспорт на воду без разрешения. Но чистые метки все-таки ее переубедили.
И прямиком в море Андраши.
Я механически кивал, хотя на самом деле почти не верил своим ушам. Она гнала жука без передышки почти тысячу километров до самой Текитомуры и тихо приземлилась ночью в лагуне к востоку от города.
Она отмахнулась.
– В кофрах были еда и вода. Мет, чтобы не спать. На «Дракуле» стояла навигационка от «Нухановича». Главное, о чем я волновалась, – держаться достаточно низко, чтобы казаться лодкой, а не летающей машиной, и не выбесить ангельский огонь.
– И как ты меня нашла?
– Да, вот тут начинается какая-то странная хрень, – впервые в ее голосе расцвело что-то не похожее на усталость и едкий гнев. – Я загнала жука по дешевке на верфи Соробан, шла обратно в Комптё. Отходила с мета. И тут как будто учуяла тебя. Как запах моего старого семейного гамака из детства. И я просто последовала за ним – как я уже сказала, я была в отходняке, действовала на автопилоте. Увидела тебя на верфи, как ты садишься на этот драндулет. «Дочь гайдука».
Я снова кивнул, в этот раз с неожиданным пониманием – огромные куски пазла вставали на свои места. Меня омыло головокружительное, непривычное чувство тоски по семье. В конце концов, мы же близнецы. Родные отпрыски давно павшего дома «Эйшундо».
– Значит, ты плыла зайцем. Это ты пыталась залезть в капсулу, когда начался шторм.
Она скривилась.
– Да, шнырять по палубе, когда светит солнышко, – это одно дело. Но в такую погоду этим заниматься не хочется. Надо было догадаться, что они накатили сигнализаций до жопы. Сраное масло медуз, а цены задирают, как на нейротех «Хумало».
– А на второй день это ты воровала еду из общего хранилища?
– Эй, когда я увидела, что ты на борту, твоя лодочка уже мигала огнями отправления. Вышли через час. Не сказать, чтобы у меня было много времени запастись провизией. Я целый день просидела голодная, пока не поняла, что ты не сходишь в Эркезеше, а настроился поплавать. Жрать-то хочется.
– Знаешь, а там из-за этого чуть не подрались. Один из твоих деКомовских коллег хотел кого-то прикончить за кражу.
– Да, я слышала. Ветераны контуженые, мать их, – в ее голосе зазвучала привычная неприязнь, макропрограмма мнения перекрыла все остальное. – Вот из-за таких лузеров обо всей профессии думают плохо.
– Значит, ты следила за мной и в Ньюпесте, и на Просторе.
Очередная невеселая улыбка.
– Моя родина, Микки. А кроме того, твой скиммер оставлял такой след в супе, по которому я бы прошла и с завязанными глазами. Парень, которого я наняла, поймал тебя на радаре при высадке на мысе Кем. Я была там к ночи, но тебя уже куда-то унесло.
– Ага. Так какого хрена ты не постучалась ко мне в каюту, когда у тебя была возможность, на борту «Дочери гайдука»?
Она осклабилась.
– Я тебе не доверяла. Вообще. Как тебе такой ответ?
– Ясно.
– Ага, и пока не сменили тему – как насчет того, что все еще не? Как насчет объяснений, какого хера ты наделал с Сильви?
Я вздохнул.
– Есть выпить?
– Это ты мне скажи. Ты же ко мне вломился.
Что-то где-то внутри меня перевернулось, и я вдруг понял, как рад ее видеть. Только не мог понять, то ли из-за биологических уз оболочек «Эйшундо», то ли из-за памяти о месячном товариществе и перепалках на Новом Хоке, то ли просто на контрасте после разом посерьезневших и переродившихся революционеров Бразилии. Я посмотрел, как она стоит передо мной, и по комнате словно пронесся порыв ветра с моря Андраши.
– Рад снова тебя видеть, Яд.
– Ага, я тебя тоже, – призналась она.
Когда я все выложил, за окном уже было темно. Яд поднялась и протиснулась в узком пространстве мимо меня, встала у окна с настраиваемой прозрачностью. На затемненном стекле тускло расплывались уличные фонари. Доносились громкие голоса – какой-то пьяный спор.
– Уверен, что говорил именно с ней?
– Уверен. Не думаю, что Надя, кем бы она ни была –
Яд кивнула.
– Да, эта Отреченская хрень должна была рано или поздно аукнуться Сильви. Если засрать мозги в таком возрасте, уже никогда их не прочистишь. Ну а что с этой Надей? Правда думаешь, что это личностная мина? Потому что должна сказать, Микки, почти за три года охоты на Новом Хоке я ни разу не видела и не слышала про инфомину с таким количеством деталей, такой глубиной проработки.
Я помялся, ощупывая края понимания, подаренного интуицией посланника, в поисках сути, которую можно утоптать и передать таким грубым инструментом, как слова.
– Я не знаю. По-моему, она, не знаю, какое-то оружие со специфическим назначением. Все указывает на то, что Сильви чем-то заразилась в Нечистой. Ты была с ней в каньоне Иямон, да?
– Ага. Во время боя она отвалилась. Отходила несколько недель. Орр прикидывался, что это стресс после стычки, но все всё понимали.
– А до этого с ней все было нормально?
– Ну, она была башкой деКома, с этой работой нельзя быть
– Места, которые уже кто-то обработал?
– Ну, сам знаешь, – в отражении окна на ее лице вспыхнуло раздражение, как спичка, потом так же внезапно затухло. – Нет, если подумать, откуда тебе знать, ты же ни разу не видал.
– Что не видал?
– А, несколько раз мы обнаруживали активность миминтов, но когда приходили, то все уже было чисто. Казалось, будто они сражались друг с другом.
Перед глазами встало что-то из первой встречи с Курумаей. Нытье Сильви, бесстрастные ответы командира лагеря.