Ричард Лаймон – Жуткие байки (страница 45)
Капля пота ужалила ее глаз. Она хотела вытереть ее, но для этого пришлось бы пошевелить рукой. Она не осмелилась.
Там, внизу, никого нет. Недостаточно места. Впрочем, места для чемоданов хватало. Только вчера она вытащила один из них для Алекса. Мужчина не намного толще чемодана.
Селена представила мужчину, лежащего на спине прямо под ней, уставившегося вверх осоловелыми глазами.
Брось это. Засыпай. Селена закрыла глаза и перевернулась на спину. Из-под кровати донесся сдавленный кашель.
Она отбросила простыню в сторону, перевернулась и встала на четвереньки в центре двуспальной кровати. Ее ночная рубашка прилипла к спине от пота.
— Кто там внизу? — Ее голос оказался сухим и хриплым. Она прочистила горло и с твердостью произнесла: — Я знаю, что вы там, внизу. Кто вы такой?
Тягостное безмолвие было ответом на ее вопрос.
— Кто?
Легкий ветерок колыхнул занавеску над ней. Он охлаждал ее мокрое лицо. Она услышала шуршание удаляющейся машины.
— Пожалуйста! Кто там внизу?
Из-под кровати донесся одиночный смешок. По ее спине пробежали мурашки, словно шустрые мохнатые пауки.
— Ведь, это же не ты, правда, Алекс?
Что, черт возьми, заставило ее подумать, что это мог быть Алекс? Потому что он так странно вел себя перед поездкой? Потому что в одну минуту он глазел в пространство, а в следующую вел себя более любяще и внимательно, чем когда-либо за последние годы? Говорят, это верный признак того, что у мужа роман.
Нелепо.
— Это не ты, правда? — спросила она.
Тишина.
— Алекс? — Она начала подползать к краю матраса в попытке заглянуть за него. В своем воображении она увидела руку, взметнувшуюся, чтобы схватить ее. Она попятилась к середине кровати.
Затем услышала стон.
Алекс никогда так не стонал. Никто никогда так не стонал.
Может быть, это ночной кошмар.
Не
Низкий голос, шепотом произнес: «Се-леееена».
Она услышала собственный всхлип.
Ее глаза блуждали по краям матраса. За исключением спинки кровати примыкающей к стене, за ее краями простиралось море тьмы. Дверь спальни была распахнута, но находилась слишком далеко!
Если бы она смогла добраться до двери, не будучи настигнутой, то за ней последует длинный коридор. Далее лестничный пролет. И, наконец, входная дверь, запертая на цепочку от взломщиков. Но, может быть, если повезет…
Она медленно встала, матрас прогнулся у нее под ногами.
— СЕЛЕНА!
Задыхаясь от испуга, она потеряла равновесие и упала навзничь. Ее плечи ударились о спинку кровати. Голова стукнулась о подоконник, занавеска затрепетала, коснувшись ее щек и век.
Окно!
Выход! Она могла бы прыгнуть в безопасность, избегая ужасной темноты, где ее поджидали руки, чтобы схватить за лодыжки…
Но это было бы падением на землю с большой высоты.
Она вспомнила недавний совет Алекса. «Если ты когда-нибудь окажешься здесь в ловушке из-за пожара или чего-то еще, когда меня не будет, прыгай. Ты можешь сломать ногу, но это гораздо лучше альтернативы. Кроме того, саженцы смягчат твое падение».
Повернувшись, она сорвала занавеску с окна и выбила оконную кулаками. Та с легкостью выпала.
Она протиснулась в окно головой вперед. Деревянный каркас оставался крепким и полным острых краев. Один из них ободрал ей руку.
— Я РАЗОРВУ ТЕБЯ НА КУСОЧКИ! — взвизгнул голос.
Она наполовину выбралась наружу, со страхом глядя на ряды сосновых саженцев далеко внизу, когда ее ночная рубашка зацепилась за подоконник. Она потянула за нее, но не смогла высвободить. Извиваясь и корчась, она скулила и брыкалась, ожидая, что грубые руки в любой момент схватят ее за лодыжки.
— Нет! — воскликнула она. — О Боже, НЕТ!
***
Вскоре после рассвета в спальню вошел Алекс. Он заметил, что на открытом окне отсутствует ширма, увидел занавески, сваленные в кучу на кровати. И он улыбнулся.
Его улыбка погасла, когда он увидел чемодан на матрасе.
Он бросился к окну. Ряды молодых деревьев внизу стояли прямо против ветра, поддерживаемые высокими железными кольями, которые он вбил в землю на прошлой неделе, пока Селена была в салоне красоты. Колья были зелеными и едва различимыми.
Селена не была насажена ни на один из них.
— Проклятье, — пробормотал он.
Что-то пошло не так.
Он открыл лежащий на кровати чемодан. Там был таймер. Как и диктофон. Он щелкнул клавишей.
— Я РАЗОРВУ ТЕБЯ НА КУСОЧКИ!
Он ошеломленно уставился на диктофон. Его слова. Да, те самые слова, которые он выкрикивал в микрофон всего несколько дней назад. Но это был не
Дрожа, он выключил диктофон.
Чьи-то руки схватили его за правую лодыжку и дернули, разбив голень о металлический каркас кровати. Боль пронзила ногу.
Он упал.
Селена, лежавшая на животе, выскочила из-под кровати с безумием в глазах и ножом для разделки мяса, зажатым в зубах.
Доброе дело
Она спала, когда я ее заметил. Спала или играла в опоссума[26]. Но как бы то ни было, она лежала, свернувшись калачиком, на полу клетки, и не шевелилась.
Первой дословной мыслью, пришедшей мне в голову, было: «
Я стоял и мочился в лесу, в то время как не более чем в двадцати футах от меня находилась девочка. А, что, если она перевернется на другой бок? Я ужасно жалел, что не заметил ее, прежде чем начал струить, испуская мочу, но теперь я уже не мог остановиться. Слишком много кофе было выпито в этой забегаловке у дороги. Поэтому я поспешно отвернулся и поднапрягся, чтобы быстрее закончить. Быстрее. До того, как она услышит плеск. До того, как она повернется и увидит меня. До того, как она успеет что-либо
Я чувствовал себя шокированным, сбитым с толку, смущенным, напуганным. И почему, мне было стыдно за себя, как мой член стал отвердевать. Потому что он был снаружи, я полагаю, в присутствии женщины. Даже если она не могла его видеть.
«Она его увидит, если я развернусь, — подумал я. — Если она конечно уже не смотрит».
Я, разумеется, не развернулся.
Наконец, я закончил, стряхнул последние капли. К тому времени мне пришлось серьезно потрудиться над тем, чтобы втиснуть свой стояк обратно в джинсы.
Я застегнул молнию и оглянулся через плечо. Девчонка по-прежнему лежала, свернувшись калачиком, на полу своей клетки, спиной ко мне.
Я поспешил прочь, ковёр из сухих листьев под ногами шуршал и трещал, как бы тихонько я ни старался ступать. Я всё ожидал, что девчонка окликнет меня. Однако этого не произошло. Когда я оглянулся, она и ее клетка благополучно скрылись из виду. Я мог различить только густой лес, мрачный от теней, за исключением нескольких лучей утреннего солнечного света, которые косо пробивались сквозь кроны деревьев.