Ричард Лаймон – В чужом теле (страница 108)
- Ты должна была сказать "стоп", - напомнил он.
- Стоп. - Сью согнула руки, наклонилась и поцеловала его в губы.
Пока они целовались, Нил гладил и мял ее ягодицы, затем его руки двинулись вверх по ее спине, задирая ткань все выше и выше. Сью перестала целовать его и слегка приподнялась, чтобы он мог стянуть толстовку ей через голову.
Когда у него возникли проблемы с извлечением ее рук из рукавов, Сью встала на колени над его животом, задрала руки высоко вверх, и отшвырнула снятую толстовку на пол.
Нил поднял на нее глаза.
Она улыбнулась ему.
- На что уставился?
- На тебя.
- Я такая тощая.
- Ты прекрасна.
- Спасибо. - Она снова опустилась на него и поцеловала.
Толстовка Нила не позволяла ему почувствовать ее грудь, живот и промежность прямо на своей коже. Но он наслаждался тем, что она лежит на нем обнаженная. Его руки скользили по гладким изгибам ее спины и ягодиц, затем вверх по бедрам и талии до лопаток.
Она приподняла лицо достаточно, чтобы произнести:
- Похоже, я тут единственная с голой задницей.
- Ненадолго, - сказал Нил.
- Не очень-то справедливо, как по мне.
- Я не могу раздеться, когда ты на мне лежишь.
- Ладно. - она еще немного выпрямилась и пытливо посмотрела Нилу в глаза - сначала в один, потом в другой. - Я тебя раздену.
- Хорошо.
Она продолжала смотреть ему в глаза.
- Что случилось? - спросил он.
- Просто... нет, ничего.
- Скажи.
- Я... не знаю, что-то живот крутит.
- Живот? В смысле? У тебя диарея?
Она насмешливо скривила лицо.
- Нет! Не в
- Чего боишься?
- В прошлый раз... мне было больно. Мне было очень сильно больно.
- Когда?
- Когда те мальчишки делали со мной... ну, ты помнишь, я рассказывала тебе на американских горках. Пятеро парней в школьном сортире.
- Так это что, было на самом деле?
Она резко села и нахмурилась.
- А ты что, думал, я
- Нет! - пролепетал он в замешательстве. - Сначала нет. Но потом, когда ты попросила меня прикоснуться к твоей ране, а оказалась что это твоя... ну, сама знаешь... я подумал, что ты все это выдумала.
- Это все было взаправду. И там, где я позволила тебе потрогать, реально была как будто рана. Ты бы видел, сколько было кровищи...
- Я думал, ты меня разыгрываешь. Чтобы заставить меня потрогать тебя там, внизу.
Уголки ее рта приподнялись. Стройные обнаженные плечи подергивались вверх-вниз.
- Ну и это тоже. - Улыбка снова померкла. - То есть, я немного поиграла с тобой, но... Все остальное было чистой правдой. С тех пор я... никто не делал этого со мной. Я никому не позволяла, потому что в тот раз они сделали мне очень больно.
- И ты боишься, что я тоже причиню тебе боль?
Кивнув, Сью снова опустилась на него. Она прижалась лицом к его шее, и он погладил ее по спине.
- Нам не обязательно это делать, - сказал ей Нил.
- Но я хочу.
- Можно обойтись.
- Я правда хочу. Просто мне немного страшно. Я не очень люблю, когда больно.
При этих словах у Нила сдавило горло, а глаза увлажнились.
Такое можно было услышать от испуганного ребенка.
В его сознании внезапно возник образ Элизы, сидящей мертвой на краю ванны, с вытянутыми руками, связанными запястьями, со свисающей вниз головой - изуродованной, окровавленной и с куском мыла во рту.
Он крепко прижал Сью к себе.
Она взвизгнула.
- Пусти, раздавишь!
Нил отпустил ее.
- Извини.
Она подняла голову и поцеловала его. Затем поползла по кровати назад, спустилась, остановившись у изножья кровати, оказавшись у Нила между колен.
Он поднялся на локтях.
- Что ты собираешься делать?
- Продолжить собираюсь, - сказала Сью.
- Ты уверена?
Вместо ответа она наклонилась и расстегнула его ремень.
Мгновением позже оказались расстегнуты и его брюки. Сью стянула их до колен и сделала шаг назад. Нил поднял ноги.
- Спасибо, - сказала она и сняла с него ботинки и носки. Затем окончательно стянула его брюки. Шагнула вперед, наклонилась и просунула пальцы под резинку трусов.
Нил сжал ее запястья.
- Ты собираешься их с меня сдернуть? - спросил он.
- Ну, прям