Ричард Лаймон – Ричард Лаймон. Рассказы. (страница 205)

Очень вкусно.

Её вкус наполнил меня воспоминаниями об Анжеле.

Конечно же, мне удалось сбежать из библиотеки незамеченным. Если бы меня поймали на том раннем этапе моей карьеры, то те зверства, которыми я так прославился, возможно, никогда бы не произошли.

Но они совершились, как всем известно.

Многие годы я путешествовал по стране. Посещал маленькие города и мегаполисы, бродил по лесам и горам, заглядывал в наши прекрасные университеты и торговые центры, круглосуточные магазины и на автостоянки.

И в дома.

Во многие дома, квартиры, кондоминиумы и городские особняки.

Я мог бы продолжить перечисление на сотнях страниц, донимая и утомляя вас великолепными подробностями моих злодеяний. У меня, понятное дело, нет на это времени.

Поэтому позвольте мне просто перейти к встрече с Тришей Купер.

Я, конечно, тогда не знал её имени.

Я знал только, что она была соблазнительной, неотразимой.

В своё оправдание должен сказать, что в то утро я был не в лучшей форме. Иначе всё сложилось бы совсем по-другому.

Накануне вечером я хорошо повеселился. Привлечённый красотой молодой женщины, которая остановилась рядом с моей машиной на светофоре, я последовал за ней по улицам Тусона в жилой район, где она остановилась на подъездной дорожке скромного оштукатуренного дома.

Я припарковал машину в паре кварталов от дома. Затем, держа в руке дипломат, я пошёл к её дому. По пути я внимательно смотрел по сторонам.

На лужайке перед домом на противоположной стороне улицы красовалась табличка "ПРОДАЁТСЯ".

Я продолжил путь к дому женщины и позвонил. Она открыла дверь. Они почти всегда так делают.

Женщины находят меня очаровательным.

Я строен и невероятно красив, у меня нежные, полные надежды глаза и мальчишеская улыбка. У меня короткие, тщательно причёсанные волосы. У меня нет ни усов, ни бороды, ни пирсинга, ни татуировок. Я выгляжу так, как будто иду на деловой обед.

Короче говоря, я опрятен, красив и неотразим.

Открыв дверь, женщина вроде и обрадовалась, увидев меня, но смотрела с опаской. — О, привет, — сказала она. — Могу я вам чем-нибудь помочь?

Её сетчатая дверь оставалась закрытой и, несомненно, запертой.

— Привет, — сказал я. — Извините, что беспокою вас.

— Всё в порядке. — Голос звучал слегка настороженно — возможно, она ожидала, что я начну рекламировать товар.

— Я подумываю о переезде в этот район, — сказал я и кивнул через плечо в сторону дома с табличкой "ПРОДАЁТСЯ". — Я подумал, что не помешает немного поспрашивать. Знаете, попытаться выяснить, хороший ли это район… есть ли что-то, что мне надо знать, прежде, чем заключить договор.

— О, — сказала женщина, — будем очень рады. — Она открыла сетчатую дверь. По-соседски улыбаясь, она протянула руку. — Я Пегги Райт.

— Уилбур Кёртис, — представился я. Я положил свой дипломат и пожал ей руку. — Очень приятно познакомиться, Пегги.

На вид ей было около тридцати лет. Ниспадающие тёмно-каштановые волосы. Приятное очаровательное лицо с необычайно большими губами. Фигура стройная, но не худая. Блузка позволяла мне любоваться ложбинкой меж её полных грудей.

Прежде, чем она успела убрать руку, я рывком притянул её к себе. Она задохнулась и перегнулась через порог. Я шагнул ближе, размахнулся и ударил её левой рукой по щеке с такой силой, что её голова повернулась набок. Волосы рассыпались. Губы задрожали. Полетела слюна. И она, отступив назад, упала в прихожую.

Я взял дипломат и вошёл в дом.

Было около четырёх часов дня, за день до встречи с Тришей Купер.

Пока Пегги Райт лежала в оцепенении на полу в прихожей, я достал из дипломата верёвки и связал её. Заклеил рот широкой полоской скотча. Оставив её на полу, я достал молоток и обследовал дом.

Никого, кроме нас двоих.

Облегчение, но и разочарование. Я предпочёл бы найти детей, возможно, на попечении гувернантки или няни. В её возрасте у неё должны были быть дети. Но не повезло.

Я вернулся к Пегги, развязал ей ноги и заставил пойти впереди меня в спальню. Я положил её на кровать королевских размеров. Она выглядела испуганной. Её прекрасные глаза были выпучены, она тяжело дышала, воздух со свистом вырывался через ноздри, грудь вздымалась, натягивая блузку.

Я остался в комнате, наблюдая за ней. Через некоторое время я расстегнул блузку и при помощи ножниц снял бюстгальтер. Её дыхание улучшилось, а может и нет. На мой взгляд, улучшилось.

В конце концов, я услышал, как на подъездную дорожку въехала машина. Глухо хлопнула дверь.

— Похоже, муженёк явился, — сказал я.

Пегги покачала головой и умоляюще посмотрела на меня.

— Я объясню, что тебе нездоровится, — сказал я и вышел из спальни. Я закрыл дверь и поспешил через дом.

К тому времени, как открылась входная дверь, я ловко устроился за ней.

— Хей-хо! — воскликнул муженёк, как гном в мультфильме "Белоснежка и семь гномов". Но там гномы не были женщинами, а "муженёк" ею был.

Когда она захлопнула дверь, я сказал: — И тебе хей-хо…

Я намеревался одним ударом проломить мужу череп (может, у меня и есть недостатки, но я не педик), но звук голоса соседки по квартире заставил меня передумать.

Когда дверь отворилась, я увидел, что это стройная и элегантная блондинка с красивым лицом.

Я ударил её молотком по плечу и она упала на колени от мучительной боли.

Позже я узнал, что её зовут Элла.

И снова мы подошли к тому месту в моём повествовании, когда подробный рассказ о моей деятельности может излишне ужаснуть и оттолкнуть тебя, дорогой читатель.

Я бы не хотел потерять тебя на последнем этапе, так близко к концу.

Поэтому позволь мне обойтись без жутких подробностей. Просто скажу, что Элла, Пегги и Саймон провели вместе день и ночь очень продуктивно. Благодаря разумному использованию молотка, мои избранницы оставались в сознании почти до самого конца, который наступил около семи утра следующего дня.

К тому времени спальня была вся перепачкана и я тоже.

Я отражался в зеркале во весь рост, обнажённый и настолько заляпанный кровью, спермой, другими жидкостями и кусочками тканей, что едва напоминал человека.

Я долго стоял под горячим душем.

Затем собрал верёвки, молоток, плоскогубцы, ложки и другие инструменты для своих забав (с тех первых дней я несколько расширил свой репертуар), упаковал фотоаппарат и установил таймер на зажигательном устройстве на десять часов. Я положил бомбу на кровать между их телами. Она уничтожит следы преступления.

В конце концов, нарядно одетый, но уставший до чёртиков, я вышел из дома и вернулся к своей машине. У меня едва хватило сил вставить ключ в замок зажигания.

Борясь с усталостью, я медленно отъехал от бордюра и покинул район. Мне казалось, что на глазах у меня мешки с песком. Я опустил окно и глубоко вдохнул свежий утренний воздух.

"Держись, Саймон", — сказал я себе.

Хотя я и не мог определить своё точное местонахождение, но был уверен, что вскоре найду дорогу к мотелю. До него было не более десяти минут езды. Наверняка я смогу не уснуть намного дольше.

Я включил радио, пытаясь найти что-то другое, кроме заполонившей эфир мексиканской музыки.

Поймал ток-шоу Говарда Стерна, но слушал его всего несколько минут, почувствовав отвращение к его грязной болтовне. Слишком уставший, чтобы продолжать поиски нормальной станции, я выключил радио.

Я где-то не туда повернул. Каким-то образом я оставил позади большую часть Тусона и оказался на окраине. Вокруг было совсем мало домов. В основном, если не считать дороги, меня окружала только пустыня, а по ней разбежались зелёные люди с воздетыми в страхе руками.

Просто сагуаро, не о чем беспокоиться.

Но лучше повернуть назад.

Движения в пределах видимости не было, поэтому я развернулся и поехал обратно.

Вскоре я вернулся в город и был на правильном пути в мотель.

Ещё несколько минут, сказал я себе.