Ричард Лаймон – Ричард Лаймон. Рассказы. (страница 116)
— Отпусти её, — сказал я.
— Нет.
— Не заставляй меня забирать её силой!
— А вот этого лучше не делать. — Она взглянула на дверь кухни позади меня. — Лучше дай мне пройти или у тебя будут большие проблемы.
— Отпусти Лэззи. Ты всё ещё можешь взять котёнка, но…
— Отойди, — сказала она и пошла прямо на меня.
— Как только ты…
— Мистер Бишоп сказал: "Заходи ко мне. У меня есть для тебя котёнок". — Она остановилась и хитро посмотрела на меня. — Но когда Моника зашла к нему домой, он рассказал ей, как хотел пописать, снял полотенце, в котором был и сказал: "Вот он, мой маленький котёнок. Его зовут Питер."
Я только и смог, что ахнуть от изумления.
— Эй!
— И он сказал, чтобы я приласкала Питера, поцеловала Питера. Я не
— Хватит! — выпалил я и отступил в сторону. — Забирай эту кошку! Забирай и уходи!
Унося мою Лэззи с важным видом, она подмигнула:
— Спасибо большое за котёнка, мистер Бишоп!
Я посмотрел ей вслед.
Просто стоял и смотрел, как она скользящей походкой прошла по комнате и перешагнула через порог открытой раздвижной двери. Едва ступив на бетон, она пустилась бежать.
Очевидно, боялась, что я могу найти в себе чуточку духа и желания вернуть кошку.
Но я даже не шевелился.
Обвинение, которым она меня припугнула… Как его можно опровергнуть? Никак. Такое обвинение пристало бы ко мне до конца моих дней, как проказа.
И все знали бы меня не иначе как извращенца, любителя маленьких девочек.
Так что я позволил ей
Я застыл на месте, охваченный ужасом и отпустил её.
Снаружи раздалось знакомое
Я по прежнему не двигался.
Но ужас прошёл.
Вообще-то, мне стало весело.
Бедняжка моя! Упала и вся промокла насквозь!
Лэззи перепрыгнула порог, перебежала комнату; шерсть её поднялась дыбом, маленькие ушки повисли, а хвост изогнулся пушистым знаком вопроса.
Она остановилась и начала тереться об мои лодыжки.
Я поднял мою крошечную кошку. Прижал её к лицу обеими руками.
Всё ещё было слышно, как кто-то плещется снаружи.
Кричит: "Помогите! Помогите!"
Неужели в арсенале хитростей Моники не было плавания?
Я даже надеяться на это не смел.
Больше никто не звал на помощь. Моника всё ещё задыхалась и пыталась удержаться на плаву, но вскоре переполох сменился тишиной.
Я принёс Лэззи к бассейну.
Моника лежала на самом дне. Лицом вниз, руки и ноги разведены в стороны, волосы развеваются по течению, а блузка и джемпер едва заметно колышутся.
Она немного напоминала парашютиста, наслаждающегося свободным падением и ожидающего последнего мига, когда нужно дёрнуть за кольцо.
— Думаю, надо бы вытащить её, — сказал я Лэззи. — Сделать ей КПР.
И покачал головой.
— Нет. Неудачная идея. Мужчина моего возраста трогает десятилетнюю девочку? Да что люди подумают?
Я направился к раздвижной стеклянной двери.
— Может, сходим к Джеймсу в гости? Кто знает? Может, кому-нибудь повезёт и он найдёт здесь Монику, пока нас не будет дома.
Лэззи замурлыкала, дрожа, как маленький тёплый моторчик.
Доброе дело
Она спала, когда я её заметил. Спала или играла в опоссума. Но, как бы то ни было, она лежала свернувшись калачиком на полу клетки и не шевелилась.
Первой дословной мыслью, пришедшей мне в голову, была: «Срань господня!».
Я стоял и мочился в лесу, в то время, как не более чем в двадцати футах от меня, находилась девочка. А что, если она перевернётся на другой бок? Я ужасно жалел, что не заметил её прежде, чем начал струить испуская мочу. Но теперь, я уже не мог остановиться. Слишком много кофе было выпито в этой забегаловке у дороги. Поэтому я поспешно отвернулся и поднапрягся, чтобы быстрее закончить. Быстрее до того, как она услышит плеск. До того, как она повернётся и увидит меня. До того, как она успеет что-либо сказать.
«Что она здесь делает?» — размышлял я.
«И при этом в клетке».
«Вот дерьмо!»
«Надо уносить отсюда ноги!»
Я чувствовал себя шокированным, сбитом с толку, смущённым, напуганным. И почему мне было стыдно за себя, или, как мой член стал отвердевать. Потому что он был снаружи, я полагаю, в присутствии женщины. Даже если, она не могла его видеть.
Она его увидит, если я развернусь, подумал я. Если она, конечно, уже не смотрит.
Я, разумеется, не развернулся.
Наконец я закончил, стряхнул последние капли. К тому времени, мне пришлось серьёзно потрудиться над тем, чтобы втиснуть свой стояк обратно в джинсы.
Я застегнул молнию и оглянулся через плечо.
Девчонка по-прежнему лежал свернувшись калачиком на полу свои клетки, спиной ко мне.
Я поспешил прочь. Ковёр из сухих листьев под ногами шуршал и трещал, как-бы тихонько я не старался ступать. Я всё ожидал, что девчонка окликнет меня. Однако этого не произошло. Когда я оглянулся, она и её клетка благополучно скрылась из виду. Я мог различить только густой лес, мрачный от теней, за исключением нескольких лучей утреннего солнечного света, которые косо пробивались сквозь кроны деревьев.
Я направился к джипу. Тот был припаркован на обочине грунтовой дороги. Пассажирская дверца была приоткрыта, ожидая меня. Я забрался внутрь.
— Что-то, ты долго, — сказал Майк. — По-большому, что ли, ходил?
— Да нет, ток поссать.
— Ты преодолел целые мили пешком только ради того, чтобы поссать? Можно было сделать это прям здесь.