Ричард Лаймон – Хорошее укромное местечко (сборник) (страница 64)

Я знал, что она не работала по выходным. Была пятница.

— Сегодня или завтра.

— Да!

Мы поехали ко мне, окольными путями, чтобы не проезжать возле дома Джорджа. Когда мы были в безопасности, спрятавшись в гараже, Джим сказал:

— Интересно, может, он до сих пор в бассейне.

— Может, он всё понял, — сказал я.

— Такие как он никогда не понимают.

Дома я спросил, может ли Джим остаться на ночь. Мама разрешила, и предложила поужинать с нами. Потом мы задними дворами прошли к Джиму домой. Он спросил разрешения у матери, взял спальный мешок и бельё, и мы вернулись ко мне.

Мы быстро поставили палатку, притащили пару стоек от лежаков и разложили спальные мешки.

Но ждать было долго.

Ничего на свете не может быть дольше ожидания чего-нибудь очень крутого.

Наконец папа пришёл с работы. Наконец, мы поужинали. Наконец опустилась тьма и мы пошли в палатку.

Нам пришлось переодеться в пижамы и оставить одежду на улице. Мы так всегда делали, и не хотели привлекать внимание родителей нарушением привычного уклада. Это чревато неприятностями. Они ожидали, что мы совершим ещё несколько походов домой — почистить зубы, отлить и всё такое. Когда они улягутся спать, одежду можно будет забрать без проблем.

Мы взяли с собой в палатку пару фонариков, две банки «пепси» и пакет чипсов с луком. Закрыли москитную сетку, но не стали застёгивать вход в палатку, чтобы проветривалась. Мы уселись, скрестив ноги, на спальные мешки и принялись за закуску.

— Это офигенно! — сказал Джим.

— Чипсы?

— Сам знаешь что.

— Боже, не могу поверить, что собираюсь это сделать.

— Надеюсь, мы хоть что-то сделаем.

— У них одноэтажный дом, — сказал я, — значит, они точно не поднимутся наверх.

— Если только они не закроют занавески.

— Не закроют. Не смогут. Это слишком жестоко.

Джим тихо засмеялся.

— Как думаешь, когда пойдём?

— Стоит подождать хотя бы до одиннадцати.

— Чёрт, лишь бы мы всё не пропустили.

— Бобби туда даже не придёт до одиннадцати. Тем более, что они, скорей всего, всю ночь будут развлекаться.

— Но мы же хотим увидеть, как они переодеваются.

— Во что переодеваются?

Это не я спросил.

Это спросил Джордж.

Мы оба вздрогнули и быстро повернулись ко входу в палатку. И увидели Джорджа, стоящего, согнувшись, сбоку от москитной сетки. Его поросячье лицо в темноте посерело. Мы посветили на него фонариками. Он зажмурился и сказал:

— Привет, пацаны.

— Что ты здесь делаешь? — рявкнул я.

— А вы не будете спать всю ночь? — спросил он спокойно, словно не слышал меня.

— Это частная собственность, — сказал Джим.

— А можно мне чипсов?

— Ты сюда не влезешь, — сказал я. — Места мало.

— А я вам давал «Твинки»!

— Хорошо, хорошо, — сказал я. Я не хотел спорить — хотел просто от него избавиться. Я расстегнул «молнию» и протянул ему пакет. — Доставай. Можешь хоть всё забрать.

— Ух ты, спасибо.

— А не хочешь забрать их домой, — сказал я, — и поделиться с родителями?

— О, их нет дома.

Он набил рот пригоршней чипсов.

— Ну, дай няне.

— Няне?

— Они же тебя не одного дома оставили, да? — спросил я.

— Одного. Всегда так делают.

— Отлично, — пробормотал Джим.

— А куда мы пойдём?

— Никуда, — сказал я.

— Мы будем подсматривать в окна?

Как долго он подслушивал?

— Мы никуда не идём, — сказал Джим.

— Я пойду с вами. Я люблю подсматривать в окна. Можно много чего увидеть.

— Ты что, — спросил Джим, — маленький извращенец?

Джордж засмеялся, изо рта полетели крошки чипсов.

— В мои окна лучше не подсматривай, — сказал я.

— Или мои, — добавил Джим.

— Нет, мне только на девочек нравится смотреть.

— Ты шпионил за моей сестрой? — спросил Джим.

Джим покачал головой и забил рот чипсами до отказа.

— Он знал о твоём бассейне, — напомнил я Джиму.

— Точно. Ты что, вокруг моего дома шастал, а?

— Не-а. Честно.