Ричард Кнаак – Кровавое наследие (страница 36)
— И с тех пор вы путешествовали вместе?
Война, упомянутая Тристом, очевидно, велась в Западных Королевствах около девяти лет назад. Для таких людей, как эти, провести вместе столько времени означало связать себя крепкими узами.
— Да… только… Норрек заболел… и покинул нас… на три месяца… а потом нагнал… — Гниющая фигура взглянула на Вижири. — Помнишь… Фаузтин?
Маг кивнул. Кара ожидала, что он запретит Сэдану продолжать подобные истории, но Фаузтин, кажется, тоже увлёкся ими: При жизни эти мужчины, несомненно, уважали Норрека, очень уважали, судя по рассказам, и теперь пришёл черёд колдуньи признать, что он был достойным человеком.
И всё же этот самый Норрек Вижаран жестоко убил друзей, и мстители не существовали бы, если бы их не подогревало чувство мщения и правосудия, лежащее за гранью понимания смертных. Эти двое должны были беспрестанно вынашивать мысли о возмездии, жаждать разорвать плоть Вижарана и послать его проклятую душу в преисподнюю. Впрочем, то, что они до сих пор ещё чувствуют что-то, казалось Каре весьма странным. Сэдан Трист и Фаузтин действовали совсем не как мстители из древних легенд,
— Что вы сделаете, когда найдёте его? — Она не раз уже задавала этот вопрос, но так и не получила внятного ответа.
— Мы сделаем… то… что должно… быть сделано.
И снова ответ не удовлетворил её. Зачем скрывать правду от Кары?
— После того, что он совершил, даже такая дружба, как ваша, должна потускнеть. Как мог Норрек пойти на столь страшное преступление?
— Он сделал… то… что должно… было… быть сделано.
После этого не менее загадочного ответа улыбка Триста растянулась шире, открывая ещё больше пожелтевших зубов и истлевшие десны. С каждым днём внешность мстителей всё меньше и меньше походила на человеческую. Полностью они, конечно, не сгинут, но их связь с человечеством будет становиться всё более и более зыбкой…
— Ты… очень… красива.
— Что? — Кара Ночная Тень моргнула, не уверенная, что расслышала.
— Очень… красива… И свежа… жизнью. — Призрак во плоти, внезапно потянувшись вперёд, ухватил прядь длинных смоляных волос девушки. — Жизнь прекрасна… и более… того…
Она содрогнулась. Сэдан Трист недвусмысленно продемонстрировал свои намерения. Он всё ещё слишком хорошо помнил наслаждения жизни. Одно из них — еда — уже горько разочаровало его. Теперь же, скрываясь последние два дня в крохотной каюте в компании живой женщины, он, кажется, готов был попробовать возродить иное удовольствие — и Кара не знала, как предотвратить это.
Без предупреждения Сэдан Трист резко повернулся и взглянул на своего друга. Кара ничего не заметила, но между ними явно произошёл обмен мнениями — и мнение товарища совершенно не понравилось жилистой нежити.
— Оставь мне… хотя бы… иллюзию…
Фаузтин молчал, лишь веки его опустились и поднялись. Однако он, кажется, несколько утихомирил своего приятеля.
— Я бы не стал… трогать её… слишком… — Трист ощупал девушку глазами, а потом наткнулся на её взгляд. — Я только…
Сильный стук в дверь поторопил его спрятаться в дальний угол. Кара глазам своим не верила каждый раз, когда ходячий мертвец так двигался. Она везде читала, что быстрота не относится к умениям нежити. Они должны обладать постоянством и неземным спокойствием.
Прячась рядом с Вижири, Трист пробормотал:
— Ответь.
Она послушалась, уже подозревая, кто это может быть. Только двое осмелились бы подойти к её дверям — капитан Джероннан, с которым они говорили совсем недавно, и…
— Да, офицер Дрэйко? — Колдунья открыла дверь и выглянула в щёлку.
Мужчина явно испытывал неловкость.
— Леди Кара, я понимаю, вам требуется абсолютная уединённость, но… но я подумал, не уделите ли вы мне пару минут, присоединившись ко мне на палубе.
— Благодарю, офицер, но, как я уже сказала капитану, мне ещё нужно много чего сделать до высадки на берег. — Она приготовилась закрыть дверь. — Спасибо за предложение…
— Ну, хоть немного свежего воздуха?
Что-то в его тоне насторожило её, но у колдуньи не было времени на раздумья об этом. Трист ясно дал понять, что она не должна проводить снаружи времени больше, чем требуется для получения пищи в кают-компании. Мстители хотели видеть свою живую марионетку постоянно.
— Простите, нет.
— Я так и думал.
Он повернулся, чтобы уйти, и задел плечом дверь с такой силой, что та отбросила Кару на кровать. Удар не оглушил её, но она замерла на миг, совершенно сбитая с толку его действиями.
Дрэйко упал на колени неподалёку. Он поднял глаза, увидел призраков и побелел как полотно.
— Именем Владыки Глубин!
В руке Триста возник кинжал.
Моряк потянулся к своему кортику, который отлетел в сторону. Очевидно, Дрэйко держал его украдкой, ведя пустой разговор с тёмной колдуньей. Всё это время он чувствовал, что в каюте что-то неладно, хотя наверняка Дрэйко даже не мог представить, какое зрелище предстанет перед ним.
Сэдан Трист занёс руку, но тут в крошечную комнатку ворвалась вторая фигура. С церемониальным клинком наготове капитан Ханс Джероннан заслонил собой своего офицера. В отличие от Дрэйко, он, казалось, не очень удивился присутствию в каюте вселяющих ужас мертвецов. Он словно бы даже обрадовался, увидев двух упырей.
— Я не позволю случиться этому снова… — пробормотал капитан. — Эту девочку вы не получите…
Кара тотчас же поняла слова капитана. В глазах мужчины нежить представляла собой невидимого монстра, не только забравшего его дочь, но и превратившего её в отвратительное создание, которое он вынужден был уничтожить. И теперь он готов отомстить им за все.
С посеребрённым мечом у капитана в принципе были шансы.
Трист сделал выпад, вновь двигаясь со скоростью, невероятной для этой разрушающейся плоти. Короткий кинжал погрузился в предплечье Джероннана, и капитан пошатнулся. Однако бывший морской офицер не отступил. Лилась кровь, оружие призрака наполовину торчало из руки, но капитан Джероннан кинулся в атаку, рубя не живого, но такого вёрткого противника.
С жуткой, теперь выглядящей насмешливой ухмылкой Сэдан Трист потянулся к своему клинку, явно намереваясь выдернуть его. Перешагнувшему порог смерти обычное оружие нипочём.
Острие капитанского меча отсекло дерзкому два пальца.
И Кару внезапно охватила жуткая боль, боль, от которой девушка согнулась пополам, едва не теряя сознание.
Зашипев, Трист отдёрнул искалеченную руку. Сверля Джероннана взглядом, он выдохнул своему товарищу:
— Сделай… что-нибудь… пока голова… ещё… у меня… на плечах…
Сквозь навернувшиеся на глаза слезы Кара всё же разглядела, как моргнул Фаузтин.
— Берегись! — Она и сама не поняла, как ей удалось крикнуть.
Сила, поток силы сорвался с её ритуального кинжала и отбросил Джероннана и Дрэйко к противоположной стене. Одновременно Вижири приложил руку к стене за своей спиной.
Позади призрака расплылась голубая дымка, быстро распространяющаяся вверх и в стороны.
Двое моряков с трудом поднялись. Офицер Дрэйко тут же рванулся вперёд, но Джероннан удержал его.
— Нет! Единственное оружие, годящееся для них, — вот это! Клянусь, я разрублю их на куски и сделаю наживкой для рыбы — если, конечно, рыба клюнет на что-то настолько гнилое! Присмотри за девочкой!
Офицер немедленно повиновался и поспешил к Каре:
— Вы можете встать?
С его помощью Кара обнаружила, что может. Хотя боль не отпускала, она, по крайней мере, немного спала, дав колдунье возможность думать и осознать, что случилось.
Её собственным кинжалом Фаузтин связал жизнь девушки с существованием мстителей. Удар Джероннана почувствовал не Сэдан Трист, который давно уже избавился от недостатков смертных. Каждый успешный удар по ним отзовётся на ней.
А с посеребрённым мечом капитан Джероннан способен не только порубить мертвецов, как грозился, на наживку для рыбы, но одновременно и погубить ту, которую намеревался спасти.
Она должна предупредить его.
— Дрэйко! Джероннана надо остановить!
— Всё в порядке, миледи! Капитан знает, что делает! Его серебряный клинок как раз подходит для таких, как они! В этой тесноте он расправится с ними прежде, чем тот верзила метнёт новое заклинание! — Дрэйко наморщил нос. — Боги, ну и вонища здесь! После того, как вы стали вести себя так странно, капитан Джероннан припомнил, что произошло с вами в Ги Куле, и уверился, что что-то тут не так! После обеда он вызвал меня к себе, поделился подозрениями и попросил пойти с ним и приготовиться к любому аду — хотя я даже не представлял, как близко он окажется к правде!
Колдунья попыталась снова:
— Послушай! Они заколдовали меня…
— Да-да, поэтому-то вы и не могли ничего сказать! — И он потянул её к открытой двери, где уже собралось несколько людей Джероннана. Некоторые обнажили клинки, но войти пока никто не осмелился, боясь нежити куда больше капитана и его помощника. — Давайте! Я выведу вас отсюда!
— Но это не…
Кара остановилась — её тело внезапно скорчилось и по собственной воле высвободилось из рук офицера.