Ричард Эванс – Дневник Ноэль (страница 26)
Я посмотрел на часы.
– Почти половина одиннадцатого. Если выехать сейчас, то к часу уже будем в Скоттсдейле.
– В Скоттсдейле?
– Лори забронировала для нас номер в «Фенишиан резорт». К сожалению, только один. Люкс. Пришлось даже воспользоваться связями. Ты не против пожить в одном номере или поищем что-то другое?
– Не против, – согласилась Рейчел. – Я тебе доверяю.
– После вчерашнего, – усмехнулся я, – вопрос лучше ставить по-другому: доверяю ли я тебе?
Она почесала лоб.
– Мне так стыдно. Пожалуйста, не напоминай больше.
Я засмеялся.
– Все, забыл.
– Спасибо.
– Значит, зарегистрируемся в гостинице, пообедаем. Время будет уже около трех.
– А Меса далеко от Скоттсдейла?
– Минут двадцать, не больше. Думаю, лучше поехать туда к вечеру, так что у нас остается лишнее время.
– Можно съездить в Седону, – предложила Рейчел. – Всего час езды. Всегда хотела там побывать. Говорят, там хорошая энергия. Что-то типа вихревого поля.
– От дополнительной энергии я не откажусь.
– Поэтому пьешь энергетики?
– При любой возможности.
Глава восемнадцатая
Мы выписались из отеля, погрузили обе сумки в машину и выехали из города. В Флагстаффе шоссе I-89 превратилось в I-17, и мы продолжили свой путь на юг, сменив не только высоту, но и широту.
Молча проехав несколько километров, Рейчел вдруг повернулась ко мне:
– Сложно писать любовные романы?
– Я пишу не романы, а любовные истории.
– Есть разница?
– Любовные истории более универсальны.
– В каком смысле?
– Они не просто о том, как мальчик встречает девочку. Истории универсальны, они могут случиться с каждым из нас.
– Роман тоже может произойти с каждым.
Я посмотрел на нее.
– Думаешь?
Она прикусила губу.
– Может, и нет.
– К тому же в любовных историях бывают разные концовки. Ты смотрела «Титаник»?
– Смотрела.
– История любви. Роза влюбляется в Джека – типичный сценарий – богачка и бедняк, но кончается все тем, что корабль тонет и Джек погибает.
– Да уж, паршиво вышло.
Я засмеялся.
– А в любовных романах все шаблонно: мальчик встречает девочку, мальчик теряет девочку, мальчик с девочкой остаются вместе. Вспомни Золушку. Принц танцует с Золушкой на балу, в полночь Золушка убегает, принц находит ее по потерянной хрустальной туфельке. Золушка избавляется от своих злыдней-сестер и живет с принцем долго и счастливо.
– Они всегда живут долго и счастливо?
– В любовных романах да. В историях любви как получится.
– Что значит «как получится»?
Я усмехнулся.
– Значит, что все зависит от того, будет или нет продолжение.
Когда мы проехали первый указатель на Седону, Рейчел спросила:
– Слышал песню «Аризоны нет»?
– Кто поет?
– Джейми О’Нил.
– Не знаю такую.
– Правда? Ни разу не слышал?
– Ой, ну только не надо. Ты никогда не слышала «Мальчика по имени Сью», а Джонни Кэш уж точно будет поизвестнее какой-то там О’Нил. – Я посмотрел на свою спутницу. – Ну, так и о чем там?
– О женщине, чей мужчина уезжает в Аризону и обещает забрать ее к себе, как только устроится. Он шлет ей открытки, но на самом деле все это ложь от начала и до конца. В итоге она решает, что Аризоны не существует.
– Вот откуда название. Грустная история.
– Очень. Это точно не любовный роман.
– Да и на любовную историю не очень походит, – ответил я и взглянул на Рейчел. – Почему ты вдруг вспомнила эту песню?
– Там хор поет: «Аризоны нет, нет красочной пустыни, и Седоны нет».
– Мисс О’Нил ошиблась, – возразил я. – Мы только что проехали указатель.
Когда мы добрались до Седоны, от зимы не осталось и следа. Впереди, словно зубья, вставали красные песчаники щетинистых равнин пустыни Саноры.
Дорога заняла у нас не больше четырех часов. Мы доехали до центра города и прогулялись по Мэйн-стрит, усыпанной уличными кафешками, галереями искусств, ювелирными магазинчиками и туристическими лавками с футболками и местными сувенирами.
Потом решили посмотреть на часовню Святого Креста, возвышавшуюся над долиной. Внутри были в основном иностранцы. Седону не зря называют «Меккой Новой эры», это и правда религиозный город с несметным количеством всевозможных церквей, расположившихся вокруг природных соборов-скал.
Мы могли бы еще долго наслаждаться местными красотами, но у меня вдруг мелькнула мысль, будто я от чего-то бегу, что, без сомнения, так и было. Я мастер отвлекаться, когда что-то не по мне. Просто удивительно, сколько появляется дел, когда не хочешь писать.
В конце концов мы вернулись на шоссе I-17 и проехали по нему оставшиеся два часа до Скоттсдейла. Погода в Фениксе стояла приятная – чуть выше двадцати градусов. Рейчел радовалась теплу – в отличие от меня, она не привыкла к холоду. Сент-Джордж, что рядом с ее домом, расположен в одном из самых теплых районов Юты, и там никогда не бывает холодов. Именно туда жители Солт-Лейка ездят зимой поиграть в гольф или просто сбегают от неуютной серости переменчивого климата своего города.
На пыльной каменной ладони горы Кэмелбэк словно зеленый платок лежал «Фенишиан». Глядя на безупречные улочки, очерченные ровными рядами пальм и ухоженными газонами курорта, Рейчел восхищенно воскликнула: