Ричард Дейч – Карта монаха (страница 86)

Друзья Майкла готовы были положить за него жизнь — явление чрезвычайно редкое, свидетельствующее о необычных свойствах личности, способной внушить такую беззаветную верность. И сам Майкл готов был положить жизнь не только за них, но и за чужих, за людей, встреченных им всего лишь неделей раньше, за таких, как он и Сьюзен; если на то пошло, они произвели на него не слишком хорошее впечатление. Майкл готов рисковать жизнью, поверив истории, в которой усомнились бы и люди с самыми широкими взглядами. Во время визита к Стефану Женевьевы, когда она отдала ему кейс с картой подземной части Кремля, женщина отзывалась о Майкле как об одном из самых прекрасных людей, встреченных ею в жизни. Тогда это ему было трудно себе представить, учитывая криминальное прошлое сына. Но она настаивала, твердя, что прежде, чем выносить суждение, Стефан должен с ним познакомиться. И теперь, после того как это произошло, не возникало и тени сомнений: можно гордиться таким сыном.

Молчание ночи нарушил звук мотора — пока отдаленный, но приближающийся. Разглядеть ничего было нельзя, но звук заставил всех насторожиться.

Келли прищурился, стараясь разглядеть, что происходит во мраке, куда не достигали огни аэропорта. Но машина так и не появилась.

Подбежал один из наемников.

— Вам стоит спрятаться в укрытии, — произнес он с заметным итальянским акцентом, после чего ринулся к панели управления электричеством в боковой части ангара.

Открыв серый ящик, он сунул руку внутрь и повернул выключатель. Мир поглотила тьма.

И тут, без всякого предупреждения, началась стрельба. Стреляли не только спереди — палили отовсюду. Грохот стоял такой, что у Келли, казалось, вот-вот лопнут барабанные перепонки, и звон в ушах мог соперничать разве что с грохотом перестрелки. Келли инстинктивно бросился на землю рядом с лимузином. Со всех сторон в ритме стаккато звучали голоса — кто-то отдавал приказы, кто-то вскрикивал. Келли показалось, что схватка длится нескончаемые часы, но на самом деле не прошло и минуты, а перестрелка уже умолкла и воцарилась тишина. Келли лежал, ничего не понимая, все еще во власти паники; он не осмеливался подать голос из боязни выдать свое местоположение. Оглядевшись, он почувствовал, как вместо страха вступает в свои права гнев. Намеренно замедлив дыхание, он восстановил душевное равновесие и неторопливо встал.

— Мартин, — шепотом позвал он.

Во всей этой сумятице он не проследил, укрылся ли его друг. Стефан укорял себя за эгоизм перед лицом опасности.

— Мартин, — шепнул он снова.

Тут Келли заметил первое мертвое тело: погибший лежал футах в двадцати от него. Это был охранник, пуля настигла его на взлетной полосе. Теперь его голову окружал кровавый ореол. В тишине, казалось, завис вопрос: угоди пуля в самого Келли, успел бы он почувствовать этот момент или мрак охватил бы его мгновенно и он не ощутил бы перехода?

Осторожно склонившись над охранником, он взял его оружие и двинулся вдоль ангара. Вдруг он почти споткнулся о еще одно тело — человека Зиверы, с грудью, развороченной выстрелом.

Келли бросился к электрощитку и повернул рубильник. Яркий свет залил взлетную полосу, и на ней обнаружились еще два тела. Придерживаясь затененной кромки, Келли обошел полосу. Он насчитал в общей сложности восемь тел и каждого проверил. Его интересовало не наличие пульса или других признаков жизни, а только личность погибшего. Необходимо было найти Мартина. Наконец путь ему преградили ворота. Не было видно ни Мартина, ни хотя бы одного живого охранника. Страх заполз в душу Стефана, заслонив собой все чувства.

— Мартин! — крикнул Келли.

Но ответом была тишина.

И тут он понял. Напрягая все силы, Келли бегом бросился к ангару. Влетев в затемненную коробку из металла, кинулся напрямик к самолету. Он знал все еще до того, как увидел. Дверцы сейфа болтались. Папки с документами рассыпались по полу, одного пистолета не хватало. И золотая шкатулка тоже исчезла.

Келли стоял как громом пораженный. Он один; Мартин пропал, лежит мертвый где-то в ночи. И хуже всего — Майкл направляется прямиком в ловушку. Из распахнутого сейфа Стефан достал один из двух оставшихся пистолетов и ящик с патронами. Необходимо найти способ вновь проникнуть на территорию комплекса, из которого он бежал менее суток назад; надо предупредить Майкла, прежде чем будет слишком поздно. Он извлек обойму из девятимиллиметрового пистолета и, зарядив ее, вставил обратно.

Собравшись с мыслями, Келли повернулся, чтобы уходить, когда ощутил холодное прикосновение стали к виску.

Глава 59

Майкл, Симон и Буш неслись сквозь полосу леса, тянущуюся вдоль территории замка. Симон надел форму охранника, к левому уху прикрепил наушник. Каждый был вооружен двумя пистолетами, винтовкой и ножом, а Симон еще прихватил два ружья, бывшие прежде у охранников. По радио шел обыденный обмен репликами, ничто не указывало на то, что их обнаружили. Несмотря на протесты Майкла, Симон сбросил второе тело со скалы, в волны всегда готового поглотить новую добычу моря. Нельзя допустить, чтобы труп обнаружили; тогда на них устроят облаву. Как объяснил Симон, это мерзко, но необходимо.

Контуры гигантского сооружения вырисовывались на фоне скал, отбрасываемая им тень тянулась, казалось, бесконечно. Майкл не мог не подумать о Сьюзен, запертой в этой каменной ловушке, именуемой обителью святого. Он молился, чтобы им удалось вовремя отыскать девушку. Сверившись с компасом, Майкл повел группу на северо-восток, к караульному помещению. Карту прилегающей к особняку территории он запомнил. Оставалось надеяться, что она точна.

Впереди показалась взлетно-посадочная полоса. Единственный самолет Зиверы возвышался темной молчаливой громадой; неподалеку стояло несколько машин, но людей не было.

Повернув, они сквозь живую изгородь приблизились к оштукатуренному зданию сразу за взлетно-посадочной полосой. Внешне строение имитировало фермерский дом восемнадцатого века, но на этом сходство заканчивалось. Майкл заглянул в окно; его взору предстало просторное помещение, разделенное на две зоны: в одной, с телевизором в углу, на Г-образном диване развалились трое охранников; вторая представляла собой офис. Светились мониторы, перед пультом сидел охранник. Обернувшись к друзьям, Майкл показал четыре пальца.

Симон, в свою очередь, заглянул в окно.

— Я беру троих справа.

— Тот, который за пультом, мой, — заявил Буш.

Сквозь кустарник они приблизились к двери. Каждый проверил свои пистолеты, подкрутил глушители, передернул затвор. Обменявшись взглядами, они кивнули. Буш ударом ноги распахнул дверь.

Симон ворвался в комнату, на ходу стреляя из пистолета с глушителем. Не успели трое охранников что-либо сообразить, как пули поразили каждого в голову и грудь. Они умерли еще до того, как упали.

Буш взял на мушку охранника за столом, но тот оказался проворней: развернувшись на стуле, он открыл огонь.

Тогда Буш всем телом крутанулся влево и одним точным выстрелом прострелил человеку правую руку, так что тот выронил оружие. Тут же Буш с Симоном налетели на него, повалили на землю, связали руки и ноги, а в рот сунули кляп.

Симон склонился над охранником.

— Или будешь отвечать, или умрешь.

Майкл отвернулся, не в силах смотреть на то, что, как он знал, сейчас начнется.

— Где держат американку? — Симон выдернул изо рта человека кляп.

Тот в ответ посмотрел вызывающе и отвернулся.

— Ответ неверный. — Вернув кляп на место, Симон приставил дуло пистолета к правому плечу охранника и спустил курок.

Пуля, разорвав мышечную ткань и раздробив кость, ушла в пол. Последовал приглушенный кляпом вопль: беззвучно моля о милосердии, охранник бешено закивал. Но Симон посмотрел на него, отрицательно покачал головой и сунул раскаленное докрасна дуло пистолета в открытую рану. Человек забился с новой силой.

— Спрашиваю последний раз, — произнес Симон. — Но если сейчас ты мне не ответишь, то же самое произойдет со всем твоим телом.

Человек опять отчаянно закивал. По лбу у него катился пот. Симон вынул кляп.

— В деловом крыле особняка, — задыхаясь, выговорил охранник. — На третьем этаже. В угловом помещении на юго-западе.

— Чем докажешь, что не врешь? — Симон приставил пистолет к левому плечу охранника.

— Нет, пожалуйста. — Подергиваясь от боли, человек попытался подняться на ноги.

Симон помог ему подняться и усадил на его прежнее рабочее место.

— Мне понадобятся руки. — Охранник жестом указал на клавиатуру.

Симон смерил его грозным взглядом.

— Один акт агрессии или неповиновения — и этот раз станет последним, когда ты пользуешься руками. — Он перерезал путы, связывающие охранника.

Левой рукой — правая безвольно висела вдоль тела — тот принялся печатать. Обе раны сочились кровью, пропитывая рубашку, кровь стекала по руке и капала на пол. А на мониторе появилось новое изображение; Майкл и Буш не отрываясь смотрели, как оно делается все более резким.

И наконец появилась она — с лицом, столь же прекрасным и непокорным, каким Майкл привык его видеть. На Майкла накатила волна облегчения. Все это время его не покидала подсознательная тревога, что Сьюзен погибнет до того, как они прибудут ее спасать. Но вот она перед ним: оглядывается по сторонам, нетерпеливо постукивая кончиком ноги.