Ричард Байерс – Призрачная вспышка (страница 74)

- Зачем ему это делать? Он должен понимать, что наберет больше очков, помогая нам сохранить неприкосновенность игры, чем любым другим путем.

Аласклербанбастос фыркнул:

- Так я и предполагал. Но, возможно, я упустил из виду тот факт, что мы играем в игру, рассчитанную на десятилетия или даже столетия, и каждый достойный игрок использует долгосрочную стратегию. Ллемградак может быть готов пожертвовать очками сейчас в надежде, что это окупится позже.

Горящие желтые глаза Чазара сузились.

- Какие бы планы он ни строил, он не посмеет идти против нас в одиночку.

- Нет, не посмеет, но мы должны быть готовы к тому, что другие драконы тоже повернутся против нас.

- Будь ты проклят! Это ты привел их сюда!

- И, к счастью для тебя, я придумал, как приспособиться к новым обстоятельствам.

- Как?

- Мы перестанем отвлекаться на врагов, даже на тех, которых особенно ненавидим, — сказал Аласклербанбастос, — или на любые мелкие неприятности в воздухе. Мы закончим бой на земле до того, как предатели накинутся на нас с неба.

- Как мы это сделаем? — Спросил Чазар.

- Мы найдём Шалу Каранок и ударим по ней всем, что у нас есть, потому что она единственная альтернатива тебе для Чессенты, и если мы её убьем, повстанцы сложат оружие. А если кто-нибудь из трескельцев или дженази будет настолько глуп, чтобы продолжать сражаться после этого, верные тебе войска сокрушат их.

 Чазар хмыкнул.

- Это может сработать.

- Сработает! А в придачу забери и Джесри Колдкрик с Аотом Фезимом. Они будут стоять защищать Шалу. А потом, когда другие драконы увидят, что город наш, они подчинятся - они не станут драться с нами и со всеми лучниками и катапультами, которые могут метнуть в воздух стрелу или камень.

Чазар расправил крылья.

- Давай же сделаем это.

Пробив несколько стен, Аот и Джет остановились в мясной лавке и стали ждать - выследит ли их Аласклербанбастос или снесет с лица земли всю улицу, чтобы уничтожить их. Аот использовал это время, чтобы глотнуть воды из бурдюка и промочить пересохшее от дыма горло. Джет обнаружил, что мясник торговал кониной, и принялся пожирать мясо.

Через некоторое время стало очевидно, что Аласклербанбастос отказался от преследования. Аот расслабился, выпустив напряжение, которое, как он неосознанно накапливал, хотя и готовился к новому бою с драколичем.

- Помнишь, какой хитрый план у тебя был? — спросил грифон через ментальную связь, так как его клюв был занят поеданием конины. - Тот, где мы с тобой прокрались бы в Аканул и убили дракона, и из-за этого не случилось бы войны?

- Да. — Ответил Аот.

- Как думаешь, сработало?

Аот нахмурился, а затем рассмеялся.

- Очевидно, что сработал блестяще. Настоящей целью было предотвратить вторжение на Тимантер, что мы и сделали. Вместо этого мы сражаемся на чессентской земле. Ну что, готов вернуться в битву?

Джет проглотил последний кусок конины.

- Просто открой дверь.

Аот сделал это и выглянул на улицу. Не было видно ни драколича, смотрящего на него сверху вниз, ни какого-либо другого врага в поле зрения. Где-то поблизости шла битва — он слышал ее сбивчивый рев — но она еще не распространилась на этот участок улицы.

Когда он и Джет взлетели, наёмник заставил грифона подняться очень высоко. Это заставляло его чувствовать себя незащищенным, но это была его единственная надежда оценить общий ход битвы, несмотря на клубящийся, жгучий дым и здания, перекрывающие обзор.

Даже после того, как Джет достиг вершины своего максимума, ни один дракон, живой или мертвый, не атаковал их. Но когда Аот увидел, где на самом деле находятся Чазар и Аласклербанбастос, он выругался.

Войска, верные Красному Дракону, собирались для нападения на центральную часть строя союзников. Сам Чазар возвышался среди них, отдавая им приказы и пытаясь вдохновить их. Сверкая молниями, Аласклербанбастос приземлился на крыше немного в стороне, вероятно, чтобы не спугнуть воинов своего нового партнера. Судя по всему, он присоединится к атаке, когда она начнется.

- Они бросают все силы на Шалу.- Сказал Джет.

- Да, — ответил Аот. — Отнеси нас туда.

Когда они мчались к войскам Шалы, Аот протрубил в свой горн, потому что, и хотя наёмники на земле были заняты и вряд ли смогли бы добраться до Шалы, всадники на грифонах могли помочь ему. И один за другим наёмники на грифонах вылетали из мрака и присоединился к Аоту.

Они повернули на запад, чтобы избежать преждевременного столкновения с противником, а затем обогнули строй Шалы. Когда они прибыли, к их летающей роте присоединилось еще больше всадников на грифонах. Сидя на Эйдер вдвоем, Гаэдинн и Сон-лиин летели перед группой дженази ветра в развевающихся одеждах и с голубыми линиями, сверкающими на их лицах. Джесри с ее посохом, пульсирующим огнем, парила, как дженази - что-то явно случилось с ее орлом. Оракс и Мералейн летели на своих украденных дрейках.

Прилетели и другие люди, которых Аот и не надеялся увидеть. Кхорин летел верхом на гигантской летучей мыши. Баласар и драконорожденная с белой чешуей прискакали на лошадях, сотворенных из застывшего тумана, чьи тела рассеялись, как только тимантерцы спешились.

- Мы действительно можем справиться.

- Или, по крайней мере, пусть все наши друзья будут с нами в загробной жизни, — ответил Джет. — В любом случае, бой грядет.

Он был прав. Чазар расправил крылья, а его воины поспешили в стороны или просто попадали, чтобы не быть раскиданными Героем Войны. Красный Дракон взмыл в воздух, и Аласклербанбастос спрыгнул со своей крыши. Взмах его бесплотного хвоста оторвал половину крыши и несколько досок со стены. Под драконами воины выкрикивали боевые кличи и бросились в атаку.

Аот и Оракс обрушили на Аласклербанбастос огненные всплески. Устроившись на земле за рядами воинов Шалы, и взмахивая своим посохом, как двуручным мечом, Джесри бросила в лицо Чазару воющий ветер, полный камней. Мералейн, чьи руки непрерывно двигались, как у жонглера, выхватывала кусочки тьмы из ткани ночи и бросала их в красного дракона. Всадники на грифонах, дженази ветра и лучники выпускали свистящие тучи стрел в приближающихся драконов.

И ничто из этого даже не замедлило их. Аласклербанбастос прошипел слова силы, и в воздухе появилась огромная когтистая рука из тени. Она рванула вперед, и Джет лишь чудом увернулся от неё. Чазар изверг ослепительную вспышку огня. Когда пламя погасло, Джесри стоял невредимой там, куда упало пламя – вокруг неё лежали черные и скрюченные тела.

Тем временем массы копейщиков и мечников столкнулись друг с другом. И хотя Аот считал иначе, трудно было не думать, что их борьба бессмысленна по сравнению с боем, что вспыхнул над их головами.

Аот выстрелил в Аласклербанбастоса звуковым снарядом, и по всей длине скелета существа прокатилась дрожь. Но кости не сломались, а лич не дрогнул. Он мотнул головой справа налево, и в его пустых глазницах вспыхнул бледный свет. Аот почувствовал, как его мускулы пытаются сжаться и онеметь. Он прорычал слово контрзаклинания и выпустил силу защитной татуировки - его конечности расслабились.

Нескольким дженази ветра повезло меньше. Они не могли двигаться или, по-видимому, даже приказать воздуху переместиться, когда Великий Костяной Змей прорычал заклинание, и посреди них взорвался поток кислоты. Пузырясь и шипя, плоть дженази растворялась, а дымящиеся кости посыпались на землю.

Кислота тоже падала и расплёскивалась на земле. Она приняла форму дракона, вставшего на дыбы,  и ударила ближайшего арбалетчика передней лапой. Тот упал, корчась и крича от боли, пока жидкость, впитавшаяся в его лицо и грудь, не лишила его голоса.

Аласклербанбастос был близко. Джет увернулся вправо, и драколич повернулся, чтобы держать грифона и его наездника перед своим парализующим взглядом. Затем, подобно яркому ревущему водопаду, пламя обрушилось на дракона сверху.

 Джесри изо всех сил старалась сохранить уверенность и неукротимую волю, необходимые для колдовства. Тем не менее, когда драконы приближались, было трудно игнорировать страх, шепчущий о том, что она и ее друзья слабее их. И когда в поле зрения появились другие драконы, она почти почувствовала укол отчаяния.

Но затем сапфировый дракон пролетел сквозь крыло Чазара, оставив на нем дыру и заставив самого красного дракона издать вопль боли. Чазар и отклонился от курса, и прежде чем он успел прийти в себя, изумрудный дракон рухнул на него сверху и швырнул на землю.

Изумрудный дракон тут же взлетел. Чазар вскочил на ноги. Его хлесткий хвост попутно убивал окружающих воинов. Он изрыгнул пламя в дракона зеленого цвета, но существо взмахнуло крыльями и увернулось.

Джесри понятия не имела, почему меньшие драконы перешли на другую сторону, но, поскольку они это сделали, возможно, у нее и ее товарищей все-таки появился реальный шанс. Она поразила Чазара ударом мороза. То же самое сделала драконорожденная волшебница с белоснежной чешуей и серебреным пирсингом, вращавшая палочкой, сделанной будто из облака.

Цера повела свою группку жрецов вперед, на рев и лязг битвы. Затем масса воинов перед ней на мгновение расступилась, дав женщине ниже среднего роста возможность бросить ясный взгляд на то, что происходило впереди. Женщина ахнула и резко остановилась.

Она и её сторонники нашли остальных столичных жрецов Амаунатора в их собственных храмах, арестованных Хранителями Змей. У драконопоклонников явно не было достаточного количества людей, чтобы захватить всех, но они нейтрализовали все известные храмы, духовенство которых было особенно недовольно господством Церкви Чазара.