Ричард Артус – Последний военный демократ (страница 15)
— Вот сюда, он и придет. — Неожиданно произнес Кащеев.
— Кто? — Вздрогнув, от голоса Кащеева, спросила Глафира.
— Странник. То есть Андрей. — Поправил себя Кащеев.
— С чего вы взяли, что он придет именно сюда, а не к себе домой?
— Потому-что, это и есть его дом, или вернее, он его таковым считает.
— Но, ведь это памятник, а не жилой дом? Или, я чего-то не понимаю?
— Памятником, этот дом, стал относительно недавно, а раньше, в нем жили люди. Ну что же, место встречи посмотрели. Давайте еще немного пройдемся. — Предложил Кащеев, взяв под руку Глафиру.
Через, другую арку, они вышли напротив городской ратуши, перешли дорогу, и остановились напротив собора.
— Немиги, кровавые берега. — Вдруг, ни к кому непосредственно не обращаясь, произнес Кащеев. И повернувшись, спросил у Глафиры.
— А вы знали, что здесь когда-то стоял княжий терем? А сам город, находился немного в стороне?
— Откуда? — Удивилась Глафира.
— Ну да, конечно. — Кивнул головой Кащеев.
— А при чем здесь, Немиги кровавые берега? — Задала вопрос Глафира. Не то, чтобы ей это было интересно, скорее, просто для поддержания разговора.
— Вы читали, «Слово о полку Игореве.»? — Спросил ее, Кащеев.
— Нет. — Честно призналась Глафира.
— Ну, в этом нет ничего удивительного, нынче молодежь мало уделяет внимания истории. Жаль, ведь государство без истории, это, как человек без памяти.
— А зачем мне, знать историю, чужого государства? — Пожала плечами Глафира.
— Действительно, зачем? Хотя, это произведение, считается Русским художественным достоянием.
— Неужели, вам доставляет удовольствие, гнобить своим интеллектом, несчастную, простую девушку?
— Ну, прямо-таки несчастную, и простую. — Улыбнулся Кащеев. — И гнобить, я вас, не собирался. Просто думал, что вам будет интересно.
— А вы-бы, просто сказали, что хотите рассказать мне одну историю, об этом месте, и я-бы с удовольствием согласилась. Честное слово, я люблю такие истории.
— С вами легко общаться, Глафира. Обычно, у меня, так не получается.
— Значит, я необычная. — Засмеялась Глафира.
— Возможно. — Глядя себе под ноги буркнул Кащеев. — Но, мы немного отвлеклись. Итак, здесь стоял когда-то княжий двор, возле которого произошла грандиозная, по тем временам, битва. После той битвы, горожане перенесли сюда город, решив, что старое место, не счастливое. И действительно, Минск упоминается в летописях, не со дня основания, а со дня сожжения. Причем, жгли его дважды, в очень небольшом промежутке времени. Во время, походов Ярославовичей, против Полоцкого княжества. Когда, Минск сожгли второй раз, объединенные силы Ярославичей, подошли к стенам княжьего терема, и взяли его в осаду. Но, на помощь обороняющимся, успел прийти Полоцкий князь, Всеслав Чародей, и здесь, произошло столкновение двух дружин, так красочно описанных в сказании. Правда, с одной поправкой. Ярославовичи, не победили Всеслава, а вынуждены были вернуться в свои пределы. Где, стали на границе, вновь собирая силы. Тоже, касается и Всеслава, потеряв большую часть дружины, он не преследовал отступающего врага, а просто двигался позади. О том, что здесь действительно произошла жестокая сеча, говорит и тот факт. Что, даже собрав силы, враги не стали, повторно нападать друг на друга. Ужас, кровавого побоища, витал над обеими дружинами. Официальная история, победу в той битве, отдала Ярославичам, но, как видишь, все было немного не так, как принято считать.
— Не поняла. — Призналась Глафира.
— Это, я к тому, что иногда, правду искажают.
— Для чего?
— А, неважно. Пойдемка, лучше баиньки, завтра у нас, может быть тяжелый день.
Глава 10
Мое предложение, о постройке кузницы, особого энтузиазма не вызвало. Жила не понимал, для чего, нам кузница. Ведь, среди нас, не было кузнеца. А я не знал, как ему объяснить, что кузнецом, буду я. Или вернее, буду учиться кузнечному делу. Даже не знаю, чем-бы это закончилось, если-бы не оклемавшийся Гердень. Стоило ему, за шкирку оттянуть в сторону Жилу, и поговорить пять минут, как вопрос был решен. Причем Жила, еще пять минут назад отнекивающийся, вприпрыжку поскакал к занятым работой мужикам, на ходу раздавая, ценные указания.
Довольный, достигнутым результатом, я, обводя взглядам поселение, вдруг, остановил свое внимание на воротах, где дежурили две девчушки, из импровизированной Малинкиной дружины. В раскрытые ворота, два мужика вносили бревно. «Да, ведь это, не наши», — ожгла меня мысль. И еще, не до конца осознав, что делаю, я уже бежал к воротам, на ходу выдергивая свой талвар. Время, как будто замедлилось. Я увидел, медленно сваливающееся бревно, с плеч мужиков на землю, и они, как-бы не хотя, достают из-за своих поясов топоры, и кидаются на охранниц.
В уши, ударил отчаянный крик, и я увидел занесенный топор над одной из девчушек, парализованной ужасом. Не знаю как, но я успел оказаться за спиной нападающего прежде, чем топор пошел вниз, и просто, полоснул мужика по спине. Тот, выпустил топор из рук, и всей своей массой грохнулся на девчонку, подминая ее под собой. Я развернулся, и с облегчением выдохнул, вторая охранница, не впала в ступор, а сумела уклониться от удара, поднырнув под руку, и теперь, изогнувшись дугой, пропускала мимо себя, обратное движение топора. Я, не стал испытывать судьбу, наблюдая чем это закончится, и прыгнул на нападавшего. Нанося удар сверху. Он, только что и успел, открыть рот, когда мой меч, разрубив ключицу, застрял у него в груди.
— Ворота закрывай. — Крикнул я, в широко раскрытые испугом, глаза девчонки, и выскочил наружу.
На холм, лезла ватага мужиков, не меньше десятка. Фактически, они уже преодолели половину холма. А меня, начала душила злость, она, просто разрывала меня на части. Я, на лету перехватил кинутый в меня дротик, и запустил его обратно. Из моей груди, вырвался яростно-радостный крик, когда я увидел, что пущенный мной снаряд, попал в цель. И ринулся вниз, на опешившую, и не ожидавшую такого поворота событий толпу.
Разбойнички, вроде как передумали подыматься, и потиху стали пятиться назад. Помочь им, быстрее принять решение, помогла прилетевшая из-за моей спины стрела, вонзившаяся точно в грудь одному из них. Развернувшись, они бросились бежать. Правда, далеко им уйти не удалось. Оттолкнувшись от земли, я пролетел несколько метров по воздуху, и врезался в спину, одному из них. Мужик, не удержал равновесия, и кубарем покатился под гору. Еще помню, что полоснул по кому-то мечом, а потом, меня накрыло. В чувство, я начал приходить, от того, что кто-то вроде, звал меня по имени. Пелена, застилавшая глаза стала потихоньку спадать. Вокруг меня, лежали люди, вернее то, что от них осталось. Самого меня, слегка потряхивало.
— Арт. Арт. Успокойся, уже нет никого. Ты меня слышишь, Арт?
Я, медленно повернул голову, и увидел медленно подходящего Жилу, с вытянутыми вперед руками. В глазах, явно читался ужас. «Чего он испугался так?» — Подумал я, «сам же говорит, что врагов больше нет». На всякий случай, я оглянулся кругом, кроме мертвых тел, действительно никого. Хотя нет, под горой, кто-то стонет. Но, никакой видимой опасности кругом, чего же он тогда так напуган?
— Арт, ты как, в порядке? — Делая ко мне, осторожный шаг, спросил Жила.
— Да, в порядке я. Если не считать, что ты меня пугаешь. — Не понимая, его поведения, ответил я.
— Фух. — Облегченно выдохнул Жила. — Ну, вот и ладушки.
— Ты хоть, толком можешь объяснить, чего так переполошился?
— Еще-бы не переполошиться. Ты ведь знаешь, кто такие берсеркеры? — Не столько спросил, сколько утвердил Жила.
— А кто же этого не знает. — Удивился я. — Видеть, в живую не видел, но уж рассказов о них, наслушался.
— Ты рассказы слышал, а мне однажды увидеть довелось. Вернее, теперь уже дважды. — Поправился Жила.
— Не понял. Среди них что, берсеркеры были?
— Не, среди них нет. — Замотал головой Жила.
— Ты меня запутал. Я вообще ничего уже не понимаю.
— А что тут непонятного? Сам же знаешь, что когда они своих мухоморов опиваются, то у них бошку напрочь сносит. К боли не чувствительны, и рубят всех кого не попадя, своих да чужих, всех без разбору. Я видел, как их после битвы останавливают. Их просто убивают, свои же.
— То, что их свои же рубят, честно, не знал. Но, все одно не понимаю. Если среди них не было берсеркера, к чему эти разговоры о них?
— Как, к чему? — Повысил, голос до крика, Жила. — Ты был берсеркером, ты.
— Да, ну тебя. Ты что, волчьих ягод нажрался? Я же никаких зелий не пил. С чего мне, берсеркером становиться?
— Да я, почем знаю? Глаза бешенные, рычишь, как зверь лютый, а еще этот твой смех, когда людишек кромсал. Да, я же теперь, по ночам спать спокойно не смогу. Меня, вон видишь, до сих пор от страха колотит.
— Так, ты меня решил теперь, до икоты запугать? Жила, кончай мне ужасы рассказывать.
— Ну тебя. — Махнул на меня рукой, Жила.
В этот момент, к нам подошел отрок.
— Там это, раненый под кустом лежал. Мы его опросили. Он сказал нам, где они своих коней оставили, под присмотром. Там, два охранника всего. Малинка, отобрала шестерых наших, они с ними разберутся, а меня к вам, все рассказать отправила.
— В какую сторону они пошли? — Спросил я, у парня.