Рианнон Шейл – Жена для Бога (страница 33)
Поднявшись, я побежала в комнату. Я решила, что, во что бы то ни стало, соскребу эту проклятую татуировку гребнем, пусть даже это мне стоит руки.
Темный во всей своей полуголой красе лежал на постели, прикрывшись лишь одеялом… и то, самую малость. Я дернулась, хотела выйти, но дверь была заперта.
— Ну что же ты, же-нуш-ка…
— Ваал знает? — указала на метку.
— Нет.
Бог соскочил с кровати, а я отвернулась. Негоже смотреть на чужих, голых Богов. Пусть даже этот самый Бог вдруг стал моим мужем.
— Не подходите, — не сказала, а пискнула осипшим голосом, словно бездомный котенок.
— А то что? — Темный прижался ко мне, намекая на первую брачную ночь. Схватил мои руки и прижал их над головой к двери.
— Вы мне не муж. Если уж нато пошло, то жених, — выпалила я. И откуда только смелость взялась?
— Ну, ничего, — муркнул он. — Я приведу завтра жреца, раз тебе так не терпится стать моей женой.
Что насчет брачной ночи? Сейчас или по традиции после церемонии? — рассмеялся он и толкнул меня к постели.
В общем, жених подкатывал отнюдь не по-джентельменски, желая начать сразу с продолжения рода.
— Мечтаю увидеть лицо брата, когда он узнает, что ты моя жена.
- Зомби вам в жены! — схватив подушку, зарядила Темному по лицу.
Глаза б мои больше не видели то, что видели секунду назад! Бесстыжий нахал.
— Нет, похоже с постели мы начнем не дожидаясь жреца, — сказал рассерженный Темный, потирая щеку, словно мягкая перина повредила его нежную кожу.
— Умертвие вам костлявое в постель, а не меня!
Под руку попался пустой поднос, который так же полетел в настырную физиономию. Я так просто не сдамся. Никогда! Лучше бы он меня убил… Я ему еще устрою… Как миленький отдаст меня обратно Ваалу. Еще и с приданным!
Цепкой хваткой меня пленили и опрокинули на мятую постель. Одна за оной подушки летели в ухмыляющееся лицо, пока мягкие убранства не закончились. Не знала чего во мне сейчас больше, злости или стыда от вида обнажённого мужчины, чьё тело было похоже на тело моего истинного мужа. Да, хочешь, не хочешь, но глаз скользнул по всем местам. Должна же я знать врага в лицо?
Темный схватил за ноги и с силой притянул к себе. Визгнув, я угодила пяткой Богу в нос, но его это не остановило. Навалившись всем весом, тот час же меня обездвижил и обезвредил. Грубо схватил за лицо и впился в губы. Напористо, сильно, сжимая руки, сдавливая тело, и проталкивая свой язык мне до самых гланд.
Давилась, задыхалась, вертела головой. Пыталась укусить его, слезы лились ручьем. Я умоляла прекратить и молилась тому, кто тут меня никогда не услышит. Чуть отстранившись, он взглянул в мои глаза, потом и во все отпустил руки. И я тут же влепила ему звонкую пощёчину.
— Ну что, довольна? Когда-нибудь могла предположить, что ударишь самого Темного Бога? — его тело обжигало, было таким горячим. Оно ещё не было никогда таким. И глаза еще никогда не были такими… отчаянными.
— Не знал, как тебя заткнуть и успокоить. Отныне буду это делать так. И будем мы жить долго… Насчёт счастливо вопрос спорный, но вечность обещаю.
Агросс поднялся и ушел, оставляя меня дрожать. Губы до сих пор горели от его порочного поцелуя. И ладони, что он сжимал, и каждый сантиметр тела, куда он прикасался. Кожи словно касался скальпель, вызывая жгучую боль обиды.
Сердце стучало так сильно, что звоном отдавался в голове, и вперемешку с потоком мыслей хотелось уже наконец-то уснуть. Слезы обиды не заставили себя долго ждать. Ворочаясь в постели, я прислушивалась к каждому шороху. Как жаль, но я не слышала ни ветра, ни шум волн.
Так кануло несколько дней в этой кровавой клетке…
— Аааа, — завизжала я, что есть мочи, когда проснулась в руках похитителя. — Ненавижу вас!
Он плавно потянулся, демонстрируя каждый мускул. Смотреть и видеть черты любимого и знать, что это не он…тошно.
Темный поплавал в бассейне, а потом нагой посеменил в коридор. Не понаслышке знаю, что у них ни стыда, ни совести. Так что возмущения можно опустить.
— Что это? — взглянув на поднос, спросила Агросса.
— Завтрак. Ешь.
— А где вилка? — недоумевала я, глядя на то, что есть можно только при помощи вилки и желательно ножа.
— Ешь руками, — сказал, как отрезал.
— Руками? Я что, дикарка какая-то? Я хочу столовые приборы!
— Ты попытаешься меня ранить, а так как у тебя это не получится, ты захочешь навредить себе.
— Да неужели? Тут уйма способов самоубиться! Например, прыгнуть вниз, проскочив все винтовую лестницу. Или хотя бы вот, — указала на бассейн. — Утопиться.
— Ну хорошо. Из комнаты ты не выйдешь больше.
— Я и так не выхожу отсюда!
— И воды в бассейне не будет. Ходи в душ.
Немного помолчав, я спокойно сказала…
— Ваал не будет затевать с вами войну. Ведь ее вы так жаждите? И он заберет меня. Мы провели обряд инициации, — ответила, глядя ему в глаза. — Я только его женщина. Я его жена. И вашей я никогда не буду.
Чуть нахмурившись, он вздохнул.
— Ты теперь моя. И я сильнее, чем он. Чтобы одолеть его, мне нужно было всего лишь забрать у него самую ценную вещичку-человечку, — рассмеялся. — Стихийники подсобили, не спорю. Мысль убить тебя канула. Может они узнали о моем плане и так решили тебе помочь? Странные чары Богов. Ведь теперь и в мыслях нет тебе навредить. Теперь Ваал будет мучиться, зная, что постель ты греешь мне. Но убивать я его не собираюсь, нет. Изгнать из этого мира обратно туда, откуда он пришел. Туда, где ему место. На один мир четверо Богов много. Ты не находишь? Стихийники не в счет. Как только Василиск и полчище демонов вторгнутся в империю, Боги элементов природы тут же канут. А Валар и Раил мне неровня. Семейные узы не играют роли у Богов. Я — самый сильный Темный Бог этого мира, и этому миру не нужны другие Боги.
— Простите, у меня, кажется, слишком много серы в ушах… Повторите, вы сейчас сказали, что вы полный идиот? Вы второй и всегда им будете!
Под мощным ударом Бога, поднос слетел с постели и превратился в смятую железку. Красный, виноградный сок залил покрывало, а приготовленный завтрак приказал долго жить…
Резким движением, он схватил меня за волосы, и притянул к себе.
— Твои глаза, как море. Я ведь могу укротить твои волны, чтобы ты больше не шумела, — фыркнул он.
— Ну, так чего же вы ждете? Смелее, — огрызнулась, растеряв весь страх.
Тяжело дыша, он неотрывно смотрел на меня. Надавив мне на затылок, я впечаталась в его губы.
Сердце кольнуло и забилось чаще при ощущении бархатных губ Темного Бога страстей и похоти. Сама не поняла, в какой момент обмякла, и начала отвечать на поцелуй, но он нехотя расцепил губы и выпустил меня из рук.
— Я могу применить к тебе чары, и ты не захочешь сопротивляться.
— И вы будете делать со мной все, что вам вздумается? — дрогнул голос.
— Нет. Скорее это ты будешь воплощать на мне все свои страстно-эротические, порочные и потаенные желания. Любая женщина рядом со мной становится бездушной марионеткой, с пустыми глазами. И ей овладевает её личный порок. Тебя я такую видеть не хочу. Ты нужна мне живая, — коснулся моей щеки.
Его низкий бархатный голос пленил. Я ощущала на себе его чары. Словно мед растекался по ушам, но сердцем понимала, что все лож. У Ваала другой голос. Жёсткий, командный, суровый, но именно его голос я любила больше всего на свете.
Как-то неожиданно для себя я влепила Агроссу пощёчину. Он тоже не ожидал, поэтому сперва, вытаращил глазенки залитые краснотой, а потом гнев сменил на милость.
— Извините, — поторопилась я, испугавшись. — Запоздалая реакция.
Глава 26. Таира
Ветер с океана врывается в эти прорези в стенах, чтобы заполнить своим ароматом комнату, которая стала для меня темницей. Пустой ветер, мертвый. Без энергии и дыхания жизни. Кажется, таким было все вокруг. Даже океан.
Любая попытка куда-либо сбежать заканчивалось одним и тем же… муками. Бежать было некуда, разве, что по лестнице, чьё количество ступеней каждый раз менялось.
Ноги ныли, душа болела, в горле застрявший ком ненависти к тому, кто заточил меня в эту темницу. Он выжидал. Я знала чего… Точнее кого. Но Ваал так и не приходил. Его не было. Он ни разу не ответил на мои мольбы, ни разу не приснился мне. Обижаться бессмысленно. Хотя, именно он говорил мне, что услышит меня, где бы я ни была. И, где моё спасение? У каких Богов я должна его искать? У кого просить, вымаливать? Или спасение во мне самой?
Однажды я уже доверилась Богам Стихий… Вот вам и защита, вот вам и нареченная дочь. Моя расплата, за любовь к Темному Богу. Знать бы теперь ради чего все?..
Свежие фрукты и вино, всегда теплый ужин на столе. Темный позаботился, чтобы я не голодала.
Но о том, что я медленно и верно сходила с ума от безысходности, он конечно не знал. А может, знал, и желал именно этого. Все мои провокации иссякли. Хотел бы убить — убил. Взять силой тоже не пытался. Порой я не понимала, сколько времени проспала, а сколько не спала вовсе. Сколько была одна и сколько находилась в ожидании. Пространство сводило с ума и эта неизменность и эфемерность времени.
И тогда я понимала, что еще пару тройку дней и если Агросс появится, то придется прыгать ему на шею от радости, или же со скуки. Мне кажется он того и добивался. Поэтому с очередным его приходом, просто оставалось тщательно наблюдать за каждым его движением, за каждым шагом и за каждым вздохом. Когда спал, когда принимал ванны, когда просто смотрел на меня, даже не пытаясь коснуться. Часто молчал. Говорил крайне редко. Вопросы игнорировал. Заводил меня с пол оборота, я закипала как чайник, а он ухмылялся. Потом снова пропадал на неопределенное количество времени, оставляя меня одну биться в отчаянии.