Рианнон Шейл – Обручённая с Тёмным Богом (страница 13)

– Папочка, а что там? – маленькая принцесса указала пальчиком на высокую черную гору.

– Это самое высокое место в Западной империи. И оно принадлежало одному из Темных Богов.

– А почему оно принадлежит ему? – недоумевала малышка. – Он живет там?

– Живет, – кивнул король. – И ходить туда нельзя, иначе Темный Бог заберет тебя, и ты будешь всю жизнь служить ему.

– А он что, король?

– Нет, – улыбнулся он ласково.

– Тогда почему я должна ему служить, если принцесса я? Я пойду и скажу ему, что не стану служить!

Король рассмеялся, а принцесса, нахмурив брови, взяла палку и пригрозила черной горе, показывая, что ничего не боится. Ведь возраст не измеряет храбрость поступков.

– Никогда туда не ходи, – сказал строго король. – Хорошо?

– Что если он сам придет к нам?

– Не придет. Проклятый Бог никогда не покидает свою гору и свой храм. Но он ждет невинную девочку, которая поднимется к серым облакам на высокую гору.

– Зачем же он её ждет? Он что, любит её?

Король снова рассмеялся, разворачивая принцессу к тропе, что вела домой.

– Проклятый Бог любит только себя. А любая девочка, что поднимется на самую высокую гору и сунет свой любопытный носик в храм, пропадет во тьме храма Хаоса, в обители Проклятого Бога.

Глаза девчонки округлились и наполнились слезами. Она побежала к замку, крича, что никогда не подойдет к этому проклятому месту. Король сказал сущую правду. Был ли он суров? Возможно. И он сказал бы что-то пострашнее, готов был ранить мягкое сердце своей маленькой принцессы. Но он хотел ее уберечь.

Однажды одна любопытная девушка поднялась на самую высокую гору, высмеяв существование Проклятого. Она решила доказать всем, что страх необоснованно.

То была родная сестра короля. Сестра, что однажды зашла в Темный храм и больше из него не вышла.

***

Мой разум проснулся первее, чем все тело. Витая в темном пространстве, я ощущала темплые прикосновения к коже. Оно то сжимало меня, то разжимало. От этой теплоты было хорошо и спокойно, но не менее странно. Я попыталась открыть глаза и пошевелить рукой, но тело отказалось в подчинении. А примыкающий жар продолжал расслаблять. Окутывал своей негой блаженства и топил в омуте странного удовольствия. Сознание где-то неторопливо плавало пока я не вспомнила Проклятого.

Приятные ощущения ту же сменились на панику. Я пыталась пошевелиться, но тело все так же мне не подчинялось. За одно мгновение вдруг стало холодно. Я ощущала себя тяжелой и неподъемных частью пространства. Меня что-то сдавливало с двух сторон. Мысли метались в голове, в надежде, что мне удастся пошевелить хоть пальцем. Но меня все время тянуло куда-то в пропасть, словно я не спала вечность. Тело продолжало покоиться в снах, тем временем как мой разум блуждал по ледяной темноте. А потом, собравшись с силами, я завизжала и замахала руками. Ощущения были, как будто я взлетела, а потом начала падать с удивительной скоростью.

Распахнув глаза, яркий свет кристаллов тут же поспешил меня ослепить, даже сквозь темную занавеску. Запах шалфея ударил в голову словно дурман. И не успев опомниться, меня тут же грубо сгребли в охапку горячие руки. Сердце ёкнуло, стремительно отправившись к пяткам. Пятой точкой я ощутила Бездна весть что! И стало определенно стыдно!

– Это вы? – перепугано вскрикнула, пытаясь высвободить саму себя из лапищ Бога. Нахмурив брови, Бог проложил по мне ледяную дорожку недоверчивого взгляда. Что-то мне подсказывало, что он сегодня в плохом расположении духа.

– А кого еще ты ожидала увидеть в моей постели? – злобно фыркнув, уставился куда-то ниже моего подбородка. Оказалось, что его взгляд завис где-то на моей груди. Осознав, что нахожусь перед Богом совершенно голая, резко схватила тонкое одеяло и натянула его на себя, стараясь прикрыть все важные стратегические места, в то время как места Бога тут же засветились перед моими глазами.

– О милостивый Хаос! – чуть не поперхнулась.

Я не могла это увидеть! Мне почудилось!

Накинув на него ткань, оказалась снова обезоружена. В этот раз на помощь мне пришел балдахин. Он был все так же красив. Не балдахин…Бог! Рельефное тело, что прослеживалось даже под тканью. А главное, что это самое тело было в полном порядке. Осознав это, выдохнула спокойно, а мой взгляд продолжил трогать Бога, чтобы убедиться, что он все такой же красивый. И целый. Если я, конечно, правильно все разглядела.

Он приподнялся, и ткань съехала на бедра, словно стекла по мускулистому торсу, как густая жидкость. Я сглотнула, подглядывая одним глазом. Любопытно жуть!

– Вы сами мне выделили эту комнату!

– Ты в моей постели, – снова суровым, холодным тоном прямо по сердцу. Обида накатила как волна. Я задышала часто, понимая, что вот-вот, и я разревусь. А когда я реву, меня очень долго никто не может успокоить.

– О, Бездна! – сорвалось из его губ. – Плачущая дева – горе Проклятому Темному Богу!

Поток слез, как открытый кран холодной воды, стремительно вытекал из меня в надежде затопить жалостью того, кто озлобленно смотрел на меня. Но он и бровью не повел! Смотрел и ничего не предпринимал! Бесчувственный бармаглот! И я ничего не могла с собой поделать. Потому что только отец мог меня успокоить, заточив в свои объятья. Сейчас мне ничего не оставалось, как вдоволь выплакаться, если Проклятый так и продолжит смотреть на меня своими красными глазищами, вместо того, чтобы… ну, не знаю, обнять, например?

– Ты ведешь себя так, словно тебе не шестнадцать, а шесть. Сколько можно плакать?

Его укор ни как не повлиял на ситуацию. А лишь наоборот. Утешитель из него оказался никудышный. И пока я спиной прижималась к кровати и куталась в край балдахина, Темный уже оделся, подошел ко мне и присел на корточки напротив, сверля взглядом. Я продолжала заикаться, давиться слезами и наматывать сопли на кулак, пропуская все то, что он говорил обо мне. Тварина бесчувственная!

– Вообще-то я принцесса и мне по статусу положено так себя вести, – оправдывалась я за свою плаксивость, вспоминая вчерашнюю картину нашей встречи в купальне. И как теперь это развидеть?

– Я существовал так долго, сколько тебе и не снилось. Я – монстр. То, что ты видишь сейчас, и то, что ты видела там, вчера, это часть меня, – говорил он очень жестко. – В действительности я еще страшнее. Просто знай это. И не устраивай истерик.

Видимо своим криком я задела его самолюбие. А чего он тогда в таком виде передо мной выскакивает? Шмыгнув носом на последок, я тут же успокоилась. Такая трагедия у него под маской по вечерам, а тут я еще со своими криками… Вот же идиотина!

– Я видала и похуже, – поспешила утешить расшатанное эго Проклятого, вытирая простыней сопливый нос.

– Тогда чего сбежала с таким воплем, что разбудила всех демонов?

– Вы были голый!

Мда уж…отмазалась….

Его брови подскочили в удивлении, а потом он снова одел холодную маску безразличия на лицо. Накажет ли он меня теперь? Выпорет розгами, как делала Королева-мать или же придумает что-то похуже?

– Вы ударите меня? – спросила так уверенно и бесстрашно, словно на дуэль вызвала.

Безразличие Бога сменилось на удивление. Он протянул руку к моему лицу, но резко одернул, так и не дотронувшись. А мне … а мне почему-то захотелось его прикосновения.

– Я не бью детей, – выдохнул, опустив голову в пол, а потом резко поднял её и наклонился ко мне, упираясь рукой в кровать, а своим носом чуть ли не касаясь моего. И было это так неожиданно, что я хотела подскочить, но мне не дали. И я прижатая к кровати продолжала обнимать ткань как последнюю надежду на спасение моей чести, которую завещала ему.

– Больше не заходи в купальню до тех пор, пока я тебя не позову.

– Это потому что я испугалась и закричала?

– Так ты все-таки испугалась.

– Нет! Я не испугалась…я...

– Ты поняла меня? – грозно прервал меня и я закивала.

А что еще мне оставалось…

Глава 16

Через минуту Бога уже и след простыл, и я осталась одна в его огромной пустой комнате на гигантском ложе. Провела рукой по черной, измятой простыни и нервный смешок вырвался из меня, обрушив на мою голову толи тоску с разочарованием, толи стыд и тонну красной краски.

– Это была моя первая ночь с мужчиной! – взвыла я, прежде чем удариться лбом об подушку.

– Кхм-кхм, – ворвалось в комнату и я подскочила, натягивая на себя одеяло. У двери стояла девушка все в той же красной тунике, а в руках у нее была…красная туника.

Ну уж нет!

Девушка прошла в комнату, занося свое божественное тело и мой новый отстойнейший наряд. За ней прошли еще два божественных тела. Обе держали золотые подносы с золотыми украшениями. Я нервно подергала ошейник, подаренный моим несостоявшимся мужем. Не снимается он. Шея уже болит от него. Может они снимут?

Но…спустя пару часов мучений девушки сдались.

На подносах лежали разные украшения для волос, украшенные камнями, которые мне ранее не встречались. Браслеты с такими же вкрапленными камнями и парочка подвесок с рубинами.

Такая подвеска смотрелась бы на моей шее определенно лучше, чем то, что было сейчас на мне. Но ничего не поделаешь. Надо было не реветь, а попросить Бога снять с меня эту цацку, которая была, как по мне, совершенно безвкусная! То ли дело браслет подаренный ястробелом. Простенький, но такой необычный! Его-то я уж точно не сниму.