Рианнон Шейл – (Не) бойся зверя (страница 6)

Семен ждет в машине, а я беру сумку с вещами и направляюсь к дому. Очень вовремя кто-то выходит, и я залетаю в подъезд. Надеюсь, за мной не следят папарацци, иначе я просто не смогу объяснить, что я забыл в этой вонючей, и богом забытой жопе.

Неужели все так плохо, что она не могла найти жилье в месте более благополучном, чем это? В доме, где не просто воняет плесенью, дерьмом и бомжами, но и с первого до пятого этажа трещина, шириной с мою голову.

Беда.

Куда смотрит мер? Надо наведаться к нему в гости.

Поднимаюсь на второй этаж. Восьмая квартира. Обшарпанная дверь из дерматина. Я нажимаю на звонок и, о чудо! Он работает!

Стучать не рискнул. Боялся дверь сломается.

Слышу по ту сторону шарканье ног и радостное: «Любимая, я бегу, бегу!»

Интересно.

Опешил, нахмурился. Одурел! Когда открылась дверь, а передо мной возникла девчонка в трусах, футболке и непонятной консистенцией на лице. Еще и зеленой. Глядя на нее возникло лишь одно желание: перекреститься.

— Отче наш, еже-си на небе-си… — не ожидал такого услышать в свой адрес, но девчонка застопорилась.

— Правильно «Иже еси на небесех».

— Аминь, — кивнув, начала тихонько закрывать дверь, но я выставил ногу вперед. — Вы что, свидетель Иеговы? Денег нет, сама на мели. Одни трусы, рваная футболка, а на лице голубиный помет. Прямо с подоконника соскоблила сразу на лицо. Говорят, это притягивает богатство.

Я откашлялся, прошелся взглядом от пят до макушек, оценивая стоящую передо мной незнакомку, держащую в руке планшет.

— Где Катя?

— О-о-о-о, а вы же это… да?

— Да, новый босс Кати. Так где она?

Девушка хмурит лицо, переводит взгляд на экран, после снова на меня и снова на экран. Переворачивает планшет.

— Вы?

Пробегаю взглядом по экрану, отмечаю статью из желтой прессы. Киваю.

— Но то, что написано неправда. Где Катя?

— Так она же у вас должна быть на работе, — переминаясь с ноги на ногу, отвечает девчонка. — А я, кстати, Юля, очень приятно!

Юля протягивает мне руку. Дружеское рукопожатие не происходит. В моей руке телефон и сумка с вещами, у девушки планшет и вторая рука зеленой консистенции.

— Может, впустишь, Юля? — улыбаюсь. Девчонка таит как сахарная вата на солнце. По лицу не видно. Под этой маской вообще хрен что разглядишь, а вот ее эмоции и запах… да. Все расскажут.

— Ну, раз такое дело, проходи-те. Говорила же, голубиный помет притягивает богатство!

***

Девчонка пропускает меня в коридор, сама выглядывает в подъезд и убедившись, что не было никакой слежки со стороны соседей, спокойно закрывает дверь.

— Ну вы проходите, садитесь на кухне, сейчас чай сделаю вам. Только дайте минутку, я халат, что ли, накину и маску смою.

Однушка. Ну хоть не обшарпанная и не вонючая. Женская берлога в бежевых тонах. Чисто, уютно, но места мало.

Раздельная ванная и туалет, где недоделан ремонт. А на кухне едва ли поместятся двое.

— Вот в туалете мы с ремонтом не успели, — выбегает девушка, распустив свои локоны и надев такой халат, что он совершенно не оставляет простор воображению. Красивая девчонка, но не моя. На не мою у меня не встанет. — Садитесь. Чай или кофе? Пирог вишневый есть.

— Не хочу, спасибо, — собирался обольстить девчонку и разузнать все о Кате. Волчье обаяние — прекрасный подарок с небес. Благодаря ему так легко контролировать людьми, особенно такими, как эта Юля. — Значит, Катя домой не приходила?

— Она сказала, будет до вечера стажироваться. Я ей, кстати, уже набрала, но она не отвечает. Ах вот она смс прислала! У врача она!

— Она болеет?

Что-то внутри больно резануло. Я ведь ничего о ней толком не знаю, что с ней было все это время. Как мои олухи могли проглядеть девчонку, которая жила у меня под носом? Хотя, может она только приехала из какого-то богом забытого жопосранска.

— Ну как сказать, душевно больна. Она у психолога. Но вы не волнуйтесь! Ничего такого! С ней уже все хорошо, просто залечивает раны из прошлого.

Из прошлого? Это из-за меня получается и из-за охоты, которая была объявлена тем психом на Истинных. К счастью, того ублюдка убили. Жаль, что это сделал не я.

Юленька быстро делает две кружки чая, ставит пирог. Несмотря на то что я отказался.

— Очень вкусный! Попробуйте, его Катя готовила.

— Спасибо, — сразу же хватаюсь за вилку, нанизываю кусок. Юля наблюдает, как я этот кусок медленно кладу в рот. Не обманула. Правда вкусно.

— А это я, кстати, отправила ее на собеседование, а она не хотела. Очень мило, что вы к нам заглянул. Вы так ко всем сотрудникам вечерочком заглядываете? М? — хлопает здоровенными ресницами и улыбается белоснежной улыбкой.

Хороша чертовка, глазами стреляет неплохо, сама кому хочешь мозг запудрит. Далеко пойдет. Если бы не ее аромат, предположил бы, что она волчица. Слишком самоуверенная, меня не боится, но не может не знать, кто я. Кажется, об этом знали все, ну кроме неподготовленной Кати. Сказанное Юлией меня не волнует, поэтому пропускаю мимо ушей. А вот странные ароматы, витающие в квартире, мешают концентрироваться.

— Катя значит готовила? М-м-м-м, прямо таит во рту.

— Катя очень вкусно готовит, и вообще она умная. Так что случилось? Почему ищете ее?

— Боялся, что не смогу дождаться завтрашней встречи.

— А в пакете что?

— Завтра встреча с важным человеком. Это униформа переводчика.

— Первый раз слышу, что у переводчика должна быть униформа, которую еще и начальник приносит. Мне б такого, как вы. Наверное, вы хотели убедиться, что она будет Кате впору. О-о-о, в пакете еще и трусики лежат! Переводчик, говорите? А зарплата какая? Я бы не против кого-нибудь поразводить. В смысле, что-нибудь попереводить.

— Расскажите о себе, и я подумаю, куда вас пристроить. Чем вы занимаетесь? Это, кстати, ваша квартира?

— Да, моя. Я надеюсь, вы не черный риелтор? — девушка звонко рассмеялась. — Я шучу! От бабушки досталась. Я администратор небольшого ресторанчика на набережной. Вы наверняка там бывали, хотя я вас не видела. Видела бы, запомнила!

— Я не люблю рестораны. Предпочитаю есть домашнюю кухню. А где вы с Катей познакомились?

— Ну, история мутная. В психушке.

Я поперхнулся, и Юля изрядно напряглась. Глаза забегали, и не от страха, что я помру от крошки пирога, а от того, что ляпнула, а точнее, сдала подругу. Понимаю, что навряд ли она там работала.

— Понимаете, у Кати тяжелое прошлое.

— Расскажешь? Я бы хотел ей помочь.

— Знаете, нет, — говорит твердо, чем удивляет. Вся ее кошачья игривость и инфантильность скатывается на нет. — Спросите у нее сами. Захочет, расскажет, а я у меня нет желания рассказывать секреты своей подруги, понимаете? Хотя вы… человек серьезный, с вашими связями вы найдете любую пылинку и иголку в стоге сена.

Куда уж тут… связи мои подвели. Юля мне нравится все больше. Правда то, что я на нее не очень-то и действую, мне не нравится.

— Расскажи про родителей.

— Алекс, — протянула мое имя, слегка нагнувшись, чтобы я смог разглядеть ее упругую стоячую грудь. Не цепляет. Ибо в глазах грудь Кати, которая едва ли помещалась в той, потерявшей белизну, блузке.

Делаю вдох, прикрываю глаза. В паху тяжелое ноющее чувство, будто Истинная уже совсем рядом. Может от греха подальше уехать домой? А то придет она, разве я смогу спокойно уйти? Нет, зверь уже выть начинает.

Делаю глоток чая. Мерзость. Закусываю пирогом.

— Я могу вам рассказать о себе, о Кати не буду, — пальцы девчонки неожиданно касаются моих. Я удивлен. Хотя, почему? Им всем дана эта фривольность, когда рядом Альфа.

— Почему, — накрываю ее ладонь своей. Не расколется, значит точно волчица. Надо и на нее накапать информацию. Пусть Сема этим займется. Нет, не так, пусть ею займется не в бумажном смысле. Эта сучка яро желает волчьего внимания.

Юля убирает свою руку и смущенно отводит взгляд. Сама неприкосновенность. А я, усмехнувшись, отравляю еще кусок пирога в рот. Кардинально подсел, хотя углеводы вообще не мое, но это было чертовски вкусно.

Дверь квартиры неожиданно открывается и аромат Екатерины прошибает мозги. Я едва ли не подавался вишней.

— Юлька, а чего дверь не запер-та.