Рианнон Илларионова – Школа Хизер Блоссом (страница 41)

– Стоит кому-то вывезти ее к старой мистрис? – предложил Лэнгдон. – Это я вполне могу взять на себя.

Робин Гудфеллоу отрицательно помотал головой.

– Я не знаю, где она. Я не могу разыскать смертных, когда они так быстро перемещаются. Белинда скрывается или… сама ищет кого-то. Навещает друзей… и врагов, собирает долги. Она будет здесь летом, когда падет Вуаль, которую люди так боятся. – Пак рассмеялся.

– А что ты собирался рассказать о человеке? – спросил ганконер, недобро и хмуро глядя в сторону.

Робин запустил руку в шевелюру, привычно проводя пальцами по чувствительным, небольшим, но острым рожкам.

– Он не подпускает к себе темных и даже нейтралов. К нему просто невозможно приблизиться. Этот магистр намного сильнее прежнего…

– А Белинды? – отрешенно уточнил светловолосый ганконер.

– Они ровни по уму. Или уничтожат друг друга, или подружатся. Даже не знаю, что сам предпочел бы выбрать. Магистр слабо подчиняется фейрийской магии… и почти не спит.

– Может быть, камень в перстне защищает его? – бесстрастно предположил Лэнгдон.

– Нет, это его собственная сила. Он не скоро потеряет свою власть. – Пак неожиданно перешел почти на шепот: – Может быть, никогда.

После ужина цепочки претендентов на поступление потянулись в здания клубов. Элли и Бри тоже пошли в «Единорог». Больше всего Элли боялась, что не увидит Фанд и узнает, что с ней случилось что-то ужасное. Но ни то ни другое опасение не сбылось. Фанд была на месте, улыбалась и шутила с новичками как ни в чем не бывало. Глава клуба по одному приглашала претендентов и разговаривала с ними. Дождавшись своей очереди, Элли продемонстрировала главе клуба платок мастера Баркли и свою колоду. Глаза у Фанд расширились, когда он увидела «Миракль Лилий и Роз».

– Это что-то фантастическое! – воскликнула она, осмотрев несколько карт. – Ты ведь понимаешь, что это фейрийская работа?

Элли кивнула. Она уже приготовилась сказать, что это подарок родственницы, но Фанд не спросила об этом – видимо, сама решила так же. Она уже загорелась новой мыслью:

– Слушай, давай сделаем так. Я тебе дам одну из своих колод на время, и ты будешь учиться с ней. В первые дни каникул у нас по традиции всегда игра, соревнование между школами. Я обещаю, что включу тебя в команду и ты будешь играть своей колодой. Это реально будет фурор! Все с ума сойдут. Настолько редкой и дорогой колоды миракля еще ни у кого в нашей школе не было. – Она секунду помолчала. – Да и не удивлюсь, если в остальных тоже.

Элли кивнула. Ей искренне не хотелось лишний раз брать в руки этот миракль – слишком неприятные воспоминания он навевал.

– Можешь идти, и позови Брианну, – велела Фанд.

Элли вышла из сада, в котором разговаривала с главой клуба. Она забрала предложенную Фанд колоду и, подавив желание спросить у главы клуба, как она себя чувствует, вернулась к подругам.

Из их курса испытания выполнили все претенденты, но Элли лишь запоздало поняла, что Грэма Фанд к себе не приглашала, как будто заранее знала, что юноша все сделал. Он как опустился в кресло, едва войдя в клуб, так и не вставал с него весь вечер, холодный и царственный, как правитель эльфов. Элинор уже практически перестала смущаться мальчишек своего курса, вполне могла поздороваться или что-то спросить, но вот Грэм Драммонд продолжал оставаться для нее чужаком. Тем более странно было иногда чувствовать на себе его взгляд, словно чего-то ждущий.

На очередном занятии по травозелью мастер Ланди сообщил, что следующий урок планирует провести в школьном саду.

– Я хочу, чтобы вы собрали небольшой гербарий, – сказал он напоследок. – Скоро станет слишком холодно для этого.

Некоторые студенты начали задавать уточняющие вопросы о том, что с собой брать и когда готовиться, и мастер Джулиан обратился к своей помощнице:

– Когда я выберу время, то мистрис Мэддокс все вам расскажет…

Элинор подумала, что видит Бренду Мэддокс только на уроках и почти никогда в коридорах общежития или даже в столовой. Все свободное время та, похоже, просиживала в кабинете травозелья, убирая там и раскладывая все по местам. Работы, как Элли понимала, было много, но недовольной Бренда отчего-то не выглядела.

«Это же все оплачивается», – вспомнила девушка. Агни тоже помогала на кухне и недовольства не выказывала.

Через неделю Бренда действительно сообщила, что занятие будет проводиться на улице. Первый курс, одетый для прогулки, собрался в холле школы. Многие захватили с собой корзинки для листьев и других составляющих «гербария», который заказал им учитель. Элли отметила, что из плетенки Эниды выглядывает маленький черный котенок – ученикам можно было привозить в школу домашних любимцев, – и в очередной раз удивилась, как Джулиану Ланди удается держать совершенный баланс между свободным стилем своего преподавания и панибратством. Казалось, на уроках, где можно «вставать и разговаривать», группа подростков должна была устроить откровенный беспредел, но такого и близко не было. Элинор уже не в первый раз размышляла, не виной ли тому сложные составы специй в разнообразной выпечке, которой мастер Ланди их старательно «откармливал» почти на каждом уроке, и не подсыпает ли он туда чего-нибудь эдакого… запрещенного.

Как бы то ни было, против котенка появившийся учитель ничего не имел. Первый курс, получив задание, разбрелся по окрестностям, высматривая особо красивые листья и последние цветы, покрывающиеся изморозью. Элли и группа из нескольких девушек предпочли ходить рядом с мастером Джулианом, который останавливался почти у каждого растения и пространно рассказывал, что оно из себя представляет и для чего могут быть использованы его части: корни, стебли, кора или листья.

Остановившись у одного из поворотов естественного ландшафта, мастер Ланди немного призадумался, потом с сомнением качнул головой:

– Туда я вас пока не поведу… Там у меня… – он произнес это с каким-то особенным придыханием, – ядовитая флора.

Джулиан обратил внимание на Лахлана:

– Нет-нет, мастер О’Фла́херти, этот гриб на кухню нельзя. Несите мне! Да, где вы его обнаружили?

Учитель тщательно очистил небольшой участок от белесых тонконогих, слегка подмерзающих грибов, сложив их в чью-то корзинку.

– Если в следующий раз будет пирог с грибами, я пас, – шепнула Агни. Видимо, она тоже что-то подозревала.

Корзинки постепенно наполнялись «гербариями». Едва Элли ощутила, что начинает замерзать и уставать, как влажную прохладу сада разорвал отчаянный крик:

– Геката!

К ним неслась Эни́да Маккуи́н с расширившимися глазами, она была в таком шоке, что даже не плакала. Девушка судорожно вцепилась в руку учителя.

– Моя кошка… Она забежала за ограду.

Мастер Ланди посмотрел на Эниду Мо́рин безумным взглядом.

– Отойти всем от забора! Не приближаться к туману! – Голос его, как показалось Элли, покрыл все пространство от школы до ворот. Потом он наклонился к Эниде: – Сейчас приведу привратника. Надеюсь, успеем.

И он мгновенно умчался. Энида, всхлипывая, метнулась к ограде. Элинор, повинуясь непонятному импульсу, побежала следом, за ней все остальные. Энида уже была у того места, куда пролезла ее любимица, и тщетно пыталась выманить ее с той стороны. Подчиняясь указаниям, которые им каждый день твердили преподаватели, – ни в коем случае не подходить к забору, – она стояла в паре метров от кованой решетки и повторяла имя кошки:

– Геката! Иди сюда. Вылезай. Гекуша!

Был день, и туман еще клубился в нескольких метрах от решетки. Котенок сидел совсем близко от кованых прутьев и умывался. Элинор оглянулась. До привратника бежать было далековато, да и через сколько минут старик сюда дохромает? До кошки рукой было подать. Тем более туман, словно почуяв рядом живое существо, начал ползти к котенку, вбирая в себя остающееся до него пространство.

– Где же он? – простонала Энида.

Элли вспомнила слова мистрис Миднайт, что туман ей не повредит. Дальше дело шло на секунды. Мгла уже мазнула котенка по хвосту. Элли протянула руку за решетку и схватила питомца Эниды, втаскивая животное на территорию школы. Но это уже был не маленький пушистый котенок, а крупная взрослая кошка, словно время под влиянием тумана исказилось и начало двигаться иначе. За пару мгновений, что кошечка соприкасалась с дымкой за забором, она повзрослела на несколько лет.

Элинор вручила кошку Эниде, которая была так удивлена стремительным поворотом событий, что слова не сказала, только обняла животное обеими руками. Когда буквально через минуту появились мастер Ланди и старый привратник, учитель, оценив обстановку, строго спросил:

– Кто это сделал? – Грозный голос у молодого преподавателя не получился, но студентам, и без того под впечатлением, оказалось достаточно.

– Элинор, – разом произнесли несколько голосов. Потом они разделились на несколько выкриков: – Не ругайте ее! Она молодец! Не растерялась!

Элли стояла, потупившись, будто и правда ожидая недовольства учителя, но мастер Джулиан, казалось, наоборот, расслабился. Элинор только понадеялась, что к вышестоящему начальству ее не потащат. Учитель обернулся к привратнику:

– Мистрис О’Ши справилась сама…

– Это она может, – глухо бормотнул старик и повернулся уходить.

– Благодарю, – кивнул ему вслед мастер Ланди и снова взглянул на первокурсников: – Мастеру Баркли я, разумеется, об этом сообщу. Мистрис Маккуин, вам придется принять то, что ваша кошка побывала за Вуалью Фейри и никогда не станет прежней.