Рианнон Илларионова – Школа Хизер Блоссом. Книга 2 (страница 31)
— Я поищу сам. Вас же я очень настоятельно хочу попросить… — юноша открыто посмотрел мужчине в глаза. — Прикажите темным вернуть не смертельные ловушки на светлых.
— Вот как? — задумчиво пробормотал мастер Баркли. — Вы понимаете, что и сами можете пострадать?
— Вы запретили ставить их из-за… меня, — по-прежнему напряженно продолжил Грэм, — но не нужно. Теперь школа слишком уязвима. А из силка меня сможет освободить кто-нибудь из нейтральных.
Мастер Баркли задумчиво кивнул.
— Если вы сами настаиваете, мастер Драммонд, конечно. Но в связи с чем такая срочность?
— У меня есть большое подозрение, что светлые могут проникать в школу под личиной темных или нейтралов, — ответил Грэм. — Не спрашивайте, откуда я знаю, просто вижу. Может быть, только одного.
— Кто? — непривычно резко спросил директор.
Теперь он выглядел по-настоящему встревоженным. За прикрытой дверью в полный голос переговаривались первокурсники, но мастер Персиваль не обращал на это внимания.
— Темноволосый, с медальоном на шее, — медленно произнес Грэм, пристально наблюдая за реакцией мастера Баркли.
Директор слегка сник.
— Я предчувствовал. Что-то в нем было… Но я доверился обитателям замка, ведь они видят больше.
— Даже они не могут видеть через личину, — ответил Грэм. — Я могу, но, скорее всего, только именно этого фейри. И мне нужен Робин, один я могу не справиться. Темные мне откажут.
— Я понимаю… — сказал директор. Снова открыл дверь, шагнув назад в класс, обратился к студентам: — Я вас отпускаю, закончим завтра.
Мастер Персиваль предусмотрительно отошел в сторону, Грэма же вырвавшаяся из кабинета лавина первокурсников окружила и слегка пошатнула. Он недовольно вскинул голову и издал гневный возглас.
— Секунду, — сказал мастер Баркли. — Я пойду с вами. Если вы правы насчет светлого в замке, это поважнее занятий.
Он вернулся в кабинет и почти сразу вышел обратно без пергамента. Заперев дверь, он пошел по коридору, рассуждая на ходу:
— Робин не только самый неуловимый фейри замка. Он чуть ли не единственный, кто приходит, когда в нем действительно есть необходимость. Уверен, что он появится. Но все же первым делом я бы сходил в Башню Факультета Бригидд. А вот если его там нет, наши поиски могут затянуться.
У невидимых Щитов Фейри Грэм остановился, наблюдая, как мастер Персиваль делает несколько шагов от лестницы и исчезает. Назад он вернулся довольно скоро и, к счастью, не один.
— Я же говорил, нам повезет, — сказал он уже с привычной хитринкой. — Только ситуацию обрисуйте сами.
Мастер Баркли вновь скрылся за Щитом, видимо, решив провести так неожиданно образовавшееся свободное время с членами родного Факультета. Грэм перевел взгляд на бессмертного нейтрала.
— Мне нужно вышвырнуть из замка одного фейри… с медальоном, — подчеркнуто безразлично сказал Грэм. — Поможешь?
Голубые глаза пака загорелись радостным предвкушением.
— Не буду спрашивать, чем он тебе не угодил, но я готов. И что с ним нужно сделать, мой господин? — Робин следовал за ним, чуть сзади, легко скользя кончиками пальцев по каменной стене.
— Для начала найти, — ответил Грэм, поворачиваясь к лестнице. — И я тебе не господин.
Робин плутовато смотрел в спину юноши. Вдвоем они спустились по ступеням и пошли по школьному коридору.
— Все может измениться, мой господин. Многие надеются, что войне между Дворами придет конец.
— Сомневаюсь, — едва слышно заметил Грэм, но фейри расслышал.
Он грациозно обогнал Грэма и пошел перед ним спиной вперед, ничуть не опасаясь обо что-то споткнуться.
— Они называют это враждой, которая древнее звезд, но все, что имеет начало, имеет и конец. Если Светлейший Король возьмет в жены Темнейшую Королеву, Двор будет только один.
— И кто верит в такую возможность? — почти раздраженно спросил Грэм.
— Я, — ответил Робин.
Он повернулся на цыпочках в подобии танцевального па и пошел рядом с Грэмом, едва касаясь пальцами руки его локтя.
— Если ты, Светлейший Принц, сделаешь Темнейшую Принцессу своей навсегда, я буду счастлив. Многие будут счастливы.
Грэм напряженно молчал.
— Осторожно, пак, — сказал он, наконец. — Не раскрывай секретов.
Робин едва ощутимо провел ладонью по темным волосам юноши.
— Я не
— Все тайны мы раскроем, — не удостаивая пака взглядом, ответил Грэм. — Сейчас я хочу только уберечь названную сестру от ее врага.
— Если он враг Элинор, не лучше ли искать его рядом с Элинор? — поглядывая на потолок, как бы между делом негромко предложил Робин.
Грэм притормозил.
— И многих королей ты был советником? Сколько тебе лет?
Пак задумчиво пересчитал пальцы, потом отчего-то пересчитал факелы на стенах и, на этот раз почти не таясь, посмотрел в лицо юноши.
— Пятьдесят, сто, двести… Кто будет помнить? Человек не отмечает секунды своей жизни, зачем мне отсчитывать века моей вечности?
Грэм и Робин не отрываясь смотрели в глаза друг друга. Пак отвел взгляд первым, опустив голову в притворном смущении.
— Когда я выбирал, кому отдам свою волю, Король и Королева соблазняли меня каждый своими дарами, и я избрал Королеву. Но если бы Светлейшим был ты, мой Король… выбор оказался бы куда более сложным.
— Я не король, — упрямо сказал Грэм.
— У меня был выбор, у тебя его нет, — ласковый голос Робина не вязался с жестким смыслом слов. — Я не ошибся в служении, Королева оказалась прекрасна. Мудра и жестока. Я часто размышляю, похожа ли на нее дочь?
— Не думаю… — снова едва слышно пробормотал Грэм.
— Если Принцесса позволит себе быть собой, она превзойдет мать во всем. И она должна быть твоей. Все бессмертные иного мира склонятся перед тобой, своим повелителем, и я готов быть первым.
— Пак, ты нарываешься на взбучку, — Грэм говорил уже гневно. — Я не просил ни крови, ни трона. Мне хватает моей человеческой судьбы, я и ей-то не знаю как распорядиться.
Робин слегка отскочил, но недалеко и снова приблизился к Грэму почти вплотную.
— Иные рождаются великими, другие достигают величия, а третьим величие даруется ³. Это твоя судьба. А трепки я не боюсь. Как-то Темнейшая Королева наказала меня за то, что я выполнил ее поручение слишком быстро. И знаешь что, мой король… — пак почти коснулся губами уха Грэма. — Нет страшнее боли, чем оттянутое блаженство.
Грэм ничего не ответил, старательно игнорируя прилипчивого пака.
— Надеюсь, ты не забыл? Нам нужно найти одного фейри. И я совершенно не представляю, где он может быть.
— Что не так с ним? — пак следовал за Грэмом, едва касаясь ступнями пола, в то время как тот звонко чеканил шаг. — Он не опасен, раз темные позволили ему остаться.
Грэм зло дернул ртом, не заботясь, видит ли Робин.
— Я думаю, он никому не показывался, и ничего ему не разрешали. Он обвел всех вокруг пальца…
— Кроме тебя? — весело уточнил пак, но Грэму это не польстило.
— Мне повезло, — сухо сказал он.
Робин слегка отстал и постарался добавить в голос немного серьезности:
— Что мы с ним сделаем, когда найдем?
Грэм обернулся.
— Ты должен его запомнить и мочь описать. Его нужно изгнать отсюда, не дожидаясь беды. Сомневаюсь, что Неблагой Двор будет выполнять мои приказы. К тебе прислушаются.
Он помолчал.
— Хоть бы он попал в ловушку! — Грэм воскликнул это с такой мольбой, что Робин позабыл зубоскалить.