Рианнон Илларионова – Школа Хизер Блоссом. Часть 2 (страница 46)

Женевьева снова шевельнулась.

— Она же... не может не знать, как это все работает. Не настолько же все... беспросветно.

Персиваль тяжело вздохнул.

«Если Ренар с ними справлялся, то жму руку, — подумал он. — А я еще думал, что у Каландры тяжелый характер».

— Боюсь, что настолько, — ответил он, надеясь, что эмоции не отражаются на лице. Дополнительно нагнетать атмосферу не хотелось. — Девочка не властна над этим. Она не помнит.

Дамы переглянулись. Персивалю невооруженным взглядом была видна сила их трикветра — они словно общались без слов. Наконец, Одетт снова посмотрела на него.

— Допустим. Что вы намерены предпринять?

— Не намерен... — отрезал Персиваль. — Я уже предпринял, в тот же вечер.

Дамы разом поменяли позу, закинув ногу на ногу, подчеркнув, что слушают.

— Нескольких природных фэйри я отправил к Оберону, — сказал директор. — Кто-то из темных вызвался предупредить своих, их правительница, как вы знаете, пропала. Магистра Ренара будут искать, но это уже воля случая. Мы можем только надеяться, что он жив.

— Мы не можем рассматривать другое развитие событий, — Одетт подалась вперед, пристально смотря на Персиваля. — Все иные мысли — измена Ордену.

Директор встал из-за стола и присел рядом на диван, мягко беря руки женщины в свои.

— Не нужно мне угрожать, — негромко сказал он, не сводя свои зеленые глаза с ее темно-карих. — Я полностью на вашей стороне, и абсолютно верен магистру Ренару. Я делаю все, что в моих смертных силах. Фэйри делают все, что в их. Мы его отыщем.

Одетт слабо вздохнула и отвела глаза, успокаиваясь.

— Допустим, — она все еще не готова была полностью отступить.

— К тому же на нашей стороне и сам магистр, — заметил Персиваль, — как мы можем не учитывать его собственную волю.

Директор взглянул на обеих женщин.

— Он может подойти к любому бессмертному в том мире и потребовать помощи. У него есть власть и перстень.

Дамы снова молча переглянулись.

— Вы хотите сказать, что наш брат за... сколько... три недели ни к кому там не подошел? — Женевьева говорила будто лиса, тихо и вкрадчиво, точно с умалишенным.

Персиваль терпеливо вздохнул.

— Мистрис... Монбельяр. Вы не учитываете особенность Тир-нан-ог. Это мир посмертия, и время там течет совершенно иначе, причем для каждого человека индивидуально. Это у нас прошло три недели, а там же... быть может, минута. Или миг. В конце концов, магистр может просто осматриваться. Для кого-то там за наш день проходит век, но здесь не тот случайБудем надеяться.

— Вас послушать, он там развлекается, — буркнула Одетт. — Что теперь будет с Магистериумами, Орденом и фэйри? Бессмертные уходят из реннского отдела.

— В школе несколько другая ситуация, — терпеливо пояснил Персиваль. — Наши никуда не уходят, но тут девочка. Они будут охранять ее. К персоналу фэйри тоже лояльны и уважительны, других студентов не обижают. Благой же Двор никогда не нес нам добра. Комично, но это факт.

— Проклятые эгоисты! — воскликнула Женевьева.

Одетт поддерживающе стиснула ее руку, не сводя подозрительного взгляда с Персиваля.

— Орден остался без руководства, — обтекаемо сказала она.

— Возможно, прежняя магистр, мистрис Белинда пока возьмет на себя эту ношу?

— Никто этого не допустит, — отрезала Одетт. — Если фэйри уходят, плевать они хотели на старуху. Они слушались только моего брата.

— Мы его найдем, — убежденно сказал Персиваль. — Это только вопрос времени. С возвращением только будет сложность, но он сможет руководить Орденом и из-под Вуали.

«Искренне на это надеюсь, — подумал он, — «Вопрос времени» — как точно сказано. Из-за времени как раз все проблемы.

— Тот мир опасен для смертного, — директор смотрел мимо обеих женщин, будто боясь встретиться с их яростными взглядами. — Даже для человека с полномочиями. Не могу лгать — я боюсь. Там на каждом шагу... немыслимые чудовища.

— Мой брат сам — немыслимое чудовище! — выпалила Одетт. — Я не удивлюсь, если он выберется сам.

Сестры магистра в очередной раз переглянулись и разом встали.

— Хорошо, — сказала Одетт, — Можете считать, что мы вам поверили. В Шотландию и Бретань мы поедем в сентябре, их руководители «очень неожиданно» отбыли на отдых в неизвестном направлении. Посмотрим, что нам ответят там. В любом случае, ирландский Магистериум считается основным и встреча актива Ордена будет в Дублине. Там и подведем предварительные итоги.

Персиваль тоже поднялся, галантно целуя руки обеим. Впрочем, на француженок это не произвело видимого впечатления, вежливость ирландца они восприняли как должное. Они взглянули на Персиваля, разом склонили головы набок и вышли из кабинета, привычно беря друг друга за руки.

Оставшись в одиночестве, Персиваль сел обратно за стол и устало прикрыл лицо ладонями. Разговор вымотал его.

Толкаясь и переругиваясь хриплым шепотом, кобольды взломали замок комнаты и уставились на спящую женщину. Каландру явно мучили кошмары — она разметалась по кровати, тяжело дыша и обливаясь потом. Время от времени она слабо вскрикивала и меняла позу, точно с кем-то сражалась.

— И чего делать? — спросил один из темных, неразборчиво шепелявя. — Докторицу может нужно, банши?

— Не велено, — прогнусавил другой. — Только барахло собрать и вынести. Велено — тащим.

Он первым вцепился в край картины, прислоненной к стене, давая пример всей артели. Некоторое время кобольды пыхтели и тянули, потом один вспомнил:

— И еще чего-то!

Остановились и задумались.

— Траву собрать в мешок! — наконец вспомнил один. — Велено — собираем. А кто приказал-то?

Снова задумались.

— Да ты начинай! — приказал главный. — Само вспомнится. Вроде, в красной бумажке!

— Нет, в синей!

С энтузиазмом повспоминав цвета, кобольды пошвыряли в мешок все, до чего могли дотянуться цепкими лапками и продолжили тащить картину. Но в коридоре снова вышла заминка.

— А дверь чинить обратно велено?

Порешили на всякий случай починить. Получалось это у них, впрочем, почти беззвучно и быстро. Руками кобольды работали явно лучше, чем головой. Когда все было готово, они собрались было уже разбежаться, но голос смутно знакомой женщины остановил их:

— Подождите, это еще не все. Отнесите все, что взяли, за ворота и там бросьте. А это за работу.

Она вынесла темному народцу несколько бутылок виски и захлопнула дверь. Кобольды переглянулись.

— Потащим? Или тут оставим? — награда уже жгла пальцы от предвкушения.

— Хозяйка приказала, — рыкнул главный. — Людям служить велено. Велено — служим. Ну, братцы, последний рывок!

Сам он осторожно нес бутылки. Кобольды шустро дотащили поклажу до ограды, пропихнули через прутья и прыснули обратно к особняку. Впереди ждало заслуженное угощение и желанный отдых.

Туман вытянулся, как щупальца живого существа, и поглотил неожиданный дар. В это мгновение Каландра вскинулась на постели, просыпаясь от собственного вскрика. В голове путались сны, явь и воспоминания, сменяя друг друга безумным калейдоскопом.

Память подкидывала то пожар, то нападение светлого войска, то, что сошедшая с картины девушка сама вышла сквозь запертую дверь. Никогда еще Каландра не ощущала себя такой слабой и беспомощной, найдя в себе силы рассказать о произошедшем только Персивалю и Катрионе.

«Хизер Блоссом» прощалась с прочими школами еще на год. Бретонцы уезжали с кубком, шумно и бравурно, оставив после себя беспорядок в спальне и осколки бутылок. Шотландцы в противовес шагали по парку почти строем, не отходя от своего педагога и не болтая. Казалось, даже фэйри вокруг и опасный туман за воротами не в состоянии удивить их или вывести на эмоции. Славяне, впервые увидевшие не только бессмертных, но и «заграницу», видели во всем чудо и сказку — трепали брауни за мохнатые уши, вежливо просили погладить местную знаменитость — кошку Гекату, бесстрашно гуляли по парку до отбоя и перезнакомились с половиной школы. Троица северян точно была первой, кого отсюда провожали со слезами и пожеланиями увидеться вновь.

Помахав вслед удалявшемуся автомобильчику, увозившему Яра в тоже почти волшебную Сибирь, Элли обернулась на подруг и слегка замялась.

— Мне нужно собрать мысли в кучу. Надеюсь, на вашу поддержку. Только... уйдем отсюда, очень шумно.

— В комнате сидеть не хочется, — Бри аккуратно притянула к себе ветку яблони и вдохнула аромат. — Такая чудесная погода. Можно Лэнгдона уговорить отвезти нас в Дублин.

— В очередь записывайся, — буркнула Агни. — Наши каждый день ездят, магазины громят на весь будущий год. Слышь, Элли, попроси бабушку в школу автобус купить.

Элли рассмеялась. Представить ганконера, который больше напоминал английского дворецкого за рулем дребезжащей желтой махины было уморительно. Встречи же с Белиндой Элли почти побаивалась. Эта загадочная женщина появлялась и исчезала, когда ей было угодно. Элли не имела представления, где ее теперь можно отыскать.

— Пойдемте к нам... — просто предложила она. — В наше Убежище.

— Я печенья принесу, — предложила Бри и убежала в сторону школы.