Ри Гува – Цвет тишины. Часть 2 (страница 25)

– Конечно… – мягко ответил Райан и посмотрел на Стюарта, который… был в полнейшем шоке от того, что только что услышал, но приказ выполнил, и я уже вливала в себя обжигающую жидкость.

– Я, пожалуй, тоже выпью. – устало произнес Пирс.

– И мне налей. – подхватил Трой, злой, как черт. – Как думаешь, согласится? – спросил он у Райана.

– Должен.

– Ты уверен?

– Я бы не убил единственного в своем роде человека… Иммунитет от вируса, сгубившего Землю… Только псих способен на столь безрассудные действия.

Пирс злобно усмехнулся и сказал:

– Ты всегда сравнивал его с собой! И это неправильно, Райан! Президент – и есть психопат! А ты всегда рассуждал здраво и по закону, черт тебя дери! И если ты не заметил, то ему окончательно снесло крышу из-за Лексы!

– На что ты намекаешь? – спокойно уточнил Блэк, но я почему-то поняла, что ОН уже и так думал об этом… просто не хотел признавать, что прав.

– Не жди от него компромисса! – агрессивно продолжил Пирс. – Отпустить уникального Цербера? Да, это разумно. Передать Цербера прямиком в Нью-Йорк? И это чертовски разумно. Оставить Цербера в своем карцере? Слишком опасно. Убить Цербера и спрятать его тело так, чтоб никто не нашел? Вот это, сука, НЕразумно и трусливо. И я ставлю именно на последний вариант! Не жди от Президента разумных поступков, Блэк!

Тишина, которую пронзили мои рыдания.

Я задыхалась и не могла остановиться.

Пирс прав. И Блэк знал это. Он просто не показывал, чтобы я не видела, что он думал точно так же. Все это читалось в его черном взгляде.

Джек уже труп.

Президент убьет его. И спрячет тело, чтобы никто не смог исследовать останки.

Боже…

У Джека даже могилы не будет! Будет такой же закрытый пустой гроб на кладбище Гроджтауна, в котором будут лишь черви и влажная земля!

Господи!

Джек пережил адские мучения. Потерял голос. Приобрел жуткие шрамы. Прошел бесчисленные битвы на арене. Защищал меня ценой своей жизни и своего секрета. Доказал… САМОМУ БЛЭКУ доказал, насколько он ценный напарник. Добился высокого места своими силами и мозгами. И что теперь? Теперь какой-то гребанный психопат убьет его из-за меня.

– Тише, кис… – услышав шепот Троя сбоку, я повернулась и тут же уткнулась в его теплую грудь, которая едва ли слабее дышала, чем моя собственная.

Я плакала и плакала. Трой гладил меня по голове. Пирс сидел хмурый и водил пальцем по краю стакана.

Райан был мрачнее мрачного.

– Блэк? – донеслось из рации, и мы будто проснулись.

– Тут, Адриан. Говори. – ответил Райан.

– Договор о ненападении. – серьезно произнес Президент, а я выпрямилась, как струна. – Пожизненный договор, Блэк. Ты никогда не объявишь мне войну. Ты и твоя армия никогда не нападете на армию Сферы, и не вступите в союз с тем, кто попытается напасть. И второй договор о неприкосновенности. Моей. Ни ты, ни твои охотники не будут предпринимать попытки ликвидировать меня в любом ином месте. И также ни один другой человек в этом мире… например, из Нью-Йорка… не попытается убить меня по твоей наводке. Ты понимаешь, о чем я?

– Да. – тут же ответил Блэк, когда я даже еще вдохнуть не успела.

Меня сковало ужасающим пониманием, что Райан никогда и ни за что не согласится на такой обмен. Одна из целей его жизни была – расквитаться с Президентом за все, что тот совершил. А вечный договор о ненападении лишит его такой возможности навсегда.

Это слишком высокая плата за четыре человеческих жизни. Я это понимала, и от этого меня парализовало.

Тишина.

– Если тебе нужно время, чтобы подумать… – начал Президент.

– Я согласен.

Что?

– Что? – хрипло спросила я, отлепившись от Троя.

Что Блэк только что сказал???

Что ОН сказал????

– То есть… я правильно понимаю? – Президент тоже усомнился в том, что услышал. – Ты согласен подписать два договора о ненападении и неприкосновенности, ради того, чтобы вернуть моих гостей домой?

– Да. Я прямо сейчас подпишу. Стюарт, приготовь договора. Я подпишу их сегодня. Завтра на рассвете они прибудут в Нью-Йорк и будут заверены всеми членами совета и верховным судьей. И в полдень два узаконенных договора направятся в Сферу. А ты отпустишь своих гостей с тем человеком, который доставит тебе бумаги. Мы договорились?

Тишина.

Президент такого не ожидал. Как и я. Как и все в переговорной. Стюарт стоял с открытым ртом и чистыми листами бумаги в руках. Пирс смотрел на Босса во все глаза. А Трой замер возле меня, также не смея оторвать взгляд от Блэка.

– Райан… Райан… Райан… – послышалось из рации. – Я не узнаю тебя, сынок… Неужто ты настолько любишь ее?! Ведь я в жизни не поверю, что ты готов отказаться от своего возмездия, лишь бы сохранить жизни каких-то никчемных людей? Пусть даже с примесью уникального… Я то прекрасно понимаю, что тебе глубоко плевать на них. Да, это неудобно. Да, и Пауэлла ты когда-то с боем отбил у Реввера. Но все же… Не могу поверить в то, что ты спасаешь их из чисто научного интереса или какого-то благородства. Признайся мне, Райан! Ты делаешь это только ради нее?

– Мы договорились или нет? – холодно уточнил Блэк.

– Конечно, договорились! – засмеялся Президент. – Только вот я немного условия изменю, если ты не против?! Я прекрасно тебя знаю, поэтому не позволю, чтобы кто-то зафиксировал на камеру, как мои гости выезжают из Сферы. Мне совсем не нужны лишние подозрения. Вдруг ты найдешь способ обернуть это против меня. Ты согласен, что это было бы безрассудно с моей стороны?

– Что ты предлагаешь? – раздраженно спросил Блэк.

– Как только мне доставят договора, и я все тщательно проверю, я дам тебе координаты места, где ты сможешь найти моих гостей. Точнее, наших гостей. Теперь ведь они – наши общие. Верно?

Блэк напрягся. Я видела, что такие условия его не устраивают. Они полны подводных камней. Но я также видела, что иного пути нет. Сейчас у Президента были все козыри, поэтому он спокойно мог диктовать свои условия. Если Райан не согласится, то не получит пленников. Единственное, что спасало эту ситуацию, это неофициальное правило главнокомандующих. Я слышала, что даже устные договоренности не нарушались, ибо главнокомандующие были необычными людьми и должны были держать свое слово. Значит, Президент выполнит то, что сказал. И Блэк это знал.

– Договорились, Адриан. Я буду ждать координаты. Не позже шести часов вечера.

– Как скажете, мистер Блэк. Не позже шести, значит, не позже шести. Передавайте от меня привет юной миссис Блэк. Конец связи.

Райан как смотрел на утихшую рацию в своей руке, так и смотрел.

Все.

Войны не будет.

Райан Блэквуд никогда не сможет выступить против Сферы.

Когда паралич отпустил меня, я тут же рванула к НЕМУ и упала на колени рядом с его креслом.

Вцепившись в его рубашку, я просто расплакалась и попыталась передать то, что чувствовала:

– Мистер Блэк… Спа… Спасибо… Боже… Спасибо! Спасибо вам! Спасибо!

Блэк первел на меня усталый взгляд и вытянул руку к моему лицу. Нежно провел пальцем по щеке, стирая все пролившиеся слезы, и мягко улыбнулся.

– Пойдем домой.

– Да! Да… – улыбнулась я, пытаясь взять себя в руки.

Боже, как сильно я его люблю! Сильнее только солнце светит… Хотя… И оно светит не так сильно, как я люблю его!

– Договора готовы, Стюарт? – он посмотрел на помощника, который уже бежал к нам с распечатанными документами.

– Да. Вот, сэр! Подписи здесь и здесь! И вот тут расшифровка!

Я с трепетом наблюдала, как Блэк взял ручку, подумал с секунду и дважды расписался своей изящной подписью: «РБв», и в другом месте: «Райан Блэквуд».

– Все свободны до завтра. – уведомил он.

Кинув ручку на бумаги, Блэк встал, поднял меня с пола, ведь я так и сидела там у его кресла, и мы направились по коридору.

– Ты знаешь, что делать, Стюарт. – бросил он своему бегущему помощнику, когда мы зашли в лифт.

– Да, сэр! На рассвете отправлю вертолет в Нью-Йорк.