Ри Гува – Черный Белый (страница 10)

Сейчас он выглядел лучше: глаза почти здоровы, и смуглый цвет лица вернулся, а то он казался бледным как молоко. Ему, конечно, не мешало бы надеть чистую одежду, а то футболка совсем стала грязная от кустов, травы, машины. Я, скорее всего, выгляжу не чище, но мне было плевать.

– Это, наверное, не совсем то, что ты ожидала услышать на свой вопрос, Лекса? – неожиданно спросила меня мама.

– Что?

– Ты спросила, почему заколоченные дома повторяются снова и снова?!

Ох, я и совсем забыла про этот вопрос.

– Эм, ну если у тебя есть ответ…

– Заколачивание дверей стало неким негласным ритуалом после начала мутации. Мы с Майклом встретили небольшую группу людей… Это были хорошие люди… И они попросили нас всегда закрывать за собой двери. Они просили об этом всех, кто встречался им на пути. Потом и мы стали делать так. Они верили, что такие дома хоть когда-нибудь смогут спасти чью-то жизнь. Ведь мутанты не открывают двери.

Это было невероятно гениально, в каком-то смысле, но я не высказала своего восхищения вслух.

– Видимо, эта традиция распространялась по всем выжившим двадцать лет, и теперь этих домов стало много. Это обнадеживает. Может, в этом мире остались не только ублюдки и убийцы. – мама поджала губы в слабой улыбке, и мы продолжили ехать вперед и вперед, все дальше от Сферы.

Спустя полчаса выехали из города. Дома пропали вовсе, и появились густые зеленые леса. Я в жизни не видела столько деревьев и листьев. И все было зеленое и колыхалось от ветра. Выглядело потрясающе. Когда нам показывали картинки городских парков, я и не думала, что вживую это выглядит так! Это ведь настоящая природа, как и было задумано! И природа была прекрасна!

Сама не заметила, как заснула в машине, пока мы ехали. Дэйтон, видимо, тоже уснул, так как была полная тишина. Я как бы дремала, но слышала гул мотора. Мне одновременно снился какой-то сон с деревьями, и вместе с ним я слышала мамин шепот: «Господи, я не молилась тебе двадцать два года, но, пожалуйста… Пожалуйста! Помоги нам, и сохрани жизни!» С этими словами я окончательно погрузилась в сон, где я бегала вместе с Дэйтоном среди деревьев.

Проснувшись, я поняла, что мы стояли на месте. Машина заглушена, а вокруг полнейшая тишина и темнота. Вероятно, поздний вечер или ночь.

Во сне я развалилась на всем заднем сидении, а Дэйтон мирно посапывал на переднем пассажирском.

Спина ныла после неудобного сна, но мне было не до нее, так как я поняла, что мамы в машине нет. Вокруг тишина и темнота, а ее нигде не видно.

Все, что было понятно, так это, что справа и слева высокие и густые деревья. Мы на узкой дороге, которая довольно неплохо сохранилась.

Дэйтон мгновенно проснулся после моего толчка, и, оглядевшись, спросил:

– Что? Что случилось? Где мама?

– Я только проснулась. Я не знаю. Не вижу ее, а ты?

Он потер глаза костяшками пальцев и пошарил по сторонам, выпрямившись на сидении. Мамы нигде не было. Просто прекрасно! Что же теперь делать? Посмотрев вниз под руль, я обнаружила ключи в замке, а значит, мама должна быть недалеко.

– Дэйтон, надо выйти!

– Ты лучше сиди, а я пойду посмотрю.

– Но…

– Никаких но! Сиди!

Дэйтон открыл дверь и вышел, не забыв взять со своего сидения металлическую трубу. Если он ожидал, что я действительно буду сидеть в машине, то это не про меня. Если сдохнуть, то вместе – ужасный девиз, но какой есть!

Открыв свою дверь, я тоже схватила палку и направилась к нему, когда он уже сделал третий шаг в сторону леса. Дэйтон обернулся и закатил глаза – я не могла этого видеть, но точно знала, что он это сделал.

Пахло лесом: древесиной, листьями, землей и чистым воздухом. Гнилой запах перестал нас преследовать, как только мы выехали из города. И мне казалось, что я слышала нечто похожее на птицу. Мы редко их видели или слышали, но звук я помнила. Наверно, в лесу их было больше, чем в Сфере.

Больше всего меня поразил воздух. Им хотелось надышаться – настолько он был свежий и чистый.

Но вся эта романтическая природа не смягчала чувство полнейшего хаоса. Мне было интересно, мог ли человек постоянно находиться в таком стрессовом состоянии, постоянно бояться. Уверена, что это не свойственно человеческой натуре.

Поравнявшись с Дэйтоном, я пыталась вглядеться в ближайшие деревья. Еще пару шагов, и мы бы коснулись первых из них, но пока не решались сойти с очищенной кромки леса. Ни звука, кроме далекой птицы в лесу.

Дэйтон достал из-за пояса фонарик и включил его. Черт, а вот я свой забыла. Какая же идиотка! Он покосился на меня с упреком, а я невинно пожала плечами. Мне нужно было вернуться в машину за фонариком. Без него от меня никакого толку. Я даже ничего не видела прямо перед носом.

Я прошептала ему, что сейчас вернусь. Он кивнул и направил луч света прямо в глубину леса, оставаясь за его пределами. Добежав до машины, я нашла фонарик на полу за водительским сидением и мысленно отругала себя, что разбрасываю вещи.

Фонарик сначала включился, потом погас, потом поморгал и снова выключился. Захлопнув дверь машины, я постучала фонариком об бедро – он снова включился и погас. На секунду противоположная сторона леса сверкнула от моего света, а потом снова окунулась во тьму. Я подняла фонарь повыше и сильнее ударила его другой рукой – он снова зажегся, чуть-чуть помигал слабым светом, а затем снова погас. Но этих вспышек оказалось достаточно для того, чтобы я увидела силуэт на другой стороне дороги прямо в деревьях на краю.

Там стоял человек…

– Дэйтон?! – шепнула я и сделала шаг назад.

…или мутант…

– Дэй?! – позвала громче и сделала еще шаг.

Ужас сковал лодыжки.

– Брат?! – всхлип вырвался вместе с отчаянием.

– Что? – он был прямо за мной.

Я указала ему пальцем в ту сторону, не отводя взгляд.

– Там! Там кто-то стоит!

Луч его фонаря моментально стрельнул в ту сторону и начал шарить по ближайшим деревьям, но там уже никого не было. Никакого силуэта. Я начала судорожно стучать фонариком, и он, наконец, загорелся. Я, как сумасшедшая, крутилась вокруг себя и обсмотрела все, что попало под свет.

Дэйтон беспокойно пялился на меня. Он верил мне, я знала! Он не думал, что мне это померещилось. Хотя лучше пусть мне это померещилось…

Когда за нами резко зашевелились кусты, мы одновременно с братом развернулись в ту сторону. Надо сказать, выглядели мы нелепо: в левой руке – фонарь, в правой – труба и палка. Сердце стучало так, что оглушало.

Это была всего лишь мама.

Она остановилась сразу, как вышла из леса, и озадаченно глядела на нас.

– Что-то случилось?

– Нет… – соврал Дэйтон. – Мы просто потеряли тебя. Куда ты ходила?

– Вы должны были сидеть в машине!

– Мам! – Дэйтон взбесился. – Мы волновались за тебя. Ты должна была разбудить нас, прежде чем уйти гулять по лесу ночью.

Она кивнула:

– Да, ты прав, сын! Извини! – для всех снова стало открытием, что мама умела извиняться. – В машину. – скомандовала она.

Дважды повторять не надо. Мы уже были около нее, открыли двери, залезли и захлопнули их на замок. Хватит с меня ночных приключений! Не уверена, насколько машина могла защитить нас, но в ней было гораздо спокойнее.

– Сейчас мы поедем через лес. Этот внедорожник должен справиться, если ехать медленно. Я ходила посмотреть, можно ли там проехать на машине, чтобы не идти ночью пешком, и почти уверена, что можно. Тем более, мы не можем оставить ее здесь. Бензин еще есть, она нам пригодится. – на последней фразе она повернула ключ, и мотор разразился громким ревом.

Мы тронулись с места и медленно съехали в лес. Там как раз было расстояние между деревьями, чтоб мы могли проехать. Нас трясло и кидало из стороны в сторону, как только мы съехали с дороги, но машина двигалась, хоть и медленно.

– Не сочти мой вопрос бестактным, но куда мы едем, мамуль? – спросил Дэйтон.

– В наш бывший дом. До него минут тридцать.

Мы переглянулись с Дэйтоном.

– Что? Какого черта? Какой еще дом, мам? – брат уже злился от такого количества неизвестного и непонятного вокруг.

Мама постоянно крутила руль то в одну сторону, то в другую, вглядываясь вперед. Она что-то щелкнула слева, и света от фар будто стало гораздо больше, и теперь все освещалось шире и выше, как от большого фонаря.

– Мои родители подарили нам машину, а родители Майкла – домик. Мы очень хотели небольшой дом, где-то в глуши, подальше от городской суеты, грязного воздуха и дорог. Когда ваши бабушка и дедушка узнали, что у них скоро будет внук или внучка, они купили нам этот домик. Мы были в нем только несколько раз.

– Хорошо! У нас есть как бы свой дом. Это хорошо! – подытожил Дэйтон. – Но разве к нему нет обычной дороги? Вы к нему через лес пробирались?

Брата напрягала лесная поездка во тьме, и я его прекрасно понимала: все вокруг выглядело, мягко говоря, зловеще. Из-за кочек, на которых машину постоянно потрясывало, свет от фар менял угол. И от этого мерещились разные силуэты – они как будто двигались по деревьям, по земле. Конечно, это просто игра света и тени, но, черт возьми, все это дерьмо окончательно подпортило мои нервы.

Я бы никогда не сказала вслух, но я была бы счастлива проснуться в Сфере прямо сейчас.

– Сын, прошло двадцать два года! Раньше здесь была проселочная дорога. Ее только собирались закладывать асфальтом, но не успели. За двадцать лет она полностью заросла деревьями. Вон там слева деревья чуть-чуть ниже, чем справа. – она показала влево рукой. – Как раз там и была узкая дорога к нашему дому.