Ри Даль – Соленья и варенья от попаданки, или новая жизнь бабы Зины (страница 70)

Затем она повернулась к Райли, и её лицо озарилось тёплой улыбкой. Она шагнула к нему и, к моему неудовольствию, приобняла его, будто старого друга.

— Береги себя, Райли, — сказала она, и в её голосе было столько непритворной заботы, что у меня внутри всё перевернулось. — И… возвращайтесь скорее.

Райли ответил коротким кивком и лёгкой улыбкой, учтивой, но без тени тепла. Он отступил на шаг, будто невзначай избегая её прикосновений, и бросил на меня быстрый взгляд.

Но мне этого было мало. Этот жест Дардэллы, её рука на его плече, её улыбка — всё это вгрызлось в меня, как заноза. Что между ними было на самом деле? В груди снова закололо, и я отвернулась, стараясь прогнать эти мысли.

Тирам и Дардэлла отступили, оставив нас с Великим Митроилом. Его фигура в алой мантии казалась ещё более зловещей на фоне серого утра. Санна инстинктивно придвинулась ко мне, прячась за моей спиной.

— Дети мои, — начал Митроил, и его голос, глубокий и гулкий, разнёсся над площадью, — вы отправляетесь в путь, дабы исполнить волю Великой Богини. Груз, что вы везёте, —залог нашего будущего. Будьте бдительны, будьте сильны. И помните: Око Дракона следит за вами.

Я стиснула зубы, стараясь не выдать своих чувств, и коротко кивнула.

— Мы не подведём, — ответила я, вложив в голос всю твёрдость, на которую была способна.

Митроил чуть наклонил голову, и я могла поклясться, что под его капюшоном мелькнула тень улыбки. Затем он развернулся и ушёл, оставив нас втроём. Я невольно обвела взглядом площадь, ища глазами Эллаю. Может, она всё-таки пришла, спряталась где-то в тени, чтобы проводить нас? Но старой няньки нигде не было. Конечно, не было. Её слова, её боль, её тайны — всё осталось там, в саду у статуи Целлианы. И всё же сердце сжалось от разочарования.

— Ну, что ж, — сказал Райли, хлопнув в ладоши, — пора в путь, моё дорогое семейство!

Он легко запрыгнул на козлы повозки и протянул руку Санне. Девочка, сияя от радости, тут же ухватилась за него и вскарабкалась наверх. Я последовала за ними, усаживаясь рядом, и повозка тронулась, скрипя колёсами по мощёной дороге.

Дворец постепенно растворялся за нашими спинами, впереди лежал Асериз. Узкие улочки, заполненные такими же повозками, торговцами и спешащими горожанами, поглотили нас, будто мы были лишь каплей в этом бурлящем потоке. Санна, не теряя времени, с облегчением сорвала с себя платок, открывая лицо. Её щёки раскраснелись от ветра, а глаза сияли.

— Наконец-то! — воскликнула она, тряхнув волосами. — Больше не надо прятаться!

Я улыбнулась ей, но, снимая свой платок, не почувствовала того же облегчения. Маскировка была последним, что меня тяготило. Внутри всё ещё бурлили мысли о ребёнке, о дворце, о сделке с Митроилом, о Дардэлле и её странной близости с Райли. Я бросила взгляд на него — он сидел, небрежно держа вожжи, и что-то насвистывал, будто никакие беды его не тяготили.

— Райли, — решила я его немного поддеть, — неужели ты так устал от гостеприимства дворца? От всей этой роскоши? И от тёплого приёма, который тебе там оказали?

Он повернулся ко мне, вскинув бровь, и ухмыльнулся, будто не уловил моего намёка.

— Роскошь — это, конечно, хорошо, — протянул он, — но я, знаешь ли, не привык столько времени праздно шататься. Чем скорее мы доставим этот груз, тем скорее получим свои денежки и вернёмся в Галес, к моей команде и кораблю.

Я хмыкнула, не отводя от него взгляда.

— Денежки, говоришь? Да с такими деньгами тебе и работать больше не придётся.

Райли рассмеялся:

— Мы, Зина, — подчеркнул он, подмигнув. — Мы с тобой получим. И ты сможешь отремонтировать своё имение, где мы все вместе заживём счастливо. Мы ведь семья, правда, Санна?

Девочка тут же закивала, её глаза загорелись радостью.

— Правда! — воскликнула она, прижимаясь ко мне.

Я улыбнулась, чувствуя, как сердце немного оттаивает. Но в глубине души сомнения не отпускали. Всё ли пройдёт гладко с этим грузом? Выполнят ли Тирам и Дардэлла свои обещания? И что там между Райли и этой женщиной? Смогу ли я когда-нибудь довериться ему полностью? Найду ли я своего ребёнка? Все эти вопросы кружились в голове, не давая покоя. А главное — что нас ждёт где-то там, за Мятежными Горами, в неизведанном и опасном Мирендале?..

Глава 98.

Первый день дороги выдался ясным и холодным. Небо, ещё вчера тяжёлое и серое, теперь искрилось голубизной, а ветер, что гнал нас прочь от столицы, приносил с собой запах сухой травы с Мятежных Гор, что высились впереди. Повозка наша скрипела, покачиваясь на ухабах, а лошади фыркали, будто предчувствуя долгий путь. Бочки с соленьями и вареньями, укрытые рваными холстами, постукивали друг о друга, напоминая о грузе, который мы везём в Мирендаль. Я сидела рядом с Санной, которая то и дело вертела головой, разглядывая поля и редкие деревья, мелькавшие по сторонам. Её глаза блестели, и я невольно улыбнулась: девочка, ещё недавно такая тихая и замкнутая, будто расцветала с каждым шагом, что уводил нас дальше от дворца.

Райли, как всегда, был в своём репертуаре: насвистывал какую-то морскую песенку, небрежно держа вожжи, и время от времени подмигивал нам с Санной. Его настроение, лёгкое, как морской бриз, казалось, не омрачали ни придворные тайны, ни опасности, что ждали впереди. Я же не могла отделаться от тяжёлых мыслей.

К вечеру мы подъехали к постоялому двору — невзрачному строению с покосившейся вывеской, окружённому телегами и суетящимися путниками. Райли натянул вожжи, останавливая лошадей поодаль, и повернулся ко мне с серьёзным видом.

— Зина, — начал он, понизив голос, — может, всё-таки останетесь здесь с Санной? Я быстро смотаюсь туда-сюда, доставлю груз, и вернусь за вами. Безопаснее будет.

Я посмотрела на него, чувствуя, как внутри закипает раздражение. Опять он за своё!

— Нет, Райли, — отрезала я. — Мы едем вместе. Я не останусь сидеть на месте, пока ты там… — я запнулась, не желая выдавать своих страхов, — пока ты там один рискуешь.

Он вздохнул, но не стал спорить, а повернулся к Санне, которая с интересом прислушивалась к нашему разговору.

— А ты что скажешь, малышка? — спросил он, подмигнув. — Хочешь остаться здесь с Зиной здесь, пока я разберусь с делами?

Санна выпрямилась, её глаза сверкнули решимостью.

— Ни за что! — заявила она. — Я не оставлю свою семью! Мы едем вместе!

Малышка рассмеялась. Её смех, чистый и искренний, прозвенел, как колокольчик, и я почувствовала, как сердце сжалось от тёплой радости. Санна… Ещё недавно она едва улыбалась, а теперь вот смеётся, будто этот опасный путь — просто приключение. Это был добрый знак, и я невольно улыбнулась, глядя на неё.

Райли развёл руками, будто сдаваясь.

— Ну, раз так, едем все вместе до самого конца, — сказал он с лёгкой ухмылкой. — Но на постоялых дворах останавливаться не будем — чем меньше внимания привлечём, тем лучше.

Я кивнула, и мы двинулись дальше. Дорога вилась меж холмов, а Мятежные Горы на горизонте становились всё ближе, их острые пики, будто когти дракона, вонзались в небо. Всё это казалось в чём-то знакомым — так же мы добирались из Тихой Мельницы в Асериз. Только тогда у нас не было с собой этого проклятого груза, а в сердце не было столько вопросов без ответов.

В ночь мы остановились у небольшой рощицы, чтобы разбить лагерь. Райли ловко развёл костёр, а Санна, напевая что-то себе под нос, помогала раскладывать одеяла. Чем дальше мы отъезжали от Асериза, тем смелее и веселее становилась девочка, будто сбрасывала с себя невидимые оковы. Райли тоже был в приподнятом настроении, шутил, поддразнивал Санну, и даже лошади, кажется, фыркали в такт его смеху. А я… Я сидела у костра, глядя на пляшущие языки пламени, и не могла отделаться от тревоги. Мой ребёнок, Мирина, другие жёны Тирама, их дети… И Ронар. Что, если он жив?..

Когда Санна, утомлённая днём, заснула, укутанная в одеяло, я осталась у костра, глядя в огонь. Мысли путались, и каждый хруст ветки в темноте заставлял сердце сжиматься. Райли подсел ко мне и мягко приобнял за плечи. Его тепло немного успокоило, но не могло прогнать бурю в моей душе.

— О чём ты так напряжённо думаешь? — спросил он тихо, глядя на меня с лёгкой тревогой.

Я отмахнулась, стараясь казаться беззаботной:

— Так, ни о чём.

Он покачал головой, его глаза сузились:

— Зина, я же вижу, что ты всё мрачнее с каждым днём. Я беспокоюсь о тебе.

Я невольно улыбнулась, тронувшись его заботой.

— Ты очень наблюдателен, — сказала я, глядя на него.

— Мне приятно за тобой наблюдать, — ответил он с улыбкой, — но неприятно при мысли, что ты неспокойна.

Я вздохнула, глядя в огонь.

— А разве можно быть спокойной в таких обстоятельствах?

Райли рассмеялся, будто я сказала что-то забавное:

— Конечно! Посмотри на меня!

Я покачала головой, не сдержав улыбки:

— Завидую твоей нервной системе.

Он вскинул бровь, явно озадаченный:

— Моей… что?

Я хмыкнула, понимая, что снова ляпнула что-то из того, о чём здесь, в этом мире, не имели понятия.

— Ну, в моём предыдущем мире было такое выражение. Означает стойкость и силу духа.

Райли улыбнулся шире, придвигаясь ближе.

— А-а-а… Да, помню-помню. Ты ведь пришла ко мне из другого мира. Моя неземная Зина…

Он наклонился и мягко поцеловал меня в щёку, а потом в губы. Я почувствовала, как моё сердце дрогнуло, как тепло его объятий начало растапливать холод внутри.