Резник Юлия – Обычная история (страница 12)
– Я на громкой, – предупреждаю сразу. И не один – не говорю, но это и так понятно. – Привет, Лясь.
– Привет. Ну, ты в своем репертуаре, Валеев.
– Ты тоже. Зачем разрешала? Знала же, что я буду против. – Одной рукой придерживая руль, другой не без труда достаю сигарету из пачки. Подкуриваю, щурясь от дыма. Была бы уверена, что я один, так уже бы, наверное, скандал закатила, а так спросила только:
– Не передумаешь?
– Нет, конечно. Я ей сразу сказал, Ляся, что об этом не может идти и речи! Что непонятного?
– Все. Понятно. Ладно. Давай…
Зачем только звонили? Сейчас еще будут обсуждать на семейном совете, какой я тиран. И перед Катей неудобно. Вроде и без всякого поговорили, а все равно ощущение, что грязным бельем тряхнул.
Связь обрывается. Затягиваюсь.
– Она, по крайней мере, сама вам звонит, – подает голос Кэт, как будто я спрашивал. Давлю в себе раздражение.
– Твоя маленькая еще. Мало что понимает.
– Это да… Ну я, наверное, пойду.
Черт. Мы приехали, а я не заметил, как остановился!
– Да, давай. Спокойной ночи.
Глава 9
Моя комиссия затягивается до самого вечера. Откуда-то издали доносятся раскаты грома, и даже, кажется, видно грозовой окоем – там, далеко, дождь стоит стеной. А у нас сухо. Только характерная духота, которая бывает лишь в преддверии ливней, давит на грудь. Жаль, кажется, сегодня я могла бы попытаться вдохнуть поглубже. Все оказалось проще, чем я думала. Да, промурыжили меня целый день, да, обязали раз в неделю ходить к психологу, но так ведь и допуск дали!
Сбегаю вниз по ступенькам, уткнувшись в сумку в поисках телефона. Теперь, когда моя судьба стала более-менее понятной, можно потребовать встречи с дочкой. И если Реутов думает, что сможет этому помешать, я просто сгною его.
Пальцы слегка дрожат. В голове мелькают кровожадные картинки расправы. Радуюсь даже им, понимая, что это – хороший признак. Значит, моя психика потихоньку приходит в норму. Злость и жажда мести точно лучше охватившей меня было апатии.
– Кэт!
Оборачиваюсь. У необычного дерева с шарообразной темно-лиловой кроной стоит Миша Стрельников. И обаятельно улыбается, будто только меня и ждал.
– Отстрелялась?
– Ага! – киваю я.
– Можно поздравить?
Разве не это я и сказала? Пожимаю плечами.
– Я так и думал. Поэтому пройдемте, гражданочка. – Подхватывает меня под локоть.
– Куда?
– Сейчас увидишь!
– Миш, я как пес устала. Давай без вот этого всего, а? Мне не до…
– Сюрприз! – машет одиноким подспущенным шариком тучная женщина неопределенного возраста. Сидящий рядом с ней парень приветствует меня вялым взмахом руки. Еще один – в забавной панаме и футболке с кричащей надписью Balenciaga вскакивает на ноги. А два других, пожалуй, самый старший и самый молодой – просто приветливо улыбаются. Перевожу взгляд с ребят на стол, заставленный контейнерами с едой из местного ресторана и бутылками. Мы в небольшом парке, разбитом у озера. Территория здесь облагорожена, и есть все для проведения пикников. Интересно, когда я привыкну к тому, что все вот так?
– Как ты уже, наверное, поняла, это наша небольшая команда, – поясняет Миша. – Вот, решили организовать скромный праздник по случаю твоего назначения.
– Это все Миша придумал, – крякает самый старший. – Я так-то считаю, что проставиться должна была ты.
– Толик, не нуди, – закатывает глаза… – Таша, – тянет пухлую ладошку та самая женщина.
– Очень приятно. Толик, Таша. – Изображаю приветливую улыбку.
– Свин, Вещий, Мот и Тай.
– А это наша Кэт. Катюх, подходи ближе. Что ты как неродная? Не любишь азиатскую кухню?
– Да она просто заебалась, Миха, – фыркает Тай – самый молодой парень с косой челкой обесцвеченных волос, заправленных за ухо.
– Миха все о тебе рассказал, – сообщает Мот, протягивая мне стаканчик с каким-то пойлом.
– Серьезно? Видно, у него слишком много свободно времени, – шучу, стреляя в Миху внимательным взглядом из-под ресниц.
– Не, – ржет Свин (странно, почему Свин, кстати, так-то он худой). – Просто Миша говорит быстро.
– А задачи нарезает еще быстрее, – это уже Толик.
– Предупрежден – значит, вооружен, – салютую я, отпивая из стаканчика. – Спасибо за праздник, ребят. Даже не знаю, что попробовать в первую очередь.
Есть совсем не хочется. Я в эйфории. Но если не закинуть в топку хоть что-нибудь, меня наверняка развезет раньше всех, а я меньше всего хочу опозориться в первую же пьянку с коллегами.
– Сашими из тунца – просто песня, – тянет Таша.
Послушно кладу на пластиковую тарелку пару кусочков, удивляясь тому, что за это время, оказывается, не разучилась орудовать палочками.
– И вот еще салат попробуй, если любишь острое. Чука с гребешком – м-м-м…
– А Филадельфию, что, уже всю сожрали? Да блин! – возмущается Тай.
– Ой, не психуй ты. На вон мою… – Таша подхватывает ролл и своими палочками отправляет Таю в рот. Я отстраненно за этим всем наблюдаю, размышляя над тем, как странно, что они вместе. Похожая на расплывшуюся жабу Таша и молоденький симпатичный Тай.
– Чего так смотришь? – улыбается Стрельников.
– А что же, в конторе допускаются отношения между сотрудниками?
– Эм… Отношения? – Миха переводит странно искрящийся взгляд с Тая на Ташу, потом опять на меня: – А ты с какой целью интересуешься?
– Да просто.
Ну не объяснять же чужому мне человеку, что я просто хочу понять мотивацию его шефа? Интересно, почему он меня отшил, почему не позволил себе ничего лишнего, хотя мог и хотел, о чем наглядно свидетельствовал крепкий даже с виду стояк. А эта лекция его? Господи. Стыдно как… И справедливо, наверное. Как бы тяжело мне не было в этом признаться.
– Не думаю, что какие-то правила заставят Ташу отказаться от сына.
– Так она его мать? – открываю рот.
– Угу. А ты что подумала, маленькая извращенка?
Заставляю себя хмыкнуть, показывая, что я тут всеми силами веселюсь, ага... А сама на телефон кошусь в ожидании новостей по квартире. Накануне я созвонилась с риелтором, а потом подняла рабочий контракт и прикинула на бумажке свои доходы-расходы. К счастью, моей заначки хватало на первоначальный взнос, а остальную сумму можно попытаться взять в ипотеку. Теперь дело за малым – получить одобрение банка. Но если новоиспеченному сотруднику нашей конторы любой кредит выдают едва ли не с радостью, то вчерашней зэчке – не факт. Знала бы, что перевесит в итоге, я бы… Что? Продала почку, лишь бы наскрести необходимую сумму? Возможно. Без одной почки я, наверное, как-то смогу прожить. А вот без дома, где была когда-то так счастлива – вряд ли. Казалось бы – обычная сделка с недвижимостью, а для меня – как будто спасение. То единственное, за что я держусь в своей покачнувшейся действительности.
– Да ну тебя.
– Давай еще набадяжу… – кивает Миха на мой опустевший стакан.
– Тут кампари, да? Только немного.
– А что так скромно?
– Боюсь, шеф отругает, если я приду с бодуна в первый рабочий день.
– А, да-а-а, – заливается Миха. – Еще как отругаю, – а потом наклоняется ко мне и, обжигая щеку теплым дыханием, шепчет: – Но ты можешь меня умаслить.
У него улыбчивые губы, нахальные глаза и потрясающе красивый разворот плеч. Он действует слишком в лоб, но это скорее притягивает, чем отталкивает. Все же есть что-то эдакое в мужчинах, которые не только четко понимают, что им нужно, но и знают, как это взять. Моей израненной душе, как оказалось, очень заходит такое внимание. Цементирует пошатнувшуюся веру в себя, дает утраченную опору. К тому же, боги, я ведь не знала другого мужчины, кроме Реутова. И сейчас, когда он меня предал, верность ему кажется едва ли не чем-то кощунственным. Я не верю во все эти «клин клином» и прекрасно осознаю, что меня тупо не хватит на новые отношения, что будет вообще ошибкой в них ввязываться, но чисто для галочки, чтобы вымарать это издевательское «единственный» напротив имени мужа, теперь уже бывшего, почему нет?
Приглядываюсь к Михе внимательней.
– Гуляете?