Рейвен Харт – Искушение вампира (страница 64)
Плохо лишь то, что звездой вечера сегодня окажется Ридрек. И он станет последним моим воспоминанием, которое я заберу с собой в ад.
Я отвлекся от великолепия интерьеров и сосредоточился на Ридреке. Мне нужно остановить его. Иначе все, кого я любил, умрут… снова. Стоя в фойе, я гадал, что же придумал Джек.
Что он приготовил для нашего создателя?
Именно в этот миг я нашел взглядом Элеонору – и у меня перехватило дыхание. Она вовсе не сгорела. Это была всего лишь очередная пытка, придуманная Ридреком. Что ж, шутка удалась на славу. В подобных делах ему не было равных. Впрочем, мерзавец все равно сожжет Элеонору, если я проиграю.
Она увидела меня, и на ее лице отразилось невероятное облегчение – словно Элеонора весь вечер ждала, когда же я наконец войду в эти двери. Моя прекрасная леди была одета в вечернее платье, которое вполне могло оказаться частью коллекции Джеки О;[54] ее длинные темные волосы были скручены в причудливый узел на затылке. Даже в своем скромном наряде Элеонора могла дать сто очков вперед многим в этом зале. Я, впрочем, помнил слишком много ночей, когда эти волосы были рассыпаны по моей груди и животу, а Элеонора готовилась подарить мне высшее наслаждение…
Сегодня она превратилась в холодную неприступную королеву, а этот мир – мой мир – был определенно более жестоким, чем Камелот.[55] А может, и нет. Элеонора молча смотрела на меня, а я мог лишь сказать ей безмолвное последнее «прости», прежде чем вновь обернуться к своему создателю.
Взмахом руки Ридрек утихомирил публику, точно искусный гипнотизер. Люди замерли в тех позах, в которых их застигло заклинание Ридрека. Время застыло. Музыканты продолжали играть, но звуки, которые они извлекали из своих инструментов, были нестройными, беспорядочными – одна хриплая нота, растянутая до бесконечности. Даже я был поражен. Сейчас в зале собралось трое отпрысков Ридрека, и силы у него хватало с избытком.
Я же был ослаблен до последней степени – и совершил ошибку. Не стоило надолго задерживать взгляд на Элеоноре, но я не сумел совладать с собой. В следующий миг Ридрек подошел к моей женщине, увиваясь вокруг нее, словно надоедливая пчела, кружащая над росистой лилией. Он наклонился к шее Элеоноры, вдыхая ее запах, но взгляд старого вампира был прикован ко мне.
– Она пахнет дымом. Какая досада, что ее чудесный домик сгорел. – Ридрек печально вздохнул. – Полагаю, я разберусь с этой малышкой, когда закончу с тобой, – сказал он. Вывалив язык, как довольный пес, Ридрек лизнул шею моей женщины, оставив влажное пятно. – Из нее получилась бы отличная секс-рабыня. Как ты полагаешь?
Я видел растерянность в глазах Элеоноры, но она не могла сдвинуться с места. Элеонора не видела это страшное создание, однако смутно осознавала опасность. Я мог унять ее страх, но не стал этого делать. Пусть лучше боится. Я загородил мысли моей женщины от Ридрека и сам старался не думать о ней, когда мы двинулись дальше и вошли в зал.
– Если у тебя столько отпрысков, почему ты явился один? – спросил я. – Почему не привел свору своих псов?
Он колебался лишь мгновение, прежде чем ответить, но между слов я уловил мимолетное видение – звук раздраженных голосов в темной комнате.
– Ты мой, – сказал Ридрек. – И мне не нужна ничья помощь, чтобы избавиться от тебя.
– Возможно. Но почему бы не привести с собой безупречных свидетелей? Или собираешься провернуть все втайне? Я-то думал, ты хочешь покрасоваться перед своими друзьями. А откуда им знать, что здесь произошло? Только с твоих слов? Они не поверят, что это правда.
– Поверят. Потому что твоя маленькая контрабандная авантюра закончится… Потерпит крах, как говорится.
– Стоит ли игра свеч? – спросил я. – Если ты убьешь меня, то потеряешь энергию моего гнева. Зачем разбазаривать собственное имущество?
Моя уловка удалась. Ридрек отвлекся от Элеоноры и обернулся ко мне.
– Как будто ты был моим имуществом с той поры, как переехал в это богом забытое место. Слыхал о законе сокращающегося дохода? Я вложил в тебя две сотни лет, но после твоего побега с каждым голом получал все меньше и меньше. Ты бесполезен. Я раздавлю тебя, а заодно и твоих друзей.
Друзья…
Я оглядел комнату и увидел Джека с Оливией. Еще – Мелафию и Рени. Я быстро отвел от них взгляд, стараясь унять тревогу, потом мельком глянул на Конни. Они не были заморожены, подобно всем прочим гостям в зале, хотя Конни двигалась невероятно медленно, словно лунатик. Ридрек не мог этого не заметить.
Мы сошлись с Джеком, Мелафией и Рени в центре комнаты.
– У тебя в кармане и впрямь флакон с кровью вуду или ты просто пришел меня повидать? – сказал Ридрек Джеку, ухмыляясь во весь рот.
Джек проигнорировал его и уставился на меня. Он был одет в тот самый синий пиджак с магией вуду и одну из моих лучших рубашек. Пока я разглядывал Джека, он демонстративно поддернул манжеты, сверкнув моими серебряными шпонками.
Настоящий бунт на корабле. В другое время я бы или рассмеялся, или дал ему в зубы. Но время зуботычин прошло. Гонг возвестил о начале боя в тяжелой весовой категории.
– Ты выглядишь лучше, чем можно было ожидать, – скачал Джек.
– Ты тоже, – кивнул я. – Рубашка тe6e к лицу.
Он поморщился. Ридрек держал меня за плечо. Теперь рука его соскользнула и переместилась мне на шею. Предупреждение или готовность убить – все было возможно. Когда Джек отдаст флакон, Ридреку я стану не нужен. Я чуть повел плечами и придвинулся поближе к нему. Если он вздумает подкинуть меня в воздух или толкнуть на Джека, я постараюсь ему помешать. В мои планы отнюдь не входило сдаваться без борьбы.
– Где кровь, Джек?
– У меня в кармане, как мы и договаривались, – отозвался он.
Ридрек протянул руку.
– Ну?
– О, сперва нам нужно обсудить пару вопросов.
– Кажется, мы уже все обсудили. – Сознание Ридрека снова потянулось к Джеку, но на этот раз я был наготове. Видение – неон, гоночная машина и полицейская красавица Конни. Горячий ветер пустыни, вопящие толпы и восхищенные женщины. Все, чего только может пожелать мальчишка.
Свобода.
Так вот что он предложил Джеку. Я отказывался даже разговаривать с ним о таких вещах. Да, Ридрек умел искушать. Если бы я не знал, что он живет на свете всего-то тысячу лет, то держал бы пари, что именно Ридрек стал прототипом христианской версии Сатаны. Все мифы на чем-то основаны.
Джек смотрел в одну точку в пространстве, ничего не видя вокруг себя. Перед его мысленным взором разворачивалось шикарное шоу Ридрека. И мой отпрыск хотел все, что видел. Разумеется, он хотел…
Ледяная рука сжала мое мертвое сердце. Глаза Джека стали красновато-черными, в них отражалась жажда крови. Он готов был убить за свою мечту. Нет, я боялся не за себя. Если бы я беспокоился о собственной шкуре, то давно бы зачах – этот страх просто раздавил бы меня. Но здесь были те, кого я любил. Я боялся за Мелафию, Рени, Элеонору, даже за человечество в целом. Одному Богу известно, что способны учинить в мире Ридрек и Джек, работающие вместе и ничем не связанные. Более же всего я страшился за самого Джека – единственного своего отпрыска, которого знал с тех пор, как потерял Уилла. Некогда я угрожал убить Джека, лишь бы не отдать его во власть Ридрека. Сумел бы я это сделать? Хватило бы мне воли и стойкости спасти своего отпрыска от того монстра, в которого старый мерзавец желал его превратить? Если да, то я ненадолго пережил бы его. Я не желал провести остаток вечности, горюя по Джеку, погибшему от моей руки. А ведь может выйти так, что у меня не останется иного выхода… От этой мысли мне стало больнее, чем от всех пыток Ридрека.
Внезапно я услышал настойчивый шепот, доносящийся будто бы из самого далекого далека. Он обволакивал меня как дым, притягивая внимание.
Наверняка Ридрек тоже слышал голоса, поскольку видение начало истончаться. Он отпустил сознание Джека и оглядел комнату. Его взгляд был устремлен на Тоби. Тот стоял у двери, ведущей в сад, в компании трех человеческих женщин, замороженных в момент флирта. Издав громкое злобное шипение, Ридрек обнажил клыки и крепче сжал мою шею.
Тоби был одет в костюм китайского мастера боевых искусств. Словно только что явился из Шаолиня. Самый подходящий наряд для убийства. Тоби выглядел спокойнее, чем я ожидал. Он поставил пустой бокал из-под шампанского на поднос, который держал неподвижный официант, и неторопливо направился в нашу сторону.
Второй ночной кошмар – с Ридреком и моими друзьями – начинал сбываться.
– Уходите отсюда!..
– О, слишком поздно. Ты ведь никуда не уходишь, верно, Тобиас?
Шепоты вернулись.
Ридрек оглядел зал.
– Нам?..
Кажется, шепчущие голоса скорее позабавили, чем напугали его.
Из расфуфыренной толпы неподвижных гостей вынырнули Ибан и Герард.
– Ах, как мило! – почти пропел Ридрек. – Вы пришли сказать мне «привет»?
– Вообще-то, – мрачно произнес Тоби, – мы пришли, чтобы тебя съесть.
Дальнейшие события разворачивались очень быстро. Ридрек подался вперед, но я ударил его каблуком по ступне, а потом подсек ногу. Вместо того, чтобы взлететь, какой собирался сделать, Ридрек выпустил мою шею, и я, получив простор для маневра, резко толкнул его вперед. Старый мерзавец не устоял на ногах и рухнул на пол, и четверо вампиров одновременно накинулись на него. Тоби яростно вгрызся в яремную вену Ридрека, а потом развернул его так, чтобы Ибан и Герард сумели найти себе по сочному местечку.