Рейвен Харт – Искушение вампира (страница 51)

– Все может быть, все может статься. Но тебе станет худо гораздо раньше, чем подойдет моя очередь. Так вот, насчет Джека…

– Джека ты не получишь. Я лучше сам его убью.

Верм дико заорал, корчась от боли и уже предчувствуя свою смерть. Потом он обвис на цепях и затих.

Ридрек расхохотался. Представление явно забавляло его.

– Вот на это хотелось бы взглянуть. С удовольствием полюбуюсь, как ты, мистер Самообман, убиваешь своего единственного отпрыска. – Он вздохнул. – Только не верится, что тебе хватит мужества. Жаль, что не могу предоставить возможность помучиться выбором. Но я с упоением понаблюдаю, как ты будешь идти против своих желаний и против собственной крови. Ладно, Джек и так уже наполовину мой, а остальная его часть в скором времени будет принадлежать Оливии.

– Он умнее, чем ты думаешь, – сказал я, убеждая скорее себя, чем Ридрека.

Верм снова очнулся. Теперь он кричал почти не умолкая, так что нормально разговаривать стало невозможно. Если, конечно, этот разговор вообще можно было назвать нормальным.

– Ничего, – усмехнулся Ридрек, – Оливия знает, как с ним управиться. Думаю, уже пора позвать ее сюда. Ее и Джека. Но сперва…

Старый мерзавец исчез из моего поля зрения, и я услышал, как он возится с фонарем. По комнате поплыл маслянистый запах керосина. Ридрек старательно обрызгал им мои ступни и лодыжки, а потом зажег факел.

– Ну а пока мы ждем, не желаешь ли немного помучиться?

ГЛАВА 13

Я смотрел на портрет. Уильям выглядел лишь немногим старше меня, а ведь к тому времени, как картина была написана, мой босс уже прожил на свете не одну сотню лет. На портрете он был одет в какую-то униформу с высоким воротом и бронзовыми пуговицами. Возможно, Уильям только что вернулся с очередного поля боя, где славно пообедал, пожирая умирающих солдат. Старый опытный пес войны…

Почему именно я, подумалось мне уже не в первый раз. Почему он проходил мимо всех прочих бедолаг на всех этих нескончаемых полях сражений, но вдруг неожиданно задержался подле меня, чтобы превратить в ночную тварь? В создание, подобное себе. Предлагал ли он другим этот выбор? Или все отвергли его? Был ли я единственным, кто настолько хотел жить, что принес в жертву собственную душу?

Или же Уильям посмотрел в мои угасающие глаза и углядел там нечто, невиданное ранее? Может быть, он понял, что сумеет взять меня под контроль?..

– Так где же наш хозяин? – спросил Ибан, указав бокалом на портрет Уильяма. – Я спрашивал Мелафию, когда звонил ей, но она дала крайне уклончивый ответ.

– У него возникли срочные дела, – объяснила Оливия. – Такие, о которых он должен позаботиться лично.

– Уильям вернется сегодня? – уточнил Тоби. – Очень хотелось бы его повидать. И прокатить в моем новом доме на колесах.

– Дом на колесах? – Оливия ухватилась за возможность сменить тему.

Тобиас одарил вампиршу чарующей улыбкой.

– Да. Он будет здесь с минуты на минуту.

Тоби отнюдь не был похож на обитателей трейлеров. Я раздумывал, что за бред он несет, когда услышал сигнал грузовика. Черт побери, ничего себе домик!

– О! Должно быть, прибыла моя хибарка, – сказал Тоби. – Я позволил водителям отдохнуть несколько дней в Тайби, прежде чем двигаться в обратный путь. Так что Мелафия предложила пока нанять твоего друга Ренье, и он привел все в порядок. Не желаешь ли прокатиться?

Я оторопело кивнул и пошел за ним на улицу. Восемнадцатиколесный трейлер стоял в конце подъездной аллеи, поскольку оказался слишком высоким, чтобы пройти через арочные ворота. По всему борту тянулся гигантский логотип Ночной Молнии, выполненный в черно-красно-золотых тонах. Несколько логотипов спонсоров были гораздо более скромными и почти терялись в темноте. Ренье выскочил из кабины и подошел к нам. Он был доволен, как кот, нажравшийся сметаны.

– Я все сделал, как ты велел, Ночная Молния, – сказал Ренье. – Дом блестит и сияет. – Его темные глаза за толстыми стеклами очков сейчас казались особенно большими и едва не светились. Если б я не знал Ренье как облупленного, то решил бы, что он влюблен.

– Спасибо, приятель. Кстати, можешь называть меня просто Тоби. – Ренье протянул ключи, и блондинистый вампир вложил в его руку толстую пачку банкнот.

– О'кей… Тоби, – сказал Ренье с таким видом, словно ему не хватало воздуха. – Эй… – Он стянул с жирных волос свою избитую жизнью наскаровскую бейсболку и вынул из кармана ручку. – Не распишешься на моей шапке? А то ребята ни в жизнь не поверят.

– Нет проблем, – отозвался Тоби Великолепный. Быстрым росчерком он изобразил стилизованную версию своего логотипа, а потом подписал имя.

– Спасибо, – промямлил Ренье, держа шапку так, словно она была сделана из золота.

Тоби, Ибан и Оливия пошли к трейлеру, а я наклонился к уху Ренье.

– Хочешь получить здесь работу, Рен?

– Брось, Джек. Сбавь обороты. Вспомни, сколько раз мы с тобой и ребятами смотрели гонки по кабельному, перлись от этого парня и трепались, какой он крутой. Нуда, я его фанат. Кстати, тебе непременно нужно посмотреть эту чертову штуку изнутри. Пошли.

Следом за Ренье и вампирами я подошел к дому на колесах. Не сказать ли Ренье, что весь этот ажиотаж вокруг знаменитых друзей Уильяма может плохо сказаться на его здоровье. Только гляньте, что сталось с бедным Хью… А потом я оглянулся на свою собственную машину, припаркованную на противоположной стороне, одинокую и позабытую. Даже моя тачка жила собственной жизнью, в которой мне не было места.

Тоби вставил ключ в замок в задней части трейлера, и гидравлическая дверь медленно открылась. Из пола плавно выплыла лесенка. Да уж, этот парень выбирал только самое лучшее.

Мы поднялись в гостиную, где стояли диваны с льняными покрывалами, стулья и огромный кофейный стол со стопками газет и журналов. Здесь же я увидел небольшую видеокамеру и пару ноутбуков с беспроводными сетевыми картами. Настоящий передвижной офис, который вполне мог потягаться с берлогой Уильяма в стиле хай-тек. Широкоэкранный телевизор стоял у одной из стен, фотографии в рамках покрывали другую. Окон, разумеется, не было.

Затем Тоби показал столовую и кухню. Оливия заахала и заохала при виде новейшей кухонной техники и всяких встроенных штуковин вроде автоматического термостата для вина, который умел поддерживать оптимальную температуру для каждого сорта изысканного пойла.

Потом мы перешли в спальню, декорированную в цветовой гамме Ночной Молнии. Разумеется, здесь стояла огромная кровать. Отдельные двери вели в туалет и ванную.

– Похоже, тут можно славно поразвлечься, – заметила Оливия, игриво подмигнув на последнем слове. Тоби ухмыльнулся и пожал плечами.

Меня скоро переименуют в лягушку – последнее время я только и делаю, что зеленею от зависти. Убейте меня, наконец. Ткните колом в сердце и избавьте от мук. Этот парень вел жизнь моей мечты. Гоночные машины и шикарные девчонки, которые вручают призы на аллее победителей. Боже, пристукните меня кто-нибудь, явите милосердие!

– А где твой гроб? – мрачно спросил я.

Если Тоби и уловил мое настроение, то не подал виду. Он указал на дальнюю стену комнаты.

– Потайная дверь.

– Разумеется, – пробурчал я.

– Я вижу, вы приехали сюда с понтом и шиком, – сказала Оливия, когда мы вернулись в гостиную.

Тоби широким жестом указал на легкие стулья.

– Присаживайтесь, – предложил он. – Вы правы. Мы с Ибаном приехали вместе. Такой путь занимает немного больше времени, но если иметь пару доверенных водителей, это гораздо проще и удобнее, чем самолет.

– Или поезд, – вставил Ибан, присаживаясь на край длинного дивана. – Железнодорожная система в этой стране… как бы сказать? Просто комизм.

– Курьез, – поправил Тоби. Ибан кивнул.

– Временами приходится торчать на запасном пути по два-три дня. Вокруг всегда какие-то чужаки, слишком много потенциальных неприятностей. – Он откинулся на спинку стула. – Я собираюсь продать свой автомобиль-амфибию и купить такой же трейлер, как у Тоби. Вот машина для истинного мачо.

– Постой-ка! – сказала Оливия, усаживаясь рядом с темноволосым вампиром. – Наконец-то я тебя узнала! Твоя фамилия Круз, верно? Ты Ибан Круз, кинорежиссер!

Ибан широко улыбнулся, слегка выпустив клыки. Казалось, он был абсолютно спокоен, расслаблен и не опасался подвоха, поскольку находился среди своих.

– Виновен, признаю.

– Я видела все твои фильмы! «После заката, милая» – мой любимый. Я смотрела его четыре раза.

Ну, вообще зашибись. Автогонщик экстра-класса и режиссер. Просто какой-то долбаный день карьеры. Поговорим о работе вашей мечты. Я с размаху шлепнулся в кресло, на проверку оказавшееся креслом-качалкой. Мои ноги взбрыкнули в воздухе. Чудесная иллюстрация для определения «оказаться поверженным». Нет, ну черт же возьми!..

– Как же ты снимаешь фильмы, если можешь выходить наружу только по ночам? – спросил я.

Ибан начал что-то отвечать, но охваченная восторгом Оливия перебила его.

– Он снимет только ночью. Это его бренд, – сообщила она. – Кино в стиле «нуар» – отличное прикрытие. Просто гениально!

Ибан улыбнулся и развел руками.

Чандлер заглянул в открытую дверь трейлера. Он стоял на нижней ступеньке, так что над полом виднелась только его голова, будто бы лишенная тела. Нечто в этом роде я сейчас и чувствовал…

– Прибыл мистер Бушар, мистер Макшейн.

– Кто?