Мы не можем…
Не смеем…
Сгореть…
Умереть…
Расслоиться под мягким нажимом резца.
Мы команда.
Мы будем с тобой до конца!
Нечленораздельно апокалиптическое
По радио передали,
Что будущего не будет
И прошлое тоже вышло —
Курите бамбук и травку.
Забавно, а мы не ждали.
Да ладно, свои же люди!
Сто тысяч чертей им в дышло,
Пророкам на четверть ставки!
Они нас гнетут прогнозом
Февральского рагнарёка:
Мол, кризис, пучина бедствий,
Страна умирает в муках…
Мы только пришли с мороза,
И нате – опять морока:
В тумане причин и следствий
С разгону такая штука!
А можно без негатива?
«Кошмарно, а дальше хуже»,
«Ужасно, всё бренно-тленно»
И прочее «ах ты боже»…
Давайте умрём красиво,
С шампанским вином – кому же
Ещё показать Вселенной,
На кой мы ей дьявол гожи?
Морозы себе крепчают,
А с ними крепчают люди.
Мы будем из стали с перцем
До самых армагеддонов.
В стотысячный обещая
Себе и другим, мы будем
Стучать закалённым сердцем
В покоцах от закидонов.
Тик-так, до забвенья малость:
На небе – чернила с кровью,
И мертвенно-бледный мерин
Ступает по сухостою.
В бутылке ещё осталось…
Немного. Твоё здоровье!
Вот прямо сейчас проверим,
Чего мы на деле стоим…
Созерцательное
Опрокинутое в лето
Чехардой дневных скачков,
Солнце прыскает дуплетом
В мякоть суженных зрачков.
Все цвета прямой наводкой
Устремились к рубежу,
За которым я, как в лодке,
Опрокинутый лежу.
Разнозвучного эфира
Освежённый дуновеньем,
Поглощаю прелесть мира
И фиксирую мгновеньем
Облака в чешуйках рыбьих,
Тонкий проблеск паутины…
И прямой в небесной зыби
Треугольник гильотины. 
