Рейн Уайт – Если бы я знал (страница 200)
Но в отношении себя Джой был на сто процентов уверен: да, лично он точно прилетит хоть на одном крыле. Слишком
привязался. Так, что до крови, до мяса.
Затих последний аккорд, и остались только звуки города: шум машин, спешаших унести людей домой после тяжёлого
рабочего дня; щебет невидимых птиц; мерное жужжание; приглушённая болтовня телевизора где-то на пару этажей ниже
― интересно, а песню они слышали?
Никита сделала несколько шагов к Джою, снял с шеи
ремень той самой гитары, осторожно опустил её рядом со
стулом. Боком инструмента случайно задел пакет, который тут
же упал на крышу. Яблоки рассыпались по бетону.
Вот уже расстояние между ними меньше метра, ещё один
шаг…
Ники ничего не сказал, просто, как и в тот раз, подался
Джою навстречу, целуя обжигающе горячо. На небе пожаром
разгорался закат, ветер бил в спину, то ли мечтая подтолкнуть к
краю и сбросить, то ли наоборот стремясь заставить отступить
на шаг, поберечься, а они целовались, утопая в этом ощущении.
В долбаной романтике, достойной диснеевских ромкомов. Ники
опять ранил в самое сердце!
А потом добил, прошептав:
― Кажется, я влюбился…
Повторил его слова годичной давности. Сказанные так же
на крыше, таким же сбивчивым шёпотом, после не менее
офигенного поцелуя. Слова, которые и помнить-то не должен
был, но, как оказалось, помнил. А ведь Джой подозревал в тот
момент, что всё пойдёт под откос, но забил на все предчувствия.
― Я люблю тебя, Саш, ― уже твёрже добавил Ники.
Хотя… пожалуй, если бы можно было что-то поменять, Джой бы не стал. Только ради этого момента.
И да, он хотел бы ответить что-нибудь трогательное, тоже
достойное ромкомов, но смог лишь криво усмехнуться и с
трудом вздохнуть:
― Ты ведь понимаешь, что у меня опять кроме матов
ничего в голове нет?
Ники хмыкнул, крепче прижимая его к себе и сталкиваясь
с ним лбами. Коротко касаясь губами носа ― вот кто точно умел
делать всё трогательно.
― И не нужно. Просто скажи, что с нового года ничего не
изменилось.
― Даже с прошлого августа, ― рассмеялся Джой.
С нового года не изменилось? Влад, эта дурацкая затея с
видео, продукты… видимо, не зря друг так упорно не удалял
стрим, Никита до него всё-таки добрался, что и подтвердил:
― Я посмотрел ту запись.
― Понял. И мне стыдно.
― И ночью заметил браслет.
Джой вздохнул, попытавшись отстраниться.
― И за это стыдно. Я только вчера открыл его, и записку
увидел.
― Неважно.
Отступить ему не дали: Ники так отчаянно стиснул руки, что даже на пару сантиметров отодвинуться не получилось.
― Саш, я серьёзно, ― сбивчиво заговорил он. ― Мне
жаль, что так получилось, что я ступил в Новый год, что не
поверил и сам же устроил бойкот вплоть до лета. И если бы не
ты, никогда бы и не позвонил, наверное. Только если бы
окончательно свихнулся от мыслей. Но мне без тебя было
хреново, и пусть ты сейчас имеешь право, как я в прошлый раз, развернуться и уйти, лучше останься, а? Не представляю рядом
никого, кроме тебя.
Джой рвано выдохнул, сжимая пальцами его толстовку.
Казалось, ещё немного и порвёт ткань, или это лишь треск
нервов, натянувшихся до предела?
― Ты что, писал речь? ― усмехнулся он, разрушая
атмосферу. Ну не мог иначе, а то разрыдался бы.
― Ой, да иди ты… ― ворчливо отозвался Ники, но руки
не разжал. Так и стоял, прижимая Джоя к себе, положив
подбородок ему на макушку и тихонько поглаживая спину. А
небо постепенно темнело, затягиваясь ночной синью. ― Я