Рейн Уайт – Если бы я знал (страница 166)
― Нет, пытаюсь пробраться в голову.
― И как получается?
Ники улыбнулся самым уголком губ. Коротко и печально.
― Не особо.
Они сидели в гостиной на собранном диване. Видимо, Никита действительно не собирался спать, раз не готовил
постель. Рядом на столике стояли чашки с чаем и вазочка с
печеньем, на фоне беззвучно мерцал телевизор. Ники
окончательно проснулся и не напоминал больше разбуженную
сову, а Джой смотрел на него и думал… думал, думал, думал.
― Я тоже не понимаю, что творится у тебя в голове, Ники.
Совершенно, ― наконец, выдавил Джой.
― Как и я, ― невесело рассмеялся тот. Замолчал почти на
минуту, не отводя взгляда, а потом признался: ― Но я точно
хочу тебя поцеловать.
Джой отреагировал мгновенно, почти не думая.
― Так целуй, ― выдохнул он.
Мысли пришли потом ― налетели ураганом, сметая всё на
пути. Господи, он серьёзно? Хочет довести окончательно и
бесповоротно? Хочешь ― просто целуй, а там будь, что будет.
Именно, вот она, та самая мысль: дурацкое «будь, что
будет» крутилось в голове Джоя с того момента, как они
отъехали от сада. Эта ссора, чёрт… искрило так, что убить
могло разрядом. И видно было, если Егоров одумается, многое
может измениться. У них. Но так легко видеть отношения
чужие, со стороны, и так ублюдочно сложно хоть как-то
оценивать свои. Тим обижался, а вот Ники, тоже «мелкий», сейчас ровно и спокойно утверждал.
«Я хочу тебя поцеловать».
И не целовал. Он словно завис: отставил кружку с чаем и
повернулся к Джою, рассматривая его, ― так пристально, словно решал, стоит ли оно того. Джой же постепенно закипал.
Почему кому-то всё, а ему ничего?! Блять, походу
подслушанный разговор всё же сильно ударил ему по голове.
Нафиг было вообще помогать Ладе?
― Ну? ― Джой криво усмехнулся: ― Или ждёшь, когда
рискну я?
Ники покачал головой, оттолкнулся от спинки и медленно
приблизился к нему, застыл в паре сантиметров от лица.
Ресницы трепетали, в полутьме одиноко горящей настольной
лампы бросая тени на щёки, а дыхание было таким тихим и
поверхностным, что Джой его даже не ощущал. Он не понимал: им любуются вот так извращённо или хотят окончательно
вывести из себя? Секунды казались вечностью, особенно после
грёбаного «я хочу тебя поцеловать». Хоти себе на здоровье, только знай, что на этот раз Джой не позволит на этом
остановиться. Серьёзно, не сейчас.
Правда, вслух он этого не сказал. Да и некогда было: в
следующую секунду Ники всё же его поцеловал ― так трепетно
и невинно, что сердце сжалось. Коснулся губ почти невесомо, не
напирая, не заставляя раскрыться, а скорее лаская. Медленно и
нежно, тягуче, словно карамель. У его губ сегодня и вкус был
карамельный, то ли от печенья, то ли от фруктового чая. А от
Джоя ― он знал точно, учитывая, что прикончил за день почти
полпачки сигарет ― пахло дымом и одеколоном. И ещё, возможно, чуть-чуть домашними пирожками, которые сегодня
стряпала мама.
В какой-то момент Джой перехватил инициативу и
углубил поцелуй, строить из себя святую невинность не было ни
сил, ни желания. А ещё он чуть подался вперёд, переползая на
диване ближе, и закинул свободную руку Никите на плечи.
Одной продолжал всё так же опираться о спинку, удерживая
равновесие ― если поцелуй должен был завершиться сейчас, он
хотел хотя бы не выглядеть жалко, пусть и не знал, как сможет
остановиться. А потому, когда чужая ладонь опустилась на
поясницу, забираясь под майку и притягивая его ближе, Джой
застонал. Стон вибрацией прошёлся по телу, возбуждение
горячей волной пронеслось по венам. Господи, ему уже этого
было достаточно. Нахер нормальный секс, нахер вообще всё ―
Джой был готов кончить от одной только близости.
Да и какой секс, когда презерватив, который до встречи с