Рэйн Клюстрах – Предательство судьбы (страница 2)
Однако Клаус отметил, что лишь одно имя упоминалось слишком часто: Марта Райнке, бывшая близкая подруга Зигфрида. Люди говорили, что раньше они были практически неразлучны, но потом они резко перестали общаться и разорвали отношения. Никто толком не знал подробностей, однако были слухи, что Зигфрид сделал что-то Марте, из-за чего та потеряла всё, что имела. Каким образом – пока неясно. И Клаус решил, что пора поговорить с ней и узнать, что же произошло между ними. Может, тогда всё и выяснится? Может, она и есть убийца?
Сев в свою машину вместе с Уве, Клаус дал газ, и машина двинулась.
Марта Райнке жила в старом обшарпанном доме на окраине города. Дом выглядел заброшенным: облупившаяся краска на стенах, заросший сад.
Клаус оставил Уве в машине, чтобы не вспугнуть Марту, и подошёл к её дому. Когда Клаус постучал в дверь, никто не открыл.
Он постучался ещё раз, на этот раз громче. Наконец дверь приоткрылась, и в щель выглянула женщина. Её лицо было бледным и осунувшимся, а глаза – покрасневшими, как будто она не спала всю ночь.
– Госпожа Райнке? Я детектив Клаус Браун, хотел бы задать вам несколько вопросов.
Она колебалась, но в конце концов впустила его в дом.
– Что вы хотите узнать? – спросила она, усаживаясь в потертое кресло. Клаус же предпочёл постоять.
– Когда вы в последний раз виделись с господином Ланге?
Марта опустила взгляд.
– Год назад. После… того, что он сделал, я решила, что не хочу больше видеть его.
– Что именно он вам сделал?
На мгновение в её глазах вспыхнуло что-то похожее на ненависть, но затем она отвела взгляд.
– Это… Это уже было давно.
Клаус подался вперёд.
– Госпожа Райнке, если вы что-то скрываете, то я буду вынужден вас задержать. Тогда мы уже будем говорить в другом месте. И там же будет решаться ваша судьба. Вам лучше прямо сейчас сказать правду.
Марта долго молчала, потом тихо сказала:
– Зигфрид обманул меня. Он убедил меня вложить все свои сбережения в один из его проектов. Сказал, что это будет выгодно и что он поделиться со мной деньгами, которые мне были сильно нужны… А потом… потом проект провалился. Я потеряла всё.
Клаус записал все её слова себе блокнот, а после вновь взглянул на Марту, спросив:
– Когда в последний вы видели его?
Она снова задумалась.
– Я не видела его уже больше года.
– Хорошо, где вы были вчера?
– Я была дома. Одна. А что?
– Кто-нибудь может это подтвердить? Или вы вообще не выходите из дома?
Марта нахмурилась.
– Я редко когда выхожу из дома. А если это и случается, то только за продуктами.
Клаус смотрел на неё ещё несколько секунд, потом кивнул.
– Спасибо, госпожа Райнке. Если вспомните что-нибудь ещё, свяжитесь со мной, – протянув ей записку со своим номером телефона, Клаус вышел из дома.
Когда он отдалялся от её дома, в голове у него возникали самые разные вопросы.
«Марта Райнке явно что-то скрывала, но была ли она способна на убийство? – размышлял Клаус, вспоминая её ответы, поведение. – Вроде как она не могла пойти на такое. Но… Кто знает, кто знает. Надо будет ещё поискать информацию насчёт того проекта».
Клаус вернулся в участок уже поздно вечером. Он открыл папку с материалами дела и начал перечитывать свои записи.
На дне папки лежала фотография – старая, выцветшая. На ней Зигфрид Ланге обнимал молодую женщину. Клаус достал фотографию и внимательно её изучил.
В правом углу фото было нацарапано имя: Марта.
«Значит, они были очень близки» – подумал Клаус.
– Посмотрим, посмотрим, – пробормотал он, глядя на фотографию. – Что за скелеты у неё в шкафу?
Глава 3
На следующее утро Клаус Браун отправился в архив городской администрации. Вальдхайм был городом маленьким, и архив здесь хранил не только официальные документы, но и множество личных историй. Газетные вырезки, старые фотографии, протоколы судебных разбирательств – всё, что когда-либо оставляло след в жизни города, попадало сюда. Через интернет смотреть было бесполезно, так как это Ланге не был столь известным человеком и уж точно не медийной личностью. Да и кому интересно будет смотреть, что за дело было в каком-то заросшем Вальдхайме?
Клаус рассчитывал найти записи, связанные с прошлым Зигфрида Ланге и Марты Райнке. Он знал, что убийства редко происходят без серьёзного мотива, и подумывал, что ключ к разгадке лежал в их общей истории.
Архив представлял собой тёмное, пыльное помещение с бесконечными стеллажами Людей там было очень мало – видимо, все заняты на работе или просто искать нечего. Обои сделаны в приятных пастельных тонах, а пол как оставался деревянным рыжего цвета, так и остаётся по сей день. Ну хоть что-то остаётся неизменным. Также Клаус отметил для себя, что растений здесь стало меньше – это приятно удивило его. Ведь именно из-за них у него начиналась аллергия. Хоть это и не было чем-то смертельным, но всё равно доставляло неудобство.
Клаус подошёл к стойке, где сидела госпожа Рёмер, пожилая женщина в очках и с седыми волосами, одетая очень скромно: простая кофточка с розой по центру, чёрные брюки и простые тапочки цвета праха. Она заведовала архивом уже много лет.
– Доброе утро, госпожа Рёмер. Мне нужны любые записи, связанные с Зигфридом Ланге и Мартой Райнке. Особенно интересуют судебные документы и газетные статьи.
Госпожа Рёмер прищурилась, оглядела его и кивнула.
– Это займёт немного времени, господин Браун. Подождите, пожалуйста.
– Конечно! – воскликнул Клаус, начав терпеливо ждать.
Через полчаса она вернулась с несколькими папками и стопкой газетных вырезок.
– Здесь всё, что у нас есть. Если нужно что-то конкретное, скажите, – сказала она, ставя стопку на стол.
Клаус поблагодарил её и начал изучать материалы.
Большинство документов касались дел, связанных как-либо с бизнесом Ланге. Он активно судился с конкурентами, бывшими партнёрами и даже клиентами. Это подтверждало репутацию Зигфрида как человека, готового на всё ради денег.
Но среди бумаг Клаус нашёл одну запись, которая привлекла его внимание. Это был судебный протокол 12-летней давности:
«Иск Марты Райнке к Зигфриду Ланге. Повод: неисполнение условий договора.»
Марта обвиняла Зигфрида в мошенничестве. По её словам, он убедил её вложить свои последние деньги в строительство жилого комплекса, который так и не был завершён. По словам Ланге, ему нужен был первоначальный взнос. Если бы строительство завершилось, тогда Зигфрид должен был вернуть Марте её деньги и заплатить ей в два раза больше, но Ланге всё отрицал, утверждая, что проект провалился из-за экономического кризиса, а не из-за его вины, и что они не никак не договаривались насчёт возврата средств в двойном размере. Хоть Марта и составила долговую расписку, где стояла и подпись Ланга, и её подпись, суд всё равно встал на его сторону, признав долговую расписку недействительной, и Марта не только потеряла свои деньги, но и осталась должна Ланге, так как Зигфрид захотел получить моральную компенсацию.
Клаус перелистнул несколько страниц и наткнулся на ещё один интересный факт: после суда Марта была вынуждена продать дом своих родителей, чтобы выплатить Ланге.
«Вот оно что, – подумал Клаус. – Если и есть причина ненавидеть Ланге, то это она и есть».
Но дело не ограничивалось одним судебным разбирательством. Среди газетных вырезок Клаус нашёл статью, датированную тем же годом:
«Трагедия в семье Райнке: Томас Райнке найден мёртвым.»
В статье говорилось, что Томас, младший брат Марты, наложил на себя руки через несколько месяцев после оглашения решения суда. Источник, пожелавший остаться анонимным, утверждал, что молодой человек впал в депрессию из-за финансовых трудностей, возникших после потери дома и всех денег.
Клаус нахмурился. Теперь история выглядела ещё мрачнее. Неудивительно, что Марта затаила злобу на Ланге. Но могла ли эта злость превратиться в желание убить его?
Вернувшись в участок, Клаус вызвал Уве.
– Нам нужно поговорить с госпожой Райнке ещё раз, – сказал он.
– Вы думаете, она как-то связана с убийством? – настороженно спросил Уве.
– Пока не знаю. Но её история скрывает слишком много деталей. А ещё, – Клаус сделал паузу, – найди мне информацию о Томасе Райнке. Особенно о его знакомых.
Уве кивнул и поспешил выполнять поручение.
Клаус решил снова навестить Марту в тот же вечер. Когда он подошёл к её дому, на улице уже сгущались сумерки. Свет в окнах горел, но никто не ответил на его стук.
Он постучал ещё раз. Наконец дверь открылась, и перед ним снова стояла Марта. На этот раз она выглядела более собранной, но всё ещё напряжённой.