Рейдер – Крестраж # 1 (страница 44)
Теперь я смело могу называться метаморфом, лоховским, правда, но тем не менее, потому как почувствовал дрожание моей сети магоканалов, а по воспоминаниям из колдомедицины это и есть первый признак перестройки энергетики. Всё. Теперь я не маг. Мутаген в основе оборотного зелья на крови василиска изменил мою внутреннюю суть и как это бывает с теми же оборотнями или анимагами, я перестал быть классическим волшебником, хоть и никаким образом не потерял магический потенциал.
Как представлю, сколько мне предстоит работать над собой, так кисло становится и руки опускаются, и дело не в физической составляющей, а в духовно–магической. Очень жаль, что метаморфу не доступны какие–либо стабильные системы энергетики, вся его суть — изменчивость. За всё в жизни нужно платить и теперь я испытывал трудности в той же трансфигурации, которую использовал на полене для камина у себя дома, пытаясь преобразить его в зонтик, по вчерашней дождливой погоде. По итогу всё же получилось, но это потребовало концентрации и отрешённости для контроля оттока маны и стабилизации каналов. Пока нетрудного контроля, но это пока, потом будет намного сложнее, а в артефакторике и того труднее будет, там и без моих проблем для обычного мага контроль филигранный нужен. Правда, насколько я выучил артефакторику, можно себе сделать определённую приспособу, вроде перчаток с отсечкой мановсплесков, но тогда потеряется огромный пласт тонких манипуляций и мои изделия получатся слишком дубовые и примитивные. Так что, только тренировки и контроль, контроль и тренировки, чем я прямо сейчас и занимаюсь.
Мои долбанные волосы! Я наконец–то смог нормально постричься–причесаться и теперь ощущал на голове непривычную лёгкость, но всё равно приходилось контролировать эту непокорную часть тела постоянно, так как проснувшись сегодня утром, увидел в зеркале привычный хаос и только усилием воли с очередным глотком зелья удалось восстановить вчерашнее состояние, какое было после похода в парикмахерскую. Зато теперь я не испытываю проблем с чарами, вообще ни с какими и тем более высшими, для которых нужна б
— Привет, Гарри, — солнечно улыбнулась она. — Опять поменял имидж? Тебе идёт, хоть и с длинными волосами тебе тоже было хорошо.
— Привет, Гермиона. Да так, надоело возиться с такой причёской. Как только вы, девчонки, с таким справляетесь? Это же тихий ужас просто, — вставая и жестом приглашая присаживаться к столику, сказал я. — Угощайся, эклеры только что приготовили. Тебе кофе или чай?
Она вздохнула и присела за столик, при этом теребя кончик своей толстой косы, перекинутой на плечо. Видно, миссис Грейнджер постаралась привести причёску дочери в более приличный вид, чем обычно, и теперь Гермиона выглядела просто прелестно. Этакая скромница и приличная девочка, а не скрытая ведьма и та ещё оторва, как вспомню все наши приключения за два курса.
— Чай, пожалуйста, — попросила она подошедшую официантку, — Теперь ты меня понимаешь, Гарри. Но как тебе удалось так сделать? У меня ничего не получается с волосами, всё такие же непослушные.
Ну вот ведь тема для разговора — обсуждение дамских штучек. Главное, потом до косметики не скатиться с обсуждением нижнего белья, а потом и до парней и какие они все козлы. Помню такие разговоры по той жизни, от сестрёнки с её подружками. Бр–р–р-р…
— Потом как–нибудь расскажу, ты завтракай лучше и поехали, до Лондона ещё добираться, тут у вас кинотеатров нет, я смотрел, — ответил я.
Немного поболтали за чаепитием, обменялись последними новостями, и тут я заметил, как сидящая напротив Гермиона замерла с чашкой в руках и в испуге распахнула и без того большие глаза, смотря куда–то мне за спину.
— Грвауф!!! — оглушительно рявкнуло у моего уха.
Чуть вместе со стулом не подпрыгнул и уже в воздухе, оборачиваясь, я выхватил палочку из ручной кобуры и направил на огромную, черную и лохматую собаку с ярко–синими, насмешливыми глазами. С–с–с-сука! Прибью гада! Откуда он здесь взялся? Он же должен сейчас с Тонксами встречаться и разнюхивать, что там к чему и нет ли засады или каких ещё сложностей. Что мне стоило не послать в него первое пришедшее на ум «Диффиндо», один Мерлин знает. Ну подожди, поговорим мы ещё.
Вчера прилетела Хедвиг с письмом для Сириуса и предложением встретиться у Тонксов дома, и я с чистой совестью его к ним отправил сегодня с утра. На меня приглашения не было, да и не больно–то хотелось, так что я ушёл по своим делам, и вот теперь это порождение сумрачного семейства Блэк чуть не устроило мне инфаркт в моём юном возрасте. Вот ведь тварина! Я спрятал обратно палочку и повернулся к шокированной Гермионе.
— Ч‑что это, Гарри? — осторожно спросила она.
— Это? Это Зиги, мой пёсик. Я же тебе писал, что подобрал на помойке собачку, — как можно спокойней сказал я, пытаясь успокоиться и вернуть контроль, так как волосы стояли дыбом.
— Но ведь это не чихуахуа! — возмущённо воскликнула Гермиона.
— Гр-р? — вопросительно взрыкнул «Зиги».
— Да? Ну не такса ведь? У тех ноги короткие. Точно! Это йоркширский терьер! Все терьеры бородатые, а у этого вон, смотри какая борода, — с сомнением смотря на здоровую, словно телёнок, анимаформу Блэка. — А может, он и мутант какой–нибудь, не знаю.
— А, а он не опасен? — уже любопытно переводя взгляд то на меня, то на Блэка, спросила она.
— Вауф! — возмущённо гавкнул Блэк.
— Я вот тоже думаю, может, его к ветеринару сводить и кастрировать, чтоб не такой агрессивный был. Как думаешь? — спросил я Гермиону. — А то вон, смотри, какой здоровый.
— Гр–р–р-р!!! — попятился от меня Блэк.
— Ты на меня ещё порычи, Зиги! Точно кастрирую, без ветеринаров и наркоза! Я могу, ты знаешь, — злорадно пообещал я.
Поспешно обежав столик, он спрятался за спиной Гермионы, безуспешно, впрочем, спрятался. Его башка торчала над её плечом, даже когда он сидел.
— Не надо его обижать, — повернувшись на стуле и осторожно гладя монструозную псину по наглой, млеющей морде сказала она. — Он хороший, и видишь, какой умный!
— Умный?! — неверяще вытаращился я на неё. — Ты ещё не знаешь, насколько он тупой, вредный и непослушный. И вообще, нам пора, а в кино с таким чудовищем нас не пустят. Зиги! Домой! — и очень пристально и многообещающе посмотрел в затуманенные синие глаза.
Будет тут ещё и у меня девчонку отбивать, тогда точно сотворю, что обещал. Вдруг у меня возникло какое–то странное чувство от того, что я только что подумал… Я что, уже считаю Гермиону своей девушкой?
— Ты какого дементора там делал? И как вообще меня нашёл? — с порога начал я наезжать на ухмыляющуюся морду Блэка.
— А кто эта красотка с тобой была? — весело спросил он.
Я достал палочку.
— Ты напрашиваешься на неприятности, Блэк, — прищурившись прошипел я.
— Ой–ой, как страшно! Ты как Джим про Лилс о ней переживаешь, и я не собира…
— А не навестить ли мне сеньориту Каролину, тем более Нимфадора говорила, что она на меня запала ещё при первой встрече, — эдак задумчиво в пространство протянул я.
Крёстный уже дня три доставал меня с этой жгучей красавицей испанских кровей и своими стенаниями чуть не довёл меня до нервного срыва. Озабоченная скотина!
— Ты…
— Что?
— Проехали, — хмуро пробубнил Блэк.
— Ты лучше скажи, что там с Тонксами, и мог бы у Нимфадоры взять адресок её напарницы или через неё договориться о свидании. Совсем мозгов у тебя нету.
— Не учи учёного, — на глазах опять веселея, ухмыльнулся он. — Всё уже в лучшем виде устроено.
— Ты так и не сказал, как там оказался и как прошла твоя встреча с родственниками, — поторопил его я.
Оказалось, всё элементарно просто. Тонксы тоже жили в Кроули, только за три квартала от Грейнджеров, и их дом был прикрыт магглооталкивающими чарами и, по словам Сириуса, средним стандартным щитом по классификации аврората. И вот, возвращаясь после удачной встречи, он увидел удивительное зрелище, и как всегда в своей манере решил пошутить. Придурок!
— Сириус! — перебил его я по–прежнему вертя палочку в своих руках. — Хочешь посмотреть, что с тобой было бы, если бы я не сдержался? А я почти не сдержался и чуть тебя не прибил.
— Ты же школьник, чем ты можешь…
И тут он немного так побледнел, вспомнил, видать, как он пытался после очередного моего сеанса мозговыносительства в шутку, как он полагал, меня атаковать. Половину моего сваренного рябинового отвара на эту псину извел. Тоже мне — боевик непревзойденный. Так–то он неплохо держался и ещё не до конца в форме был, но поразмазывал я его по подвалу своего дома от души. Для него самым неприятным была моя мощность заклинаний, его щиты держались очень недолго, да и реакция запаздывала. После того спарринга он хоть начал свою физическую форму восстанавливать, обидно ведь сопляку проигрывать.
— Ага, школьник, второкурсник… Иди спать, Сириус, не доводи меня до греха смертоубийства. Завтра поговорим.
Уже сейчас я вижу, что догнать по скорости Блэк меня никогда не сможет, только если каким–то невероятным образом заполучит мою реакцию, а там дальше у меня ещё и мой метаморфизм своё возьмет. Кстати, надо бы держать в тайне такой козырь и не выделываться на людях, и тренироваться без посторонних глаз, и не посвящать левых людей в свои особенности. Заметил ещё до моего решения и принятия оборотного, что если сосредоточиться на скорости, то окружающие начинают двигаться медленно и плавно, и можно за короткий для других промежуток времени сделать или обдумать очень много вещей для себя.