Рейдер – Крестраж # 1 часть вторая (страница 55)

Преодолеть препятствие, возведённое нашим директором, можно ещё несколькими способами. Можно обмануть черту с помощью «Оборотного зелья». Правда, такой трюк нужно без лишних глаз проводить, ночью например, так как любой взрослый сразу вызовет подозрения. Можно вручить записку своему фамильяру и приказать доставить по назначению. Или можно ещё договориться на кухне Хогвартса с домовым эльфом, чтобы он оказал такую услугу. Это не противоречит уставу школы. Или можно воспользоваться чем-то наподобие удочки. В конце концов можно попытаться закинуть записку с твоим именем через черту самостоятельно. Десять футов — это всего лишь чуть больше трёх метров и добросить скомканный клочок пергамента можно попытаться. Кубку плевать и он определяет только энергетический след твоей магии оставленный на пергаменте магическими чернилами с твоей же личной маной. Но последний вариант не пришёл в голову никому, потому что Дамблдор перед пиром знатно промыл мозги всем студентам, заявив, что по правилам опустить записку в Кубок Огня необходимо собственной рукой.

Постепенно суета вокруг «Возрастной линии» улеглась и все присутствующие стали пялиться на нашу компанию. Смотрели конкретно на меня, в основном. Конечно! Что ещё в очередной раз учудит этот чокнутый Поттер?

Сосредоточившись, при помощи метаморфизма я «прибавил» себе годков. Внешность не сильно-то и поменялась. Можно сказать, что только косметически и внешне совершенно незаметно. Я за этим особо следил. Вот — стоит обычный и привычный Гарри Поттер, а вот — уже чуть-чуть взрослый. Немного заострились мягкие черты подросткового лица, на дюйм раздались плечи и слегка поменялась осанка.

Под всеобщее молчание я покопался в сумке, извлёк из неё рабочий блокнот и красиво, с завитушками, вывел в нем своей ручкой из кости василиска: «Гарри Джеймс Поттер. Хогвартс». Оторвал полоску с именем от страницы, и, про себя, воззвав к Высшим Силам, перешагнул черту…

Дело сделано!

Так же, под всеобщее молчание, и с каменным лицом вернулся к своей компании, после того, как закинул записку в Кубок Огня, затем оглядел притихший Большой Зал и равнодушно пожал плечами, типа: «Ну, ничего особенного…»

Что тут началось! Кто-то принялся возмущённо вопить, что: «Так не честно!», а кто-то, усиленно шуршать перьями и лихорадочно копаться у себя в карманах и ученических сумках в поисках листа бумаги или пергамента. Остальные, в большинстве случаев, на меня смотрели, как энкавэдэшники на врага народа.

А вот дальше началось то самое зрелище — комедия, драма, и, заодно, чуть ли не боевик с элементами ужасов. Младшекурсники устроили настоящий штурм «Возрастной черты», который я бы смело обозвал как типичный «зерг-раш».

Они что, так спешат на тот свет отправится? Хотя бы историю чемпионатов «Трёх Волшебников» почитали. По-моему, не было ни одного описания, где Турнир оканчивался бы без жертв. Всегда, один или несколько чемпионов ласты склеивали, заодно лихо отбрасывали коньки вместе со своими конечностями, но чаще всего, теряли голову, в прямом, а не переносном смысле. И виноват в таком поведении студентов Хогвартса, только его нынешний директор. По его мутным объяснениям, получалось, что это и не смертельно опасное испытание лучших учеников магических школ, а дружеское состязание и товарищеский турнир в «Плюй-камни». А ведь «штукарь» галеонов в качестве приза всем без исключения хотелось. Но, как мне видится, большинство из таких «хочунов», в предстоящем чемпионате ждёт «Вечная Слава» и только такая же вечная, как и покой.

— Похоже, мы опоздали к самому веселью, Дред, — раздался голос одного из близнецов Уизли.

— Но они все ещё не видели в деле нас, Фордж, — самоуверенно заявил его брат.

— Выигрыш делим на троих, как и договаривались, — напомнил им Ли Джордан, их друг и своеобразная рыба-прилипала рыжего дуэта.

Хотя… Кто знает, какие у этой троицы отношения. Ведь Джордан, он… Ну да ладно. Даже думать об этом не хочу, а не то что представлять.

— Всё получится, Ли! Приз, практически уже наш! — самоуверенно заявили близнецы.

Ну-ну… Насколько я помню, то они должны сейчас применить собственноручно сваренный «Старящий настой». Вот только он не старит. Кто ж подобное зелье изобретать будет? Это косметическое зелье, не сильно сложное в варке и, между прочим, запрещённое к использованию Министерством Магии. Так как позволяет любому щеглу визуально накрутить себе возраст и покупать то, что детям не положено. Аврорат подобных шутников ненавидит просто. Потому что это всегдашняя их головная боль, когда любой малолетний маг решает таким образом попробовать взрослой жизни.

Потрёпанная и хмурая толпа студентов-младшекурсников, с нехорошими такими взглядами, теперь стала смотреть на Уизли. Кое-кто обзавёлся белоснежными подгузниками, кто-то непрестанно отрыгивал молоко, а некоторые щеголяли буйной растительностью на лице. Только у Рона Уизли, который ринулся штурмовать возрастную черту одним из первых, и которому я незаметно немного «помог», волосы выросли на ладонях… Кудрявились что надо.

Близнецы Уизли, не обращая внимания на враждебные взгляды и противно ухмыльнувшись, достали из-за пазухи по флакону с мутным содержимым, картинно чокнулись друг с другом и употребили зелье на брудершафт. Внешне ничуть не изменившись, они одновременно шагнули за черту, и даже успели подойти вплотную к Кубку, но даже не успели занести руки с записками, как великанским пинком были вышвырнуты за периметр. Ничему их опыт остальных не научил.

Обидно, наверное. Ведь им только месяц до семнадцатилетия оставался, а тут такой облом.

Ничего нового или неординарного с Джорджем и Фредом не случилось. У них тоже выросли бороды, но только длинные и седые, а-ля Дамблдор. Кстати, о нём…

— А я ведь предупреждал! — раздался довольный голос директора, и все присутствующие обернулись на дверной проём, который вел на преподавательскую половину. Там стоял Дамблдор, так сказать: во всей красе. Не изменяя себе в цветовых пристрастиях, он был облачён в вырвиглазную, сиреневого цвета мантию, с вышитыми золотыми лилиями, очень похожими на герб Бурбонов и в шапочку на подобие кубанки, из зелёного меха неопределенной, но явно волшебной зверушки. Прям и нашим, и вашим. И французам сделал комплимент, и болгарам, применив в своей одежде национальные элементы и колорит.

Дамблдор явно не ожидал, что будет столько желающих переступить возрастную черту и соответственно столько же пострадавших от защитной магии. Это по его вытянутому лицу было очень хорошо заметно.

— Директор Дамблдор! Поттер обманщик, он кинул свое имя в кубок! — размахивая своими руками, густо заросшими рыжими локонами, завопил Рон Уизли.

«Ах ты крыса! Почуял, падаль, что при директоре я не буду тебе морду лица рихтовать, вот и осмелел», — подумал я.

Я повернулся к младшему Уизли и холодным тоном начал его «опускать»:

— Во-первых, мистер Уизли, по правилам не запрещено участвовать любому студенту Хогвартса, потому как директор Дамблдор заявил, что у учащихся младше семнадцати лет не получится участвовать, а не прямо сказал, что такое запрещено. Иначе почему вы все сейчас пытаетесь пересечь ограничительную черту? Во-вторых, у меня получилось сделать заявку, но это не значит, что я будущий чемпион. Кубок Огня всё равно выберет лучшего и сильнейшего в Хогвартсе. И, наконец, в-третьих… Мистер Уизли, заканчивали бы вы с рукоблудием, — я недвусмысленно указал на его ладони. — Такое явление пагубно влияет на ваши умственные способности.

Эта хохма была также хорошо известна в волшебном мире, как и в маггловском, причем не только как хохма.

Уизли покраснел, так как со стороны девчонок послышалось немного истеричное хихиканье, а Дамблдор, резко повернувшись ко мне, воскликнул:

— Гарри, мальчик мой, это правда?

— В том, что я бросил своё имя в Кубок — совершенно верно, а в том, что при этом кого-то обманул — нет, директор, сэр.

— Но зачем ты это сделал? И какой магией воспользовался? — как-то показательно взволнованно спросил он.

— Потому что могу, и магией я не пользовался вообще… директор Дамблдор, сэр, — немного резко ответил я.

— Этого не может быть!

Я молча пожал плечами и перешагнул возрастную черту ещё раз, подошёл вплотную к Кубку Огня, постоял перед ним покачиваясь с пятки на носок и, протянув руку, щёлкнул пальцем об край артефакта, заполненного голубым пламенем.

Вокруг собралось ещё больше народа, который спешил на завтрак, и эту сцену наблюдали не только наши студенты, но и заграничные гости, прибывшие одновременно в Большой Зал двумя организованными группами.

— Так не честно! — опять завопил Уизли. — Поттер обманщик!

— Да? А ты докажи, Уизли, или заткнись к Мордреду. Иначе, я тебя за клевету и оскорбления прямо тут в троллье дерьмо превращу! — зло смотря на Рона, пообещал я.

— Хм-хм… Не нужно ссориться, друзья мои. Мистер Поттер, надеюсь вы сможете объяснить этот свой поступок? Турнир Трёх Волшебников опасное предприятие, и в нем могут участвовать только подготовленные и лучшие ученики, — хмуря брови спросил директор.

— Как я уже говорил: Я только сделал заявку на участие, а выберет ли меня Кубок, пока неизвестно. Думаю, что вам не стоит беспокоиться на счёт этого, сэр, — вежливо ответил я.