Рейдер – Крестраж # 1 часть вторая (страница 43)

Равнодушно скользя взглядом по столу преподавателей я отмечал мелкие детали и жесты других учителей, что могли многое сказать вдумчивому наблюдателю. Никто не вёл себя нервно, расстроенно, был подавлен, или ещё как выказывал негативные эмоции. Обычно всё...

В тени, рядом с проходом в коридор ведущим в северную часть замка, подпирал плечом колонну Филч и, скрестив руки на груди, зорко следил за Большим залом. Когда я наткнулся на него взглядом, он лишь чуть заметно мне кивнул в приветствии. Тут тоже всё в порядке...

За нашим столом мы сидели в окружении нашей традиционной компании. Браун и Патил трещали как из пулемёта, и я даже не успевал понять, что они друг другу рассказывают. Невилл и Гермиона следили за распределением и активно хлопали каждому абитуриенту поступившему на Гриффиндор и вежливо изображали аплодисменты другим факультетам. Но самое забавное было наблюдать за Роном Уизли, который сидел рядом со своими братьями и гипнотизировал алчущим взглядом пустую золотую тарелку на столе. Клянусь! Я его мысли даже чувствовал через легилименцию, настолько там было много голода и всепожирающего вожделения пополам с мучительным ожиданием гастрономического чуда. Он громогласно стонал и жаловался, что очень проголодался и готов сожрать живьем гиппогрифа, что вызывало очень серьёзные опасения за безопасность Клювокрыла, которого нам показывал Хагрид в прошлом году. Я реально не понимаю этого рыжего паренька. Что там у него внутри живёт? Так посмотришь на него и начнёшь опасаться, как бы он ночью тебе во сне ногу не отгрыз. Я примерно такие чувства совсем недавно испытывал, когда почуял в лагере болельщиков вендиго - существо охочее до человеческого мяса. Точь-в-точь такая же жажда и голод, а сейчас, смотря на рыжего я всё гадал, сможет ли его слюна, которой он истекал подобно ксеноморфу из фильма "Чужой", растворить золотую тарелку перед ним.

После того, как распределение закончилось, слово взял наш директор и коротко, чего никто не ожидал, возвестил:

- Скажу вам только одно, ешьте!

Таким тоном он это сказал, что у меня не осталось сомнения, в том что он имел в виду: "- Жрите!" Однако, какой "добрый" дедушка!..

Не успел я обдумать эту мысль, как она была буквально погребена под навалившимися на меня эмоциями Рона Уизли... "Он там сейчас оргазм наверное испытает",- подумал я, слушая его утробное урчание и оглушительное чавканье. Мляяя... Реально стрёмно чего-то такие звуки слышать. А зачарую-ка я от греха своё спальное место! Невилла жалко, конечно, но пока проголодавшийся Уизли ночью будет его дожёвывать я, может быть успею сбежать от этой рыжей мясорубки.

Нет, конечно, такие мои мысли были абсолютно несерьёзные и больше опирались на мою больную фантазию, чем на здравый смысл, но глядя на Уизли, нет-нет, да возникала этакая настороженность. Мало ли?

После праздничного пира, Дамблдор опять начал распинаться. Сначала он представил всем Грюма, как нового преподавателя ЗОТИ, затем зачитал объявление о том, что список запрещённых вещей увеличился на четыреста позиций, о которых мне нужно будет обязательно поинтересоваться, кстати. Огласил традиционную и ежегодную стращалку про "Запретный лес", который должен быть, хоть ты тресни, но именно "запретным", и объявил во всеуслышание, что в этом году отменяется школьный чемпионат по квиддичу, тем самым вызвав возмущённые вопли со стороны всех студентов, независимо от факультетской принадлежности.

Пока народ возмущался и выбрасывал вовне свои отрицательные эмоции, наш директор, казалось, буквально, этим наслаждается. Ему сейчас нравится наблюдать за стадом молодых и тупых бабуинов, которые визжат от ярости, что ничего не могут сделать, от бессилия что-то изменить. Он слегка мечтательно и по-доброму так улыбался... пока не наткнулся взглядом на мою такую же всепонимающую улыбку. Его хорошее настроение как ветром сдуло...

- Как я и говорил,- Дамблдор натянуто улыбнулся множеству сту­денческих лиц, сердитые взоры которых были обращены к нему,- в ближайшие месяцы мы будем иметь честь принимать у себя чрезвычайно волнующее мероприятие, какого ещё не было в этом веке. С громад­ным удовольствием сообщаю вам, что в этом году в Хог­вартсе состоится Турнир Трех Волшебников!

Дамблдор всё говорил и говорил, объяснял правила и состав участников, предупреждал об возрастном ограничении, но народ его совсем не слушал и галдел как на базаре. Услышав про тысячу галеонов и вечную славу, даже Уизли остановил свой жевательно-глотательный процесс по уничтожению пищи и разинув рот, из которого вываливались комки картофельного пюре, завороженно и мечтательно закатывал глаза. Очень хотелось подбросить в кубок его имя и чтобы оно выпало при оглашении чемпионов, но такое, к сожалению невозможно, я знаю как работает "Кубок Огня" и такой фокус получится, если только один Рон из всей школы кинет туда записку со своим именем... Хотя... Можно же школу и не указывать! Посмотрим на поведение рыжего.

- Гарри, я очень за тебя боюсь! Может быть есть какой-то другой выход?- прошептала мне на ухо взволнованная Гермиона.

- Нет других вариантов, Гермиона. Ты же сама читала всё то, что мы нашли. И в "Судебнике" и в "Сборнике пактов и прецедентов" других вариантов нет. Мне нужна полная свобода и эмансипация, тогда я смогу и тебя легализовать до твоего совершеннолетия. Главное пережить ту бурю, что начнётся после оглашения чемпионов...

*Физиогномика - экспрессия лица и фигуры человека, взятая безотносительно к выразительным движениям и обусловленная самим строением головы, тела и конечностей (относится к псевдонаучным дисциплинам)

Глава 17 Ментальная магия, как она есть

Спорили мы уже пару часов, наверное. И спорили, как всегда, об одной и той же вещи. Обычно только самые жаркие наши споры касались волшебства или крутились вокруг этого явления. Вот и сейчас темой нашей дискуссии была магия, а точнее — механизмы сотворения беспалочковых чар…

— Да? Вообще-то, любое заклинание имеет именно ментальную составляющую. Гермиона, нам ведь с самого первого курса говорят, что магия — есть желание. Попробуй колдовать палочкой без желания, только словами и жестами — у тебя ничего не получится. Ты должна желать конечный результат, а остальное лишь мишура и костыли, которые только и помогают, — терпеливо объяснял я.

— То есть нужно развивать фантазию и ум, и как быть в случае с трансфигурацией? Там ведь сложные формулы нужны, — с сомнением спросила Гермиона

— Не только ум и фантазию. Развивать в себе нужно всё и без перекосов. Гармонично. Но всё равно, в первую очередь развивать нужно свою волю. Тренировать уверенность в том, что у тебя всё получится, это что касается осознанного волшебства, но ведь и бывает, когда ты неосознанно колдуешь. На эмоциях. То же самое, что и детские магические выбросы. Если очень хорошо понимать такие моменты и прибавить своё волевое усилие, то будешь творить чары без концентратора. Не сразу, конечно, но и такую способность тоже можно натренировать и закрепить в собственной ауре хоть Левиосу, хоть самую сложную формулу трансфигурации.

— То есть в идеале, палочка потом и не нужна совсем, а любые чары можно чистым волевым усилием сотворить? Именно так действует беспалочковое волшебство. Об этом во всех книгах по теории магии написано.

— Именно, что в идеале. До таких высот очень далеко, и нормальный маг или волшебница идут к вершине всю свою жизнь. Недостаточно просто иметь много магических сил, нужно ещё и уметь их применять. Вернее, уметь грамотно применять. Изучая жесты и словесные формулы, ты лишь изучаешь механизм магии и как она действует, расширяешь свои горизонты и представление как там всё работает, но всё равно первична только мысль, которой задаешь своё желание. А ты, когда колдуешь, опираешься именно на такие механизмы, а не на собственное желание. Такой подход не позволяет тебе раскрыть весь свой потенциал.

— Я так не думаю, и ты не прав! — обиженно буркнула она.

— Не обижайся, Гермиона, я просто вижу в тебе такую черту, и твоя математическая точность, когда ты колдуешь, только это подтверждает. Но есть возможность всё исправить, вернее дополнить и научить другой методологии в сотворении чар. Да и другим дисциплинам научить. Хотя и ничего плохого в том, как ты творишь магию, тоже нет. У тебя просто такой подход и он у тебя узкоспециализированный, такой, как тебя научили в Хогвартсе, и к какому ты привыкла.

Я вздохнул и, повернувшись к верстаку, подхватил с него начищенную и блестевшую камнями диадему Рейвенкло, задумчиво стал её вертеть в руках.

Странные ассоциации и чувства вызывал во мне этот артефакт. Я пока не до конца разобрался в структуре плетений и наложенных чар, чтобы без оглядки и постоянно пользоваться этим магическим изделием. Тем более, что во мне заговорила моя профессиональная деформация — артефактам не моего производства я всё больше и больше не доверяю.

— Именно поэтому ты с этой короной возишься всё лето? Что-то задумал и молчишь. Кстати, почему ты не говоришь, что это за артефакт и зачем он нужен? Выглядит старинным, но явно не твоих рук дело. У тебя другой… стиль. Где ты её вообще достал? Выглядит смутно знакомой, вот только не могу вспомнить где я её видела, — насупившись и хмуро спросила Гермиона.