Рэйчел Ван Дайкен – Кодекс сводника (страница 4)
В то время меня интересовали только собственные дела, и сестра заставила меня пообещать не вмешиваться в их отношения.
Прошел год. Мой товарищ устал ждать, а она устала от того, что он ее «не замечает», и стала встречаться с Джерри, своим партнером по лабораторным занятиям.
Сейчас она замужем за этим неудачником, который считает, что видеоигры – это олимпийский вид спорта. Когда у Джерри заканчивается пиво, волшебная «пивная фея» пополняет запасы в холодильнике, пока он спит. А мой друг играет за «Стилерз»[2] и снимается в рекламе
Девять месяцев назад круто изменилась и моя жизнь. Это был день рождения моей сестры, и я находился у нее в гостях. Я сидел на диване, колено чертовски болело, но мои страдания не могли даже сравниться с отчаянием моей сестренки, когда она увидела моего друга по национальному телевидению. Джерри в это время вопил из соседней комнаты, чтобы сестра забрала ребенка, который мешал ему играть в приставку.
Моя сестра заслуживала лучшего. Она
Если бы сестра была более раскрепощенной, понимала намеки, умела использовать язык тела, знала, как произвести впечатление на парня, которого, в общем-то, была достойна – жила бы теперь гораздо счастливее. Капля уверенности в себе могла бы круто изменить ее будущее. Черт, да ей достаточно было бы выучить только
Она бы не застряла в захолустном Якиме, штат Вашингтон, который, хоть и считается курортным местечком наподобие Палм-Спрингс, но на самом деле является рассадником преступности и раем для наркоторговцев, худшим чем даже Лос-Анджелес.
Девочка из Сиэтла вынуждена жить среди коров, тракторов и наркоты, чтобы раз в неделю поужинать в «Эпплбис»[3].
А самое печальное в этой истории то, что сестра не может вернуться в Сиэтл, потому что ее мужу перешел по наследству семейный бизнес в этой дыре, а вся его семья живет там уже более сорока лет. И я никак не могу ей помочь. И сестра ничего не может с этим сделать. Только время от времени звонить мне или писать.
Она застряла в аду до тех пор, пока в их отношениях что-то кардинально не изменится. Хотя скорее наступит конец света.
Для меня она полностью потеряна. А сестра – это вся моя семья.
Конечно, есть еще Гэби, но это не считается, потому что она мне не родня. И скорее запустит в меня колюще-режущим предметом, который только попадется под руку, если я назову ее «сестренкой». Ведь если об этом узнают парни, с которыми она общается, то все, как один, постараются как можно быстрее свалить. Раз – и нет никого. Как-то раз я «поговорил» с одним чуваком в старшей школе, который ухаживал за ней… С тех пор она наотрез отказывается что-либо рассказывать мне о своей личной жизни или сообщать о ее отсутствии.
Я содрогнулся. Стоит Гэби надеть короткую юбку, и меня так и тянет, в качестве защитного жеста, схватить иголку и лоскут ткани и пришить недостающее.
Так я живу.
Так и началась история
Попробуйте посмотреть на отношения между мужчиной и женщиной как на игру в футбол. У тренера есть определенный свод правил и инструкций, как вести себя в той или иной ситуации, – что-то вроде кодекса. А игроки сутками, неделями, может быть, даже годами запоминают их и учатся применять на практике. Недостаточно просто знать, как нужно играть. Надо понимать, что собирается сделать соперник, «прочитать» его.
Именно этому мы учим девушек в
И что в этом плохого? Я не тоскливый, одинокий неудачник, который сам нуждается в терапии, потому что его не любили родители, и теперь он чувствует себя никому не нужным. Хотя мои родители действительно не особо обращали на меня внимание. И если бы они не погибли в чудовищной авиакатастрофе, когда мне было семь, вряд ли бы что-то изменилось.
Мне не разбивала сердце симпатичная соседка. Знаете, как это обычно бывает – она наконец разглядела во мне мужчину, а потом ушла к моему лучшему другу. Так вот, не было такого. Вы вообще меня видели?
И нет, я не пытаюсь притворяться: дескать, лучше меньше да лучше. Я справился, со мной все более чем в порядке.
Я богат.
Я отлично учусь – спросите у моих преподавателей.
На меня обращает внимание такое количество девушек, что меня иногда просто не хватает на всех. И это с моими-то аппетитами!
Я современный Супермен, спасающий девушек от них самих на пару с верным помощником Лексом, моим лучшим другом.
И, да. Это отстойно. Мне тошнит от одной только мысли, что я больше не играю в НФЛ[5]. Но если не можешь играть, тогда… учи.
А ведь я был не просто игроком в футбол.
Я был
И в спорте.
И… с девушками.
Лучшим. И в том, и в другом.
А кто может лучше научить девушек играть, чем настоящий игрок?
Точно.
Я не начал жизнь с чистого листа, а просто посмотрел на ситуацию под другим углом. Разве это не великолепно? Абсолютно.
– Вот дерьмо.
Я чуть не врезался в задний бампер маленькой «Тойоты Короллы», когда зазвучавший рингтон вернул меня к реальности. Звонила Гэби.
– Да? – ответил я. –
– Я не твоя клиентка, Иэн! – прокричала Гэби. – И смени свой вкрадчивый наставнический тон! Ты же обещал!
– Я помню.
Твою мать, а что я ей обещал? Сходить вечером в кино? Наверно, что-то вроде того. Светофор загорелся зеленым. Я все еще понятия не имел, что же такого обещал сделать. Машина сзади засигналила, и я тронулся с места.
– Ты что, забыл? Не отпирайся!
– О том, что у нас вечером свидание? Да как я мог такое забыть! – засмеялся я. – Все я отлично помню.
– Иногда сама не понимаю, почему я до сих пор тебя терплю.
– Может, потому что ты любишь таращиться на меня, когда я сплю?
– Иэн, это было всего один раз! – Она громко выругалась. – И вообще, тебе повезло, что я незлопамятная. Ко мне въехали две новые соседки, и я устраиваю для них новоселье. А ты обещал прийти и принести чипсы с соусом. Вечеринка началась полчаса назад.
И так всю дорогу до химчистки.
– Твое новоселье было в моем календаре?
– Опять ты заладил про свой чертов календарь! – вопила Гэби. – Ну извини, что не удосужилась залогиниться на джимейле и не воткнулась в твое расписание.
– Попросила бы Лекса. Все было бы гораздо проще.
– Не замечал, что в последнее время Лекс больше похож на твою сучку, чем на друга?
– Это грубо! – Я даже поперхнулся. – Молись, чтобы я ему об этом не рассказал.
Она сразу замолчала. Такое часто случалось, когда речь заходила о Лексе. Гэби делала вид, что у нее и в мыслях нет затащить его в койку. А я притворялся, что не замечаю, что, даже когда они ссорятся и орут друг на друга, подруга радуется уже самому факту, что Лекс уделяет ей внимание. Неважно, насколько он зол при этом.
Мы оба знали, что этот огромный скелет подпирает дверцу шкафа и готов вывалиться в любой момент.
Я вздохнул.
– Гэбс, извини. Я буду через пятнадцать минут, хорошо?
– Уж постарайся, – проворчала она в ответ.
Послышались короткие гудки.
В следующий раз телефон зазвонил, когда я со скоростью Шумахера влетел на ближайшее свободное место на парковке местного супермаркета и рванул за обещанными снеками. Чем активнее становилась моя жизнь, тем хуже у меня получалось все держать в голове. Именно поэтому я и завел календарь и веду в нем онлайн-расписание. Даже мои преподаватели знают, как туда войти, если меня вдруг нет в классе. Я ассистент, отлично учусь и научил их считаться с моими планами. В свою очередь, я подменяю профессоров на занятиях, когда у тех появляются более важные дела.
Я свалил в тележку все чипсы, которые смог найти (что грозило девицам множеством пустых калорий), и застонал, обнаружив, что работает только одна касса, а парень передо мной протягивает десять купонов.
Я уже был готов заплатить за его покупки, только бы он пропустил меня вперед.
– Проходите на соседнюю кассу, – раздался справа веселый голосок.
Обернувшись, я расплылся в улыбке.
– Вау! Большое спасибо!
Девушка вспыхнула и нажала на маленькую светящуюся кнопочку на кассовом аппарате.
– Хм-м, собираетесь на вечеринку?
Реагируя на каждую покупку, сканер издавал характерный писк.