Рейчел Стюарт – Дуэт пылающих сердец (страница 3)

– Как вы…

Он не дал ей договорить.

– Про ключ я узнал от брата, а ему сказала Флик. Они сейчас по пути в отель.

– О боже! – воскликнула возникшая за спиной у Бри Анжела. – Так вы, значит, брат?

Он улыбнулся во весь рот, а в синих глазах заплясали чертики, когда он посмотрел на Анжелу.

– Провалиться мне на этом месте. А вы?

– Я дочь.

Улыбка сползла с лица Тео Дюбуа, и он слегка нахмурился:

– Дочь… Флик?

– Чтоб мне провалиться.

– Анжела! – одернула ее Бри.

– А что такого? Он первый начал.

– Точно. – Мачо перевел взгляд на Бри. Он был явно выбит из колеи. И даже его лучезарная улыбка не могла это скрыть.

– Если вы будете так любезны и опустите свое кухонное орудие, я смогу закрыть дверь изнутри. Что-то мне подсказывает, что здесь я буду в большей безопасности. Хотя кто знает… – Он с опаской посмотрел на лопатку в руке Бри.

Она сконфуженно опустила руку, радуясь про себя, что ее темная кожа скрывает румянец смущения, разлившийся по ее щекам.

– Конечно, конечно, проходите. Мы как раз собираемся снять пробу с мохито.

Он изумленно выгнул бровь. Вспомнив про возраст Анжелы, Бри торопливо пояснила:

– Это добавка в маффины, а не коктейль.

– Это даже звучит вкусно, – пропела Анжела.

– Никогда не пробовал такого, а я много чего в жизни перепробовал.

– Кто бы сомневался, – выпалила Бри и покраснела. Она готова была язык себе откусить за такую несдержанность.

«Думай, что говоришь», – мысленно укорила себя она.

Она отвернулась, горя желанием спрятаться в миску с тестом.

– Наша Бри работает в булочной-пекарне напротив. – Анжела развернула Бри лицом к нему и приобняла. – Она потрясающий кондитер. Стоит только раз попробовать ее выпечку, и вы у нее на крючке, – с жаром пояснила Анжела.

Бри хотелось сквозь землю провалиться, а Анжела, казалось, не заметила двусмысленности своей похвалы. А вот в синих глазах плейбоя отразилось полное понимание.

«Пожалуйста, Фелисити, поторопись, – мысленно умоляла подругу Бри. – Я согласилась печь маффины, а не поджаривать себя на медленном огне».

Тео запер дверь и повернулся к Анжеле, которая продолжала на него таращиться. Он давно привык к такому, хотя и сам сейчас буквально онемел.

Анжеле на вид лет шестнадцать. Как раз этот период времени они с братом отсутствовали. И именно столько лет прошло, как закончились отношения между Себастьяном и Флик. А это означает, что девочка может быть… Или не может?

Она откинула со лба густые каштановые пряди волос и очаровательно ему улыбнулась. На щеках заиграли ямочки, так похожие на…

– Знаете, вы совсем не похожи на своего брата.

– Разве?

– Анжела! – раздался из кухни строгий голос.

– Кажется, тебе нужно идти, – заметил Тео.

– Пойдемте вместе, – предложила она.

Он втянул в себя воздух, радуясь, что не чувствует аромата ванильной сладости, исходившего от Бри, когда та замахнулась на него лопаткой. Он так и видел ее пылающие негодованием карие глаза, недовольную гримасу на красивом лице и поджатые розовые губы. Похоже, он не произвел на Бри ни малейшего впечатления. На самом деле он на секунду испугался, что она может выгнать его на улицу и ему придется ждать возвращения Себастьяна и Флик в толпе досужих репортеров. И хотя ее платье с ярким рисунком источало теплые и манящие вибрации, у него сложилось впечатление, что эта поразительная женщина желала его исчезновения. И это беспокоило его больше, чем он хотел бы признать.

– Значит, маффины со вкусом мохито – это что-то особенное? – Он остановился на пороге, не желая вторгаться во владения Бри.

Их взгляды встретились, и от ее внезапной улыбки у него перехватило дыхание.

– Так и есть.

– Чем помочь? – спросила Анжела.

Бри посмотрела на девушку, ее юбка колыхалась, подчеркивая изгибы стройного тела, когда она с легкостью двигалась по кухне. Тео был очарован. Она протянула Анжеле миску.

– Натри лаймы на терке, дорогая.

– А можно сначала попробовать коктейль?

Бри рассмеялась, собирая свои длинные черные волосы в узел высоко на затылке. Тео залюбовался длинной шеей и высокими скулами.

– Один маленький глоточек, слышишь меня, один.

Он усмехнулся и прислонился к дверному косяку, устраиваясь поудобнее, чтобы наблюдать за их работой.

– Не желаете присесть, господин Дюбуа?

– Господин Дюбуа? Надо же. – Он снова усмехнулся. К нему давно так никто не обращался, ни сотрудники, ни пресса, которая со временем научилась обходиться без уважительного обращения.

– Тео, пожалуйста. И нет, спасибо, я постою.

Бри пожала плечами:

– Как вам будет угодно.

– Я уже насиделся, – усмехнулся он.

– Долгая поездка?

– Очень.

Она снова поймала его взгляд. Теплые карие глубины ее глаз манили и притягивали. Путешествие, должно быть, утомило его больше, чем он предполагал. Он ведь дал себе зарок – больше никаких женщин. И вот опять. В этой фигуристой и пылкой женщине, стоявшей перед ним, было что-то такое, чего он не мог игнорировать.

– Как далеко это очень? – спросила она.

– Хм?

– Я о вашем путешествии. – Бри месила тесто и не смотрела на него, и он, откашлявшись, сосредоточил свое внимание на гораздо менее провокационном, а именно на ингредиентах для выпечки, которые стояли на столе.

– Я точно не уверен. Думаю, это примерно в семистах километрах от Парижа. Я не обращал особого внимания.

– Вы приехали из Парижа? – выпалила Анжела. – За один присест?

– Точно.

– Это, должно быть, заняло у вас… – Анжела подняла глаза к потолку, как будто что-то подсчитывала, а потом пожала плечами: – Понятия не имею, но, должно быть, это длилось целую вечность.

– Я ехал по евротоннелю.

– Но вы, наверное, очень устали? – заметила Бри. Ее глаза снова творили магию. В них плескалось сочувствие, и Тео не мог отпустить ее взгляд.

– Я в порядке, – пробормотал он.

Похоже, она ему не очень-то поверила. Неужели она настолько проницательна, что видит правду, спрятанную глубоко внутри за холеной внешностью?