Рэйчел Роулендс – Снежное Рождество в котокафе (страница 10)

Джаред спрашивал, какие есть варианты, но все они были неутешительны. Ему предложили сделать дополнительные обследования, хотя прогнозы были самые пессимистичные, и выиграть еще немного времени – быть может, год, или оказывать Поппи паллиативную помощь до тех пор, пока не настанет конец. Он выбрал второе; первое было ему не по карману.

Все это чуть снова его не сломило, чуть не загнало в тот темный угол сознания, куда он не хотел возвращаться. Джаред и так каждый день ощущал внутреннее сопротивление, словно пытался плыть против течения во время шторма.

Он встряхнулся. Пора уже перестать прокручивать это в голове, гадая, мог ли он поступить иначе. «Брось эти мысли». Чувство вины жгло его изнутри.

– Ты до сих пор винишь Меган? – тихо спросила мама, сжав кружку в ладонях. – Понимаю, она причинила тебе боль и совершила ужасный поступок, но она даже не знает, что случилось с Поппи.

– Я понимаю. – Джаред ударил кулаком по столу, чуть не опрокинув свой кофе. – Но ведь она должна была отвезти Поппи на обследование к ветеринару. Единственный раз я не смог поехать, а она забыла – была слишком занята кувырканиями с женихом.

Если бы Поппи отвезли в тот день к ветеринару, возможно, неладное удалось бы заметить вовремя и у его кошки появился бы шанс выжить.

– Почему ты не говорил ей об этом раньше? – спросил Шейн.

– Я бы только разозлился на нее, мы бы поссорились, и ей все равно ничего уже было не исправить. Слишком поздно.

Шейн кивнул, доел последние кусочки скоуна, вытер руки салфеткой и спросил:

– Ты как, держишься?

Голос брата звучал непринужденно, а сам он уставился на салфетку. Но Джаред заметил, как Шейн на миг поднял глаза – так неловко, как ведут себя те, кто обходит непростую тему и не хочет спрашивать напрямую. В их семье всегда было трудно открыто высказать то, что ты на самом деле имеешь в виду, и не скрывать эмоции. Брат не стал бы спрашивать: «Как там твоя депрессия? Кошки все еще скребут на сердце? Ты без проблем встаешь с постели по утрам?» Раньше Джаред даже не стал бы рассказывать им о своих проблемах. Но после того, что случилось в прошлый раз, он понял, что больше не справляется. Поэтому, хотя брат и не понимал, как для него важна Поппи, Джаред ясно дал понять, что это не депрессия, а реакция на стрессовую ситуацию.

Он отпил кофе, не зная, что ответить. Джаред прошел долгий путь по сравнению с тем, каким был до встречи с Меган, когда был на самом дне. Но ее измена – ну, технически измена жениху с ним – и потеря Поппи немного выбили из колеи. И все же он держался молодцом, так ведь?

– У меня все хорошо, – наконец сказал он. – Не хуже.

– Милый, ты отменил семейный ужин, – сказала мама.

– Да, но больше из-за того, что хотел сэкономить.

Мама уже было открыла рот, чтобы ответить, но он продолжил:

– И не хотел, чтобы ты за меня платила, мама. Ты должна тратить свои деньги на себя.

– Ну, как освоишься на новой работе, можно назначить новый, – любезно предложила она.

Шейн откинулся на спинку стула.

– К твоему сведению, я послал Меган, но если она сюда приедет, то может заглянуть и к тебе. Или, не дай боже, на наш семейный ужин. – Тут он театрально скривился.

– Спасибо, что предупредил, – сказал Джаред и отпил немного горячего кофе, чтобы прогнать тревожные мысли, клубившиеся, как пыль. – Но прошло полгода, как я порвал с ней. С отношениями в целом. Со мной ей нечего ловить.

– Вот и умничка. – Глаза у мамы заблестели.

Шейн кивнул:

– Так и думал, что ты это скажешь. Но ты же ее знаешь. У нее ушли месяцы на то, чтобы от тебя отстать.

– Пускай попробует позвонить, – сказал Джаред, одарив брата кривой ухмылкой. – В игноре я чертовски хорош.

– Эй, проявлять интерес – тоже хорошо! Ну, с достойной женщиной…

– Такой не будет, – не сдавался Джаред, сжав в руке чашку кофе. Не стоило говорить брату, что этим утром он практически флиртовал кое с кем. – Есть только я и…

Он поймал себя на том, что едва не упомянул Поппи. Вот только его и Поппи больше нет. Он остался наедине с пустотой, с опустевшей скорлупой, в которую превратилась его квартира, с болезненным чувством потери. Он это предвидел, он знал, что так и произойдет, но легче все равно не становилось. Поппи больше не было рядом, и некому помочь справиться с тьмой. Он чувствовал себя затерянной в океане шлюпкой, дрейфующей без цели, и в этом ощущении таилась угроза.

– Только я, старый добрый кофе и работа, – сказал он и отсалютовал чашкой, а затем сделал еще один глоток.

– Справедливо, – сказал Шейн.

– И мы, родной. Мы всегда рядом. Ох, очень надеюсь, что ты найдешь приятную девушку… Ты этого заслуживаешь после всего, что с тобой стряслось… – вставила мама.

Больше они не говорили о Меган и Поппи. Разговор перешел на жену Шейна, Дэнни, и на то, как у них дела, на рабочие будни горного спасателя и на маминых клиентов, частенько странных. Она занималась хиромантией и делала расклады Таро, так что клиентура у нее была весьма эксцентричная и интересная.

Когда они наконец распрощались, Шейн подвез маму домой по пути в горноспасательный центр, а Джаред задержался у рабочего фургона (в кафе он приехал сразу после доставки заказа), чтобы отправить маме сообщение. Он до сих пор переживал из-за отмены того семейного ужина; это была их традиция, и все ждали его с нетерпением. К моменту, как Джаред сел в машину и пристегнулся, мама ответила.

Джаред:

Прости за то, что отменил наш ужин. Можем его перенести и устроить еще один в ближайшее время. Когда мне заплатят, я угощаю 💖 💖

Мама:

Ничего страшного. Ты правда в порядке? Шейн сказал, что расстроил тебя, и я понимаю чем 💔 💔 💔 💔

Джаред:

Я в порядке, честно

Мама:

Понимаю, ты скучаешь по Поппи, она много для тебя значила. Но ей бы не хотелось, чтобы ты грустил. Ты полюбишь другую кошку, когда будешь готов… Со временем ты настроишься на появление еще одного пушистика, и это поможет тебе исцелиться 💗 💗

В данный момент Джаред не допускал даже мысли о том, чтобы завести другую кошку. Может, когда-нибудь, но не сейчас. И все же мама правильно его поняла.

Джаред:

Спасибо, мам 🥰 🥰

Он выключил телефон, кинул его в бардачок и поехал по улочкам Эмблсайда между кирпичными домами с разномастными крышами обратно к себе. Жил он возле водопада Сток-Гилл-Форс. Джаред припарковал фургон на свободном месте рядом со своей машиной. К счастью, соседка была так добра, что согласилась уступить свое парковочное место, она сама была уже в возрасте и больше не садилась за руль. Деревья раскачивались на порывистом ветру; листья взлетали в воздух и кружились над крышами, будто в танце. Ровный шум водопада на фоне звучал как дыхание. Здесь было тихо, и слышалось лишь пение птиц.

Когда Джаред оказался на своей лестничной клетке, открыл дверь и переступил порог тесной прихожей, ведущей в гостиную, пустота обрушилась на него как настоящий удар. Слева стояла тумба с телевизором и игровой приставкой. На коврике под ней были разбросаны кошачьи игрушки – пушистые мышки и уточки, шнурки от ботинок. Столько недель прошло, а он так и не убрал их. Не мог себя заставить.

В дальней части гостиной находилась кухня с темными шкафчиками, духовкой и холодильником. От остального пространства ее отделяла барная стойка. На холодильнике до сих пор висели расписание приема лекарств Поппи и визитка ветеринара. Джаред увидел их, когда включил свет; белые листки казались ярким, резким напоминанием.

Джаред не стал украшать дом к Рождеству. Праздничного настроения не было.

Он прошел несколько шагов по гостиной. Взгляд скользнул на тубус с прахом Поппи на книжной полке рядом с диваном. На письменном столе стояла рамка с ее фотографией. Призрачное присутствие ощущалось повсюду: на спинке дивана, одного из ее любимых мест для сна, в игрушках на полу, у миски для корма и блюдца с водой на кухне. Но все, что теперь от нее осталось, – картонный тубус и кучка праха. В это невозможно поверить после проведенных вместе четырнадцати лет.

Осознать это было так же болезненно, как получить удар в кадык. Джаред понимал, что ждет его этим вечером. Он сам себе что-нибудь приготовит, посидит в одиночестве на диване, посмотрит телевизор или без особого желания поиграет в видеоигру, но втянется в сюжет, словно от этого ему удастся забыть о пустоте и о радости, которую вроде бы нужно испытывать в это время года.

«Нет, не сегодня». Он не даст себе погрязнуть в печали. Если снова увязнет слишком глубоко, может и вовсе не выбраться. Он должен бороться с унынием.

Джаред подумывал съездить к маме, но иногда по вечерам у нее внезапно появлялись клиенты, так что от этой идеи пришлось отказаться. Он решил заглянуть к Шейле или в какой-нибудь еще ресторанчик. Если придется растянуть на три часа стакан воды и хлебные палочки, потому что они самые дешевые, так он и поступит. Он покатается вокруг озер, пока не стемнеет, а может, пройдется.

И все равно, думал он, пока брал сумку с ноутбуком, ключи от машины и выключал свет, ему придется вернуться домой и снова спать в одиночестве.

Эмми поправила телефон на раскладном подносе с завтраком. С экрана ей махали улыбающиеся родители.

– Привет! – она помахала им цветным карандашом. – Надеюсь, вы не против, что я буду делать два дела одновременно.

Она работала над портретами кошек из кафе, используя фотографии с телефона как основу для создания набросков. После разговора с Джаредом она решила рисовать их не в серьезном и реалистичном, а в своем фирменном милом стиле. Сейчас она добавляла цвета, чтобы посмотреть, какие нравятся, а какие нет. После этого она нарисует окончательные, доведенные до совершенства версии на бумаге получше, более высокого качества. Больше всех ей нравился портрет Китти: пятнистый окрас бенгалки идеально сочетался с сияющими огромными глазами. Он удался чуточку лучше портрета Салема с большими зелеными глазами, выделявшимися на фоне иссиня-черного меха.