Рейчел Кейн – Бумага и огонь (страница 74)
– Не надо, – сказала Морган. Она повернулась к нему и положила руку Джессу на подбородок, чтобы повернуть его лицо к себе. – Не уходи в мысли и не покидай меня. Я так же напугана, как и ты, знаешь ли.
– Ты? Девушка, которая бросает вызов Железной башне и побеждает? Сомневаюсь, что ты знаешь, что такое страх в понимании остальных нас. – Он убрал ее руку со своего подбородка, но лишь для того, чтобы приложить к губам. Джесс поцеловал нежную ладонь Морган, глядя ей прямо в глаза, и увидел, как она дрожит. Ее кожа покрылась мурашками от прикосновения его губ. – Спасибо.
– За что?
Джесс указал на кодекс:
– За то, что напомнила, что в жизни куда больше всего, чем видел я, когда был маленьким.
Вульф, Халила и Томас до сих пор спорили. Морган вздохнула и наклонила голову, посмотрев в их сторону.
– Полагаю…
– Нам следует помочь? Да. А то у нас скоро закончится время.
Оказалось, что Морган отлично умеет успокаивать, а Джесс прервал спор, когда стало очевидно, что каждая из сторон предлагает вполне логичные варианты. Через час они собрали уже больше сотни книг. Слишком много, чтобы можно было унести с собой. Джесс с Санти принялись взвешивать сумки и рюкзаки, вынимая все, что можно было убрать, хотя каждая книга, которую им приходилось оставить, словно оставляла шрам на сердце у Джесса. «Ничего, ничего, – подумал он. – Может, нам все же удастся вернуться сюда потом и взять что-то еще. Верховная скрывательница сказала, что поможет нам». Она и правда так сказала, однако Джесс уже понял, какой непростой характер у матери Вульфа, не говоря уже о хладнокровном упрямстве.
Керия Морнинг выживала все эти годы, будучи врагом архивариуса, не потому, что легко поддавалась и соглашалась.
Кодекс, который был у Морган, должно быть, завибрировал, потому что она быстро его достала и открыла. А потом нахмурилась.
– Мой отец написал? – спросил Джесс.
– Нет, – сказала Морган и подошла к верховной скрывательнице. Показала ей сообщение. – Это от Григория. Вам.
Верховная скрывательница прочла сообщение, закрыла книгу и кивнула.
– Время вышло, – сказала она Джессу. – Стражники архивариуса уже вошли в Железную башню. Григорий их впустил, и мне приказано отдать вас под стражу немедленно. Вас следует телепортировать в Лондон. Прямо сейчас.
– Но мой отец еще не ответил, – сказал Джесс. – Пока мы не убедимся, что там безопасно…
– Небезопасно здесь, – оборвала его верховная скрывательница. – За вами идут. Прямо сейчас.
Воцарилась тяжелая тишина, а потом Санти произнес:
– Значит, мы уходим. – Его слова прозвучали, как смертный приговор. Джесс нервно сглотнул.
Томас молча взял рюкзак Глен и нацепил поверх своего. Она не сказала Томасу спасибо, но Джесс видел по ее лицу, что она была благодарна. Нога у Глен до сих пор болела, и с рюкзаком она точно будет двигаться медленнее, особенно если придется сражаться, однако Глен всегда стойко переносила боль. Джесс другого и не ожидал от нее. Глен всегда действовала на пределе своих возможностей, останавливаясь, только когда силы были на исходе.
Джесс вдруг понял, что скучает по Дарио. Колкий юмор испанца сейчас бы пригодился и всех подбодрил. Халила выглядела спокойной и уверенной и настолько веселой, насколько могла в сложившихся обстоятельствах, однако не приходилось сомневаться в том, что она понимала, как близко они сейчас стоят у пропасти. И что их ждет на той стороне… никто из них не может предугадать. Джесс уж точно не мог.
Верховная скрывательница остановилась у железной двери и произнесла:
– Морган, по крайней мере, я могу сделать тебе последний подарок.
Морган вздрогнула, когда Керия вытянула руку, и кончик ее пальца коснулся строк на золотом ошейнике вокруг горла Морган.
Золотой ошейник расстегнулся с резким, глухим щелчком.
Морган ахнула и поспешно сняла кольцо с шеи. Сняв, она уставилась на него, будто не могла до конца осмыслить происходящее, а потом внезапно разжала пальцы и бросила ошейник на пол. Тот тяжело упал с характерным звуком. Кожа под ним на шее у Морган была бледной и влажной. Морган, похоже, не знала, что сказать, однако в конце концов прошептала:
– Спасибо вам.
Мать Вульфа кивнула. Сейчас она выглядела очень спокойной. Очень… смирившейся.
– Тебя бы смогли отследить по ошейнику, если бы он остался на тебе, – сказала Керия. – Морган, тебе также придется изменить алхимические сценарии библиотечных браслетов, которые носят остальные, и удалить все возможные отслеживающие символы. Может, будет полезно пока продолжать носить браслеты. Люди не спешат убивать библиотекарей. – Она сделала паузу, колеблясь, и закрыла глаза на мгновение. – Я много раз подводила тебя, Кристофер. Однако на этот раз не подведу. Сейчас тебе придется мне довериться.
Джесс подумал, что, быть может, подобный шаг и подобная вера невозможны для Вульфа, однако он уставился на мать на долгую секунду, а потом подошел к ней. Взял ее за руку и сказал:
– Я доверяю тебе.
– Я не заслуживаю твоего доверия, не так ли? – Ее улыбка вышла печальной, но в то же время красивой и очень искренней. – Мать должна всегда защищать своего ребенка. А я не защищала.
Вульф молча держал ее за руку еще несколько секунд, а потом вдруг обнял. Объятия получились крепкими и эмоциональными, потом Вульф отвернулся и опустил голову. Верховная скрывательница моргнула, смахивая с ресниц слезы, вздохнула и произнесла:
– Вам пора уходить.
Она открыла винтовую лестницу, по которой все поднимались сюда, и Джесс с друзьями поспешили обратно вниз. Сад казался пустынным, однако Джесс слышал голоса и крики, доносящиеся с нижних этажей. Солдаты архивариуса, должно быть, уже прибыли. И теперь искали их.
– Времени не осталось, – сказала верховная скрывательница. – Мне придется рискнуть.
– Что значит рискнуть? – Вульф подошел ближе, всех растолкав, и Санти поспешил следом.
– Мне придется телепортировать всех вас одновременно. Если буду отправлять вас по очереди, половина может не успеть.
– У вас не получится! Даже вы… – Морган умолкла, посмотрев на остальных. – Это слишком для одного скрывателя. Это может…
– Убить меня? – Верховная скрывательница огляделась, посмотрев на прекрасный, мирный сад, а потом вздохнула. – Да будет так. Мне нужно, чтобы все вы положили руки на шлем.
Джесс почувствовал, как его инстинкты пробуждаются, нашептывая ему об опасности, и он непроизвольно дернул головой, озираясь по сторонам, ища опасность.
Опасность их уже окружала.
Сам руководитель Артифекса вышел из тени пышного сливового дерева, и бледные бутоны коснулись его длинных седых волос. За ним же, да и вокруг него – всюду по садовому залу – начали появляться солдаты, прячущиеся до этого в кустах и зарослях. Целясь автоматами в Джесса и его друзей.
Санти вздрогнул, готовый в любой момент нацелить на врагов собственное оружие, однако потом поднял одну руку, наклонился и осторожно положил автомат на пол под ногами.
– Бросайте оружие, – сказал он. Его голос прозвучал сухо и побежденно. – Уже нет смысла сражаться.
Глен, однако, вскинула автомат и взяла руководителя Артифекса на мушку.
– Есть еще какой смысл, – сказала она.
Однако она не спешила стрелять, потому что руководитель Артифекса вытолкнул кое-кого из тени, загородив себя от потенциальной пули. Кое-кого, кого никто не ожидал увидеть.
«Дарио».
Дарио не был связан или же в оковах. Не выглядел раненым или побитым. Наоборот, он выглядел выспавшимся и ухоженным. В свежей одежде.
И не осмеливался смотреть никому из них в глаза.
– Дарио? – прошептала Халила изумленно и в то же самое время с облегчением. Она сделала было шаг вперед… но потом Дарио поднял голову и посмотрел Халиле прямо в глаза. – Дарио. – Теперь голос Халилы звучал отчаянно. – Что происходит?
– Предатель. – Руки Глен, сжимающие автомат, побелели, однако теперь она его опустила, чтобы посмотреть Дарио в глаза. – Y mochyn diawl[34].
Дарио открыл было рот, потом засомневался, но потом произнес:
– У меня не было выбора.
Надменный, хитрый Дарио Сантьяго их выдал. Ну конечно, а как иначе. Может, он планировал предать их с самого начала. У него не было возможности доложить об их плане по спасению Томаса, потому что все было решено в самый последний момент. Однако он ведь пытался.
Джесса бросило в холод при мысли о том, что если бы им и правда удалось сбежать изначально в Лондон, то, вероятно, там бы их подстерегала ловушка. Дарио бы все устроил. Он выжил в одиночку в Риме лишь потому, что никакой опасности для него и не было вовсе.
Дарио бросил их, чтобы доложить обо всем своему начальнику.
Глен швырнула автомат в сторону, гневно проворчав что-то еще.
Джесс всерьез задумался о том, чтобы дать волю своим чувствам и пустить пулю в лоб Дарио прямо сейчас. Это было бы убийство, однозначное и хладнокровное. И все равно Джесс почти что решился.
Однако потом Джесс все же наклонился и опустил автомат на пол, а когда выпрямился, к нему тут же подбежали солдаты и всех схватили. Нет, не всех. Морган не схватили. И верховную скрывательницу не тронули. Должно быть, приказ был отдан о том, чтобы их не трогать.
Томас не произнес ни слова. Ничего не говорил и Вульф. У обоих было одинаковое выражение на лице, осознал Джесс, такое, будто их вмиг лишили всех сил. Будто их души уже покинули тела, не оставив ни единой эмоции.