Рейчел Кейн – Бумага и огонь (страница 12)
– Мне не сообщили, что вместе с заданием по конфискации вас будет ждать симуляция поджигателей.
– А что, если это не симуляция? Поджигатели могли сюда пробраться?
Бота ничего не ответил. Быть может, он и сам не знал, а может, просто не хотел ничего говорить. Однако Джесс сомневался, что те, кто на них напал, и впрямь были членами движения поджигателей. «Тут замешаны сами библиотечные солдаты», – подумал Джесс. В конце концов, Тарик ведь напал на них. После произошедшего здесь появится много вопросов.
Бота вскинул сжатую в кулак руку, и Джесс моментально остановился. Они как раз стояли на углу, и Бота выглянул, а затем снова посмотрел на Джесса. Его глаза сузились, а взгляд похолодел.
– Сколько их там?
– Не знаю. Я видел лишь тени на крышах. Может, десять?
– Вооруженные греческим огнем?
– И пистолетами, – кивнул Джесс, хотя и знал, что Бота об этом не забыл. Он просто нервничал. Сглотнув, Джесс добавил: – Если увидите кого-то из моего отряда, тоже смотрите в оба. Полагаю, некоторые из них могут оказаться… – Он умолк, потому что не хотел говорить прямо и называть кого-то предателями, однако смысл уже сказанного все равно сделал паузу напряженной.
Бота лишь пожал плечами.
– Я всегда смотрю в оба, когда нахожусь рядом с новобранцами. Они могут запаниковать и подстрелить меня.
В этот момент Джесс решил, что ему все-таки нравится этот человек.
– Тогда лучше идите за мной, – сказал Джесс. – По крайней мере я доверяю вашей меткости. – Он сделал шаг и вышел на улицу. На секунду Джессу стало не по себе, потому что он ожидал, что в него полетит пуля, однако этого не произошло. Вокруг царила полнейшая тишина, если не считать шороха вьющегося на ветру песка и треска пламени за спиной. Посреди улицы впереди начавшийся еще во время нападения пожар уже утихал, и Джесс использовал его дым как опознавательный знак, чтобы отыскать Тарика. Тот по-прежнему лежал на том же месте, где и упал. Джесс хотел было остановиться рядом с ним, однако Глен, Вульф и Хельва нуждаются сейчас в помощи больше. Остальное Джесс может выяснить и чуть позже.
Глен вышла из тени разбитой витрины магазинчика и подняла автомат, указав дулом на Бота, стоящего рядом с Джессом.
– Стоять, – произнесла Глен, и Джесс буквально почувствовал, как Бота напрягся. – Бросьте оружие!
– Он пришел нам помочь, – возразил Джесс. – У него есть противоядие для Хельвы, и капитан Санти скоро придет.
– Неси антидот, Джесс, – ответила ему Глен. – Этому я не доверяю.
Бота рассмеялся. Смех его прозвучал искренне веселым.
– Умный ход, – сказал он и бросил свой рюкзак на землю к ногам Джесса. – Забирай, новобранец.
Осанка Глен стала чуточку напряженнее.
– Проверь рюкзак, – сказала она Джессу. Он присел и открыл рюкзак, заглянув внутрь. Там находился стандартный набор вещей, необходимых на задании, включая полностью укомплектованную медицинскую аптечку. Джесс поднял глаза на центуриона снова.
– Вы врач?
– Обучался на него в том числе, – ответил Бота. – Я занимаюсь военной медициной. Однако я тебе тут не понадоблюсь. Просто поставь ей укол.
– Давай, – сказала Глен Джессу. – Поторапливайся.
Джесс отыскал противоядие и протиснулся мимо Глен, которая продолжала внимательно наблюдать за центурионом. Внутри магазинчика рядом с Хельвой сидел профессор Вульф, проверяя ее пульс. Вульф поднял руку, не отрывая глаз, и Джесс передал ему шприц, а затем ему оставалось лишь наблюдать, как профессор Вульф делает укол. Шприц издал тихое шипение, и прозрачная жидкость хлынула в вену Хельвы. Она сидела молча и неподвижно, и Джесс бы принял ее за мертвую, если бы только у нее не дрожали веки. Цвет ее лица выглядел ужасно – настолько ужасно, подумал Джесс, насколько это возможно без Анубиса[5], который лично бы пришел утащить ее в подземный мир.
– Уже слишком поздно? – спросил Джесс. Ему хотелось ничего не чувствовать. Он очень старался не испытывать дружеских чувств ни к кому из своих товарищей.
– Не думаю, – ответил профессор Вульф. Он прижал ладонь ко лбу девушки на несколько мгновений. «В этом нет никакой практической пользы, – подумал Джесс. – Жест, предназначенный лишь для того, чтобы успокоить». Жест доброго человека, хотя Вульфу бы не понравилось, если бы он узнал, что кто-то называет его таковым. Он ведь изо всех сил старался казаться жестким, безразличным ублюдком. – Я видел, как подобный препарат оживляет людей в состоянии и похуже.
«Сколько раз?» – хотел было спросить Джесс, но не стал. Ему не хотелось знать ответ на этот вопрос. Поэтому вместо этого он снова повернулся к Глен, которая по-прежнему держала Бота на прицеле. Бота же глядел на нее с улыбкой, однако его хладнокровный, серьезный взгляд никак не вязался с изогнутыми губами.
– Я проведаю остальных, – произнес Джесс и шагнул сквозь разбитую витрину, а под ногами у него захрустело стекло. – Центурион, идите со мной. Вероятно, она не станет стрелять вам в спину.
– Вероятно, – согласилась Глен, не моргнув и глазом. И она не расслабилась, пока Джесс не увел центуриона в сторону Тарика.
Бота перевернул молодого человека и проверил его пульс. Затем он отстранился и покачал головой.
– Он мертв, – сказал Бота. Это ошеломило Джесса, однако он быстро взял себя в руки. «Тарик целился в профессора. Мне пришлось так поступить. Пришлось».
– Нам сказали, что у нас будут патроны, которые бьют вполсилы, – сказал Джесс, а потом поймал на себе взгляд мужчины. Тот смотрел с сожалением.
– Это не твоя вина, новобранец. – Бота перевернул безвольное тело Тарика на бок, и Джесс увидел окровавленную дырку у него под ребрами. – Эта пуля прошла прямо насквозь и вышла с другой стороны – пробила броню. Судя по углу, выстрелили в него сверху, когда он уже упал. Явно это был не ты. – Бота, пока говорил, не отрывал взгляд от местности, исследуя обстановку. Джесс тоже поднял глаза. Теперь не видно было ничего, помимо неба и ослепительного утреннего солнца. – Очень точный выстрел. Твой товарищ, должно быть, умер мгновенно и даже не понял, что в него попали. Пошли. Отыщем остальных заблудших овечек.
Джессу оставалось лишь надеяться, что остальные в отличие от Тарика не стали овечками на убой.
Они отыскали еще одного солдата внутри другого магазинчика, он отлично спрятался и не пострадал; остальные же сгрудились в оборонительной позиции на улице неподалеку. В отличие от смертельных ран Тарика у солдат здесь в худшем случае были синяки и сломанные пулями, которые бьют вполсилы, ребра. «Тарика убили намеренно, – подумал Джесс, – за то, что он не справился с данным ему заданием и не убил профессора Вульфа».
– Что, во имя Аллаха, произошло? – спросил Зелалем, один из солдат их отряда, который был куда выше Бота, а еще мертвенно худой. – Что это за испытание такое?
– Выполнить или провалить, – сказал Бота. – Постройтесь-ка все. – Трое заворчали, выходя из своего и без того плохого убежища за рухнувшей стеной, а Зелалем покачнулся, словно тростинка на ветру, однако Джесс успел его поймать. – Я сказал построиться, а не падать. Живее. Я хочу видеть всех своих утят в строю.
Овечки, а теперь утята. Должно быть, Бота в прошлой жизни был фермером. Джесс хотел было произнести эту мысль вслух, однако засомневался, что мужчина в настроении для подобных шуток. Когда же отряд двинулся обратно к витрине магазинчика, на другом конце улицы послышался топот ног, и все, держа оружие наготове, снова метнулись в укрытие дверного проема.
Как оказалось, зря, потому что топот шагов принадлежал капитану Никколо Санти, ведущему за собой половину своего собственного отряда по улице, и все они выглядели настороженными и готовыми к бою.
Центурион вышел, чтобы подозвать Санти.
– Все чисто, сэр, – крикнул Бота. – Мы выходим!
Он дал знак рукой, и Джесс влился в строй, когда они направились в сторону прибывшего отряда. Глен вышла из-за разбитой витрины, придерживая Хельву рукой с одной стороны, а профессор Вульф поддерживал ее с другой.
Никколо Санти вскинул сжатую в кулак руку, чтобы его приближающийся отряд остановился, и, когда он посмотрел на Вульфа, взгляд его был пронзительным и непроницаемым.
– Профессор, – произнес Санти, – вы ранены?
– Я нет, – ответил Вульф. – А вот ей нужен врач. Кобра укусила. Мы дали ей противоядие.
Санти сделал жест рукой, и двое солдат из его отряда вышли вперед, поспешив на помощь к Хельве. Джессу стало чуточку легче на душе. «С ней все будет в порядке», – понял он.
Джесс ожидал, что Санти начнет задавать кучу вопросов или, по крайней мере, забеспокоится о безопасности Вульфа.
Поэтому для Джесса стало шоком, когда Никколо Санти, который был давним коллегой и возлюбленным профессора Кристофера Вульфа, повернулся к Бота и громко произнес:
– Наденьте на профессора Вульфа наручники. Он под арестом.
Однако что казалось еще более странным, так это то, что профессор Вульф не выглядел ни капельки удивленным.
Записки
Из личного журнала профессора Кристофера Вульфа (изъято и передано в Черные архивы)