Рейчел Гиллиг – Одно темное окно (страница 28)

Рэйвин склонил голову.

– Он влюблен в вас.

Я вздрогнула и затрясла руками, как бы сбрасывая с себя то, что капитан только что сказал.

– Между нами ничего нет. Ухаживание, – мне с трудом удалось выдавить слово, – не имеет никакого значения. Я ничего ему не обещала.

Рэйвин не произнес ни слова, наблюдая за мной. Он опустился на ступени, потирая глаза. На мгновение капитан показался мне изнуренным, уставшим до мозга костей. Впервые я подумала, что чей-то день мог быть столь же утомительным, как и мой.

Капитан поднял на меня взгляд, его глаза покраснели от растирания.

– Полагаю, неприятно оказаться под влиянием Косы. Вы в порядке?

Я топнула ногой по каменному полу.

– Ваш кузен – полный…

– Осел. Знаю. Но выбор стоял между Картой Косы и Чаши, учитывая, что Кошмар не рассматривался.

От меня не укрылась толика обиды в его голосе. Мои губы сжались в плотную линию, пока капитан дестриэров наблюдал за мной. Когда я не предложила никаких объяснений, он продолжил:

– Поиск карт сулит опасности, мисс Спиндл. Вы это понимаете.

Я попыталась пожать плечами, но скрыть скопившееся внутри опасение не удалось.

– К счастью, мы уже некоторое время назад переступили черту беззакония. И знаем, как обеспечить вашу безопасность.

– А если меня поймают? Если ваш дядя узнает, что я заражена?

Рэйвин поднялся на ноги.

– Тогда вы вновь окажетесь в той ситуации, в которой я застал вас сегодня утром. Разница лишь в том, что вы обретете верных союзников.

Я уставилась на племянника короля, ища что-то, чего не могла найти. Страх… опасение… хоть что-нибудь, что сумела бы соотнести с собственным беспокойством. Но Рэйвин Ю оставался спокоен, гладок, как стекло, не тронут тем ужасным риском, которому подвергал меня.

Мой голос дрогнул:

– А если я захочу уйти?

Рэйвин удерживал мой взгляд.

– Вы не пленница.

«Существует множество видов клеток», – произнес Кошмар.

Я попыталась проигнорировать его.

– Я могу вернуться в дом моей тети – если захочу?

– Разумеется, – сказал капитан. – Только, я думал, вы желаете найти лекарство.

– Желаю.

– Тогда помогите нам. Помогите, чтобы мы могли помочь вам.

Я потянулась в темноту, мысленно цепляясь за жесткую шерсть вдоль спины Кошмара.

«Мне не выбраться отсюда невредимой без твоей помощи».

Он дернулся, навострив уши.

«Ты даешь мне полную свободу действий?»

Я стиснула зубы.

«Я прошу тебя сохранить мне жизнь, Кошмар. Хотя бы настолько, чтобы суметь наконец избавиться от тебя».

Его смех пронесся в сознании, точно призрак, прочесывающий коридор, одновременно близкий и далекий.

Я подняла взгляд на Рэйвина. На протяжении одиннадцати лет поветрие затягивалось поводком на моем горле. Я трусила под этим поводком, надежда на излечение не поддавалась воображению.

Но когда я взглянула в серые глаза капитана – человека, который по закону должен был наблюдать, как меня тащат в темницу, – поводок на горле ослаб. Рэйвин распахнул дверь – снял ключ со своего пояса и отпер ту часть Бландера, в которую я не позволяла себе верить. Я будто вновь стала ребенком, окунувшись в текст «Старой Книги Ольх». В мире существовала магия. Устрашающая, чудесная. Магия достаточно великая, чтобы отменить другую магию. Лекарство от поветрия.

И способ выгнать Кошмара из моей головы.

– Когда мы начнем? – спросила я.

Капитан дестриэров шагнул вперед. Мы стояли нос к носу, его тень поглотила меня целиком.

– Я бы сказал, что мы уже начали.

С этими словами он поднялся по ступеням, перешагивая через одну, карты в его кармане отбрасывали жуткий свет на темные каменные стены. Когда я не последовала за ним, он повернулся и сказал:

– Час, мисс Спиндл. Только чтобы нас заметили. После этого сможем освободиться от этого жалкого замка.

Выпивка и танцы переместились в сады. Шум десятков семей эхом разносился по территории замка, окруженной туманом, который стелился за живыми изгородями.

Рэйвин провел нас через большой зал, обратно к главной лестнице.

– Праздник там, – сказала я, указывая на широкую позолоченную дверь, ведущую в сад.

– Я хочу, чтобы вы поняли, почему мы пошли по этому пути, мисс Спиндл, – произнес Рэйвин. – Почему рискуем всем, чтобы заполучить последние три карты. – Он оглянулся на меня через плечо. – Эмори, – пояснил он. – Мы идем к Эмори.

Во мне смешались ужас и любопытство. Казалось невероятно мрачным и жестоким, что король готов пожертвовать собственным племянником – даже если результат может навсегда изменить Бландер к лучшему.

«Правление короля идет бок о бок с тяжелым бременем, – прошептал Кошмар нехарактерно густым голосом. – Сквозь века проходят трудные решения. И все же они должны быть приняты».

– Почему Эмори? – спросила я. – Знаю, что поветрие встречается редко… но наверняка есть кто-то еще…

– Кровь в любом случае должна пролиться, – сказал Рэйвин, его голос будто звучал издалека. – Возможен ли тут легкий выбор?

Мы поднялись уже на целый этаж выше комнат, которые я делила с отцом, мачехой и сводными сестрами. Стоун казался одной длинной бесконечной лестницей, такой крутой, что у меня заболели колени. Я задрала подол платья и старалась не запыхаться. Все что угодно, лишь бы избежать еще одного пристального взгляда от Рэйвина Ю. Когда мы поднялись на четвертый этаж, я оперлась рукой о перила, делая вид, что любуюсь гобеленом с изображением золотого яйца, глоток за глотком втягивая воздух.

Если Рэйвин и заметил мою одышку, то оказался достаточно тактичен, чтобы не говорить об этом.

– Здесь королевское крыло, – пояснил он. – Эмори чувствует себя комфортно. Насколько это возможно. – Когда я ничего не сказала, капитан понизил тон: – Но он умирает.

Мой взгляд метнулся к его лицу, и я забыла о своей одышке.

Рэйвин продолжил:

– Вот почему король выбрал кровь Эмори, чтобы объединить колоду. Он думает, что спасает моего брата от долгого, мучительного вырождения. Убийство из милосердия. – Он застучал ногами по ковру. – Мой дядя мог отправить его к целителям – убить сразу, как только узнал о заражении Эмори. Но он этого не сделал. Нарушил правила – оставил Эмори в живых. – Рэйвин провел рукой по лбу. – И я отплатил ему ложью.

Во мне вспыхнуло внезапное желание протянуть ладонь и коснуться его руки. Но жест показался слишком личным.

– Вам бы не пришлось лгать, если бы король отозвал своих целителей и позволил людям вроде Эмори и меня гулять на свободе, – возразила я.

– Я пытался решить это сотней способов. Но король не потерпит возражений. Эмори проявил свою магию – слишком многие догадались о его заразе. – Рэйвин стиснул зубы. – Мой дядя верен роду Роуэнов. Каждый зараженный магией должен умереть. – Капитан провел рукой по лицу. – И потому у нас нет выбора. Если хотим спасти Эмори, мы должны сами собрать колоду. К зимнему солнцестоянию.

– Почему к солнцестоянию?

– Магия Эмори вспыхивает при смене сезонов. А в «Старой Книге Ольх» сказано, что карты следует объединять в самую темную часть года. – Он глубоко вздохнул. – Брат может не пережить еще один сезон. Я могу быть лжецом и предателем, – сказал он, – но, по крайней мере, готов сказать, что нет ничего, на что бы я ни пошел ради спасения Эмори.

Мы прошли дальше по ярко освещенному коридору. Ковер под ногами был соткан из тяжелой шерсти, богато расшит и окрашен в багровый цвет.

Два стражника стояли под факелами по обе стороны высокой узкой двери. Они вооружились мечами и длинной зловещей веревкой. Увидев Рэйвина, стражи отступили в тень.

Капитан дестриэров не обратил на них внимания и открыл дверь. По ее скрипу я догадалась, что она сильно укреплена. Я вошла в комнату следом за Рэйвином, и мои глаза округлились, глядя на окружающую обстановку.