Рейчел Джонас – Не его Золотая девушка (страница 47)
В какой-то момент казалось, что вся эта история закончится довольно мрачно. Особенно после утечки видео. Но они, мягко говоря, бросили вызов обстоятельствам.
Отличная работа, Царь Мидас! Некоторые из нас считали тебя безумцем, когда ты не сдался и продолжал бегать за Новенькой, ведь та сначала принимала твои ухаживания крайне холодно. Но твоя настойчивость явно окупилась.
В честь вашего решительного поступка я классифицирую всю эту романтическую атмосферу вторых шансов как #Отношения Века.
До скорого, птенчики!
П.
Глава 33
Доктор Прайор закрывает папку с документами, и хотя она почти ничего не сказала, я чувствую ее эмоции.
Разочарование.
Осуждение.
До нее, вероятно, дошли слухи о нашем с Уэстом примирении, ведь здешний персонал, кажется,
А еще я не особо хочу убеждать людей, что мы вместе по-настоящему. Если я что и переняла у Уэста, то его взгляд на мир под названием «идите все к черту». Жизнь становится в разы проще, когда угождение людям больше не на первом месте в списке приоритетов.
Как бы я ни уважала доктора Прайор, – я не виню ее за предположения, которые она сделала, – я не чувствую себя виноватой или глупой из-за того, что простила Уэста. Мы прошли через кучу проблем, выбрались из дерьма, и пусть люди думают что хотят.
– Думаю, нет особого смысла спрашивать, выяснили ли вы что-то полезное для меня, – сухо говорит она.
Я натянуто улыбаюсь, пожимая плечами.
– Нет. Сообщать не о чем.
Она пристально смотрит на меня, как, я думаю, смотрела бы моя мать, если бы ей было не все равно. Доктор Прайор откидывается на спинку стула, скрещивает ноги и не сводит с меня глаз.
– Тогда, я думаю, вы можете идти.
Я хватаюсь за подлокотники кресла и отталкиваюсь от них, чтобы встать. Только когда я подхожу к двери, доктор снова заговаривает.
– Мисс Райли. Я надеюсь, вы знаете, что делаете, – предупреждает она. – Ваше пребывание на испытательном сроке никуда не делось. За вами все еще следят. Они по-прежнему ждут, когда вы оступитесь. Если есть что-то, что вы могли бы сказать мне, не ждите. Очистите свое имя. Время, когда я могу считать вас невиновной стороной во всей этой ситуации, быстро подходит к концу.
Сердце подпрыгивает, ведь я знаю, что молчу, дабы защитить Уэста, но, в конечном счете, Паркер тоже оказывается защищена от последствий. Чего она не заслуживает.
Тем не менее я придерживаю язык. Ради Уэста.
– Я понимаю, – отвечаю я.
Ее пристальный взгляд задерживается на мне на мгновение дольше, а затем она наконец кивает.
– Тогда наслаждайтесь остатком своего утра.
На этот раз я ухожу быстрее, чем раньше. Так что она не может остановить меня и с помощью вины заставить сказать правду о причастности Паркер.
Звонок уже прозвенел, а это значит, что я разминулась с Уэстом, и он, наверное, расспрашивал Лекси о том, где я. Она пообещала сообщить ему, что меня вызвали в офис Прайор, но для начала скажет, как же странно, что мы с Уэстом больше не вцепляемся друг другу в глотки. Она не ошибается, но надеюсь, мысль об этом со временем начнет ей нравиться.
Я, наверное, в нескольких метрах от кабинета Прайор, прохожу мимо класса, который, как мне кажется, пуст. Только когда меня втаскивают внутрь за запястье, я понимаю, что ошиблась. Тихо вскрикиваю, но понимаю, что напрасно, поскольку один взгляд на того, кто меня схватил, заставляет меня выдохнуть.
– Что ты здесь делаешь?
– Жду тебя. Родригес сказала, что ты будешь где-то здесь, – отвечает Уэст, и мое сердце учащенно бьется.
Я смотрю на него снизу вверх.
– Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, какой ты чертов сталкер?
Он пожимает плечами и одаривает меня полуулыбкой.
– Одна горячая крошка, с которой я трахаюсь, постоянно твердит об этом.
Я толкаю его в грудь за то, что он такой вульгарный, но он знает, что мне это нравится.
– Чего хотела Прайор? – небрежно спрашивает Уэст, притягивая меня к себе за талию.
– Просто интересовалась, узнала ли я что-нибудь еще о видео.
– Так я и понял.
Уэст не утруждает себя вопросом, сказала ли я больше, чем следовало, ведь он знает, что об этом и речи быть не может. Его большие руки скользят вниз по моей талии, обвиваясь вокруг, пока он не обхватывает мою задницу. Его прикосновения никогда не бывают нежными. Они грубые, и мне это нравится. Тем не менее я не могу не задаться вопросом, что произойдет, если нас поймает учитель.
– Мы не должны быть здесь, – упрекаю я, несмотря на то, что не хочу, чтобы он отпускал меня.
– Тогда давай уйдем, – говорит он, пожимая плечами, почти бросая мне вызов. Как будто я не смогу сбежать от него. Когда я не отодвигаюсь сразу, он еще больше разоблачает мой блеф, притягивая к себе, чтобы запечатлеть поцелуй у меня под подбородком.
– Нужно остановиться, – снова протестую я, зная, что мой тон не соответствует словам.
– Ты права на сто процентов.
Через полсекунды я беру его лицо обеими руками и приближаю его губы к своим. Толкаю его к стене. Только я далеко не такая нежная, какой хотела бы быть, что становится очевидным, когда Уэст спиной захлопывает за собой шкафчики.
– Какого хрена? – спрашивает он с глубоким сексуальным смехом, но затем снова целует, еще до того, как я успеваю извиниться.
Сейчас не время и не место. Прямо по другую сторону этой стены, скорее всего, сидит доктор Прайор, разозленная тем, что, по ее мнению, я скрываю. А мы с Уэстом распаляемся не по-детски, как будто все здание в нашем распоряжении.
Просовываю руки под его футболку, трогаю его твердый пресс, двигаясь по четко очерченным кубикам. Он такой гладкий, такой теплый.
Я опускаю руку, пока мои пальцы не обхватывают массивный стояк под его трениками.
Я тяжело дышу, с трудом веря в то, что собираюсь предложить. Нечто, включающее в себя его спущенные до лодыжек штаны, и мои ноги, обхватывающие его обнаженную талию. Целую его глубже, думая, что наш лучший шанс не попасться – это проскользнуть в шкаф в углу. Если мы будем вести себя тихо, нам это легко сойдет с рук. Однако слова, которые Уэст говорит в мои губы, резко сбивает набранный нами темп.
– Черт, – стонет он. – Мы должны остановиться.
Тяжело дыша, я смотрю на него снизу вверх.
– Почему?
Его глаза закрываются, будто промедление причиняет ему физическую боль.
– У меня нет презерватива, – признается он.
Я моргаю несколько раз и на долю секунды поддаюсь безрассудству. Например, подумываю сказать «да просто вытащи его уже». Но затем все же прихожу в себя. Честно говоря, я слегка удивлена тем, как ответственно Уэст относится к контрацепции. Большинство парней – особенно с его репутацией – и близко не такие.
– Вот дерьмо, – бормочет он себе под нос. – Я облажался.
– Все в порядке.
Уэст прислоняется головой к шкафу, пытаясь выровнять дыхание.
– Раньше я всегда носил их с собой, на всякий случай. До того, как…
Тут его голос затихает, и я слегка улыбаюсь. Нет, он вовсе не прочитал мне строчку из стихотворения, но я все равно нахожу то, в чем он только что признался, довольно милым.
Я смотрю на него, не пряча улыбку.
– До того, как мы стали встречаться?
Уэст кивает, и это его единственный ответ.