Рейчел Джонас – Не его Золотая девушка (страница 36)

– Те ребята все еще издеваются над Скар? – спрашивает он. – Да, я знаю, тебе не нравится, что я спрашиваю про нее, но…

– Все в порядке, – вмешиваюсь я. – Джулс, моя лучшая подруга, на связи с ней в течение всего дня. Местные ребята все еще болтают всякую чушь, но никто больше не поднимал на нее руку. Думаю, на данный момент они успокоились.

Тема все еще кажется немного странной для обсуждения с Уэстом, но он, кажется, искренне обеспокоен. На самом деле, мне немного стыдно за то, как я много-много раз грубо осаждала его, когда он спрашивал о Скарлетт.

– Мне жаль, что поступок Паркер так повлиял на нее. Пусть и не я опубликовал видео, но часть вины все равно лежит на мне. Если бы Паркер не пыталась превратить мою жизнь в кошмар, этого бы никогда не случилось.

Как только он упоминает имя этой дряни, она заворачивает за угол и замечает нас. Как будто мы вызвали демона, и вот он, явился. Впрочем, это не так уж далеко от истины.

Какой бы разговор Паркер ни вела со своими приспешниками, он резко обрывается, и она окидывает нас с Уэстом взглядом. Взглядом, полным чистой ненависти. Я уверена, она замечает, что лед между мной и Уэстом начал таять. Например, я не иду на четыре шага впереди него, как раньше, и мы явно сердечно разговариваем друг с другом. Кроме того, у меня нет сомнений, что она видела пост Пандоры о том, где он провел ночь. Да, мы просто болтали, но учитывая репутацию Уэста, я уверена, люди предположили нечто другое.

Я вспоминаю его слова о том, как Паркер умоляла дать ей еще один шанс. Вот почему я уверена, что видеть нас вместе для нее смерти подобно.

– Ты в порядке?

Я поднимаю на него взгляд.

– Вполне.

Уэст изгибает бровь и слегка смеется.

– Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что ты не умеешь врать?

Едва я увидела Паркер, мое лицо превратилось в глыбу льда, но Уэсту удается выдавить из меня улыбку. Я отвечаю Паркер решительным взглядом.

– Даже не беспокойся о ней, – успокаивает меня Уэст. – Она получит свое, как только я во всем разберусь.

Когда он поворачивается ко мне лицом, Уэст снова полностью завладевает моим вниманием. Смотрю в его глаза. Их темно-зеленый цвет всегда заставлял меня чувствовать себя будто бы загипнотизированной. Затем мой взгляд перемещается на его губы, и я испытываю невероятное искушение поцеловать его прямо здесь, на глазах у всех. Перед Паркер. Но я знаю, что это очень плохая идея. Пусть это и единственный способ, которым я могу воспользоваться, чтобы отомстить. Ненавижу, что этой сучке все сходило с рук так долго. Ненавижу, что я обещала Уэсту сохранить его тайну.

– Мне пора на урок, – говорит он так тихо, что я едва слышу его за всей посторонней болтовней, заполняющей коридор.

Уэст задерживается рядом, и я вроде как все еще хочу его поцеловать.

Только вот… не из-за мести кому-то и не потому, что они смотрят.

Я хочу поцеловать его для себя.

– Увидимся через час, – говорит он с сексуальной ухмылкой, напоминая мне, что он все еще остается собой.

Как только он делает шаг в сторону, у меня случается психический срыв. Или, по крайней мере, именно так я объясняю свою панику, когда окликаю Уэста.

– Подожди.

Уэст поворачивается, бросает любопытный взгляд в мою сторону, и, клянусь, мое сердце готово выпрыгнуть из груди.

– К черту, – тихо говорю я, делая шаг, прежде чем успеваю себя остановить.

Я обхватываю теплое лицо Уэста ладонями и опускаю его до своего роста, прижимаюсь губами к его губам. Сначала поцелуй легкий, милый, наивный. Но затем, когда Уэст отвечает, поцелуй становится глубже, приобретая совсем иной вайб. Горячий, страстный. Мы оба не ожидали такого взрыва чувств.

Со всех сторон начинает разноситься улюлюканье. Вскоре вопли уже оглушительны, но меня вообще не волнует, что кто-то смотрит. Все, что я знаю, – Уэст чертовски хорош на вкус и пахнет абсолютно божественно. Как во сне. Как всегда.

Его руки опускаются на мою поясницу, согревая ее, и я чувствую в его прикосновении одержимость. Это ощущение вызывает привыкание – хочется прижиматься к его твердому телу, чувствовать себя в безопасности, желанной.

Мы отстраняемся друг от друга, но продолжаем стоять рядом. Мне, например, чертовски трудно отойти от него, и, видимо, он чувствует то же притяжение ко мне.

– Проклятье, Саутсайд, – стонет он.

Мое лицо розовеет сильнее, и я прикусываю уголок губы, пытаясь скрыть улыбку.

О да, еще какое «проклятье».

Уэст отступает, не сводя с меня глаз, и клянусь – этот поцелуй изменил все.

– Я буду здесь после звонка, – обещает он, на этот раз привлекая меня к себе только взглядом.

Я киваю, но не нахожу слов. Уэст уходит. Как только я наконец собираюсь с мыслями и направляюсь к двери класса, то ловлю на себе полный ненависти взгляд Паркер. Он все еще намертво приклеен ко мне, как и раньше.

Хотя я поцеловала Уэста не для того, чтобы разозлить ее, я все еще надеюсь, что это уничтожило ее изнутри. Увидеть меня с единственным парнем, которого она хочет. Единственным парнем, которого, как она знает, у нее никогда не будет.

Слова одной из ее приспешниц как нельзя лучше подходят этой ситуации, и я улыбаюсь, когда думаю о них.

Расплата, сука.

Уэст

– Серьезно? Просто иди и сядь с ней, – ноет Джосс, видя, как я подсматриваю за Саутсайд. Очевидно, вовсе не так тайно, как надеялся.

– Я должен дать ей пространство, верно? Разве не таков план?

– Таков был план, – поправляет Джосс, стягивая картошку фри с подноса Дэйна. – Но после того поцелуя, который мы все видели сегодня утром – который, кстати, был таким горячим, что, клянусь, от стен краска начала отслаиваться, – я почти уверена, что она не будет возражать, если ты посидишь с ней за ланчем.

Я слышу доводы Джосс, но не хочу давить. Мы с Саутсайд встали на тропу прогресса, и я могу все испортить, если буду слишком напирать. Итак, я принял решение. Я посижу здесь и постараюсь не оглядываться на Саутсайд каждые десять секунд.

Очень постараюсь.

– Ты делаешь успехи, чувак, – вмешивается Дэйн, продолжая жевать. – Все наладится.

– Будем надеяться, – это все, что я говорю в ответ.

Я ценю его вотум доверия, но как человек, которого эта девушка игнорировала, которого била и которому расколотила к чертям всю машину, я не собираюсь рисковать и выводить ее из себя. Когда ее провоцируют, она становится чертовски злобной, и лучше ее не недооценивать.

Хотя я едва ли против этой ее черты.

Кажется, безумие – это моя фишка.

– Короче, – снова вмешивается Джосс, – вы трое должны зайти ко мне после тренировки. Будет еда, – добавляет она, нараспев протягивая последнее слово, поскольку знает, что хорошая еда – один из лучших способов заманить нас куда угодно.

Я бросаю взгляд на Джосс.

– Зачем? У тебя что, какой-то праздник, о котором мы не знаем?

Она небрежно пожимает плечами.

– Нет, но такой шанс выпадает раз в жизни. Моего отца нет в городе, уехал по делам, что редко случается, поэтому мама предложила мне пригласить вас, ребята, в гости, пока его не будет.

Перевод: она должна пригласить нас к себе, пока ее отца нет дома, потому что иначе он никогда не позволил бы Дэйну переступить порог их дома.

Похоже, ее папочка знает, что мой брат непременно лишил бы его милую, невинную дочь девственности, если бы ему предоставили такую возможность.

Я сдерживаю улыбку, думая об этом.

– Вы сходите. Мне нужно кое о чем позаботиться.

Стерлинг думает не о том. Я понимаю это, когда он многозначительно приподнимает бровь.

– О, да? Еще разок наведаешься в Южный Сайпресс вечерком?

– На самом деле, ты не ошибаешься, – отвечаю я, задаваясь вопросом, сколько могу рассказать им.

– И что, заставишь нас гадать? – с ухмылкой спрашивает Джосс. Ее любопытная задница замирает по другую сторону стола, ожидая, когда я скажу больше.

Мой взгляд всего на секунду устремляется в сторону Саутсайд, прежде чем вернуться к Джосс и парням.

– Я собираюсь встретиться с Рикки, – признаюсь я.

Дэйн бросает на меня суровый взгляд.

– Один? Ты, мать твою, спятил?