реклама
Бургер менюБургер меню

Рейчел Джонас – Не его Золотая девушка (страница 14)

18px

– О да, – откровенно признается Стерлинг. – И если бы не знал, что ты там участвовал, то даже не заметил бы.

Я испускаю смешок – впервые за последние дни. Никому в мире, кроме этих двух засранцев, не сошло бы с рук даже думать о Блу в таком ключе. Спросите Остина, как у него это вышло.

– Просто говорю, что она горячая штучка, – добавляет Стерлинг, снова проверяя меня.

– Давайте-ка сосредоточимся, – вмешивается Дэйн. – Просто сказать Саутсайд, что видео слила Паркер, нельзя, ведь тогда придется объяснять ей, почему ты не можешь выдать сучку…

Он бессвязно бормочет и делает паузу, чтобы подумать. Мне предстоит разгрести кучу дерьма. Собрать множество кусочков, которые еще не раскрыты. Эта мысль возвращает меня к Рикки и его загадочному комментарию.

– Нужно начать с малого, – заключает Дэйн, прерывая мои размышления.

Мой взгляд устремляется на него.

– Значит… начать с чего-то меньшего, чем разговор? – спрашиваю я, выгибая бровь. – Это и так супер мало, как по мне.

Я никогда особо не задумывался о том, как нужно подступаться к девушкам, поэтому вполне могу признать, что опыта у меня маловато. И несмотря на то, что единственная девушка, на которую когда-либо обращал внимание Дэйн, – это Джосс, я все же считаю, что опыт брата превосходит мой. Обычно, когда дело касается свиданий, я придерживаюсь модели поведения, которую мама называет «слон в посудной лавке».

Безрассудно врываюсь. Лажаю. Перехожу к следующей.

– Начни с меньшего, – уверяет Дэйн. – И, прошу, сопротивляйся желанию загнать ее в угол, когда теряешь терпение, Уэст. Серьезно. Насколько ей известно, ты виновен. Во всем.

Он хорошо меня знает. Терпение для меня наравне с тактом. При рождении не выдали ни того, ни другого.

– А еще помолись, чтобы она тебе задницу не надрала, пока будете выяснять отношения. Эта девчонка – та еще штучка.

Вопреки всему, я слегка улыбаюсь. Это правда.

Я обдумываю их слова, все, что стало сегодня известно. Мне придется неслабо потрудиться. Но в Саутсайд есть нечто такое, из-за чего нельзя просто взять и сдаться.

Она ненавидит меня, да, но даже зная, что, скорее всего, у меня нет ни единого шанса заговорить с ней снова, я полон решимости попытаться. А все потому, что теперь все иначе. Она – первая, кого я не смог выбросить из головы. Это должно что-то значить.

Должно.

Глава 8

Блу

«Мы можем поговорить? Пожалуйста».

В ответ на сообщение с неизвестного номера я пишу «Зависит от того, кто это», а затем откладываю телефон в сторону и смываю остатки мыльной воды с кружки Скарлетт, в которой было какао. Раздается еще одно уведомление. Но на этот раз, когда я смотрю на экран, меня сразу же тошнит.

«Это Уэст».

Я дрожащими руками открываю меню, наводя курсор на опцию «заблокировать». Я полностью осознаю, что уже пора бы нажать ее, но это не так просто, как я ожидала. Поэтому я делаю один глубокий вдох, а затем все же нажимаю. Уэст больше не может врываться в мою жизнь, когда ему заблагорассудится, и любой возможный шанс на разговор теперь канул в Лету. Я представляю царапины и синяки, которые красуются на лице и руках моей сестры, и тут же понимаю, что поступила правильно.

Каким-то чудом Скар заснула, но до этого мне не удалось вытянуть из нее ни единой подробности о сегодняшнем дне. Кем бы ни были ее обидчики, она их боится. Настолько, что даже не называет их имен. Ни одного.

Джулс согласилась сопровождать Скар на все ее занятия, а Шейн не отходит от нее во время ланча. Не самая надежная охрана, но это лучшее, что мы можем обеспечить.

Сейчас я больше, чем когда-либо, сожалею о том, что оказалась в «Сайпресс Преп». Мало того, что мое пребывание там на грани краха, так еще и травли не случилось бы, останься я в своей части города. Я была бы рядом со Скарлетт, никогда бы не встретила Уэста, и мне пришлось бы столкнуться разве что с обычными неприятностями типичной Блу Райли. К которым я уже привыкла. С которыми я знаю, как справиться.

Драма Северного Сайпресса на совершенно другом уровне.

Снова звонит телефон, и сердце тревожно подпрыгивает. На секунду я думаю, что это Уэст, возможно, пишет сообщение с другого номера, но на этот раз абонент определен. – Рикки.

«Есть минутка?»

Набираю ответ: «Заканчиваю мыть посуду. Что случилось?»

«Выходи, как закончишь».

Сообщение заставляет меня бросить взгляд в окно, и, конечно же, он уже стоит снаружи, повернувшись ко мне спиной, расхаживает из стороны в сторону.

Вытерев руки, я приглаживаю свой конский хвост, а потом осознаю, что давненько не волновалась, как выгляжу, встречая Рикки. Но, видимо, все вернулось на круги своя.

Я снимаю толстовку с крючка рядом с дверью и выхожу.

Сначала мое внимание привлекают широкие плечи под черной кожаной курткой, а затем Рикки поворачивается, и я тут же забываю, какие чувства у меня вызвали его объятия прошлой ночью. Еще до того, как поздороваться, я замечаю на его лице два синяка.

– Что, черт возьми, произошло?

Не успев остановить себя, я спускаюсь по ступенькам крыльца в одних носках, беспокойство превращается в тревогу.

– Да все норм, – настаивает Рикки, и в голосе проскальзывает гнев. Но направлен он не на меня. А на того, кто оставил эти синяки и сам наверняка получил нехилые травмы.

В детстве я часто наблюдала, как дерется Рикки, так что… сочувствую этому парню.

Я успокаиваюсь, когда понимаю, что веду себя слишком по-девчоночьи, но все равно внимательно слежу за Рикки.

– Послушай, произошло кое-что дерьмовое, – начинает он, – и я просто подумал, что ты должна услышать это от меня, а не от кого-то еще.

Я глубоко вздыхаю и киваю.

– Ладно.

Он смотрит в сторону, и я пытаюсь прочесть его мысли, но он ничем себя не выдает. Моя первая догадка – он готовится, разогревается перед тем, как сказать мне: что бы он ни натворил, копы уже на хвосте. Но я позволяю ему объясниться, вместо того чтобы делать поспешные выводы.

– Я ходил в твою школу этим вечером, – признается Рикки, отчего у меня сжимается желудок. Теперь я вижу отметины и порезы, которыми Рикки щеголяет, в новом свете.

– Ладно, – повторяю я, стараясь не паниковать.

– Шейн рассказал мне о Скар. Я знаю, ты хочешь, чтобы я держался от вас подальше, но я все еще был зол из-за дерьма с видео и… В общем, решил, что пришло время противостоять этому козлу.

– Ты противостоял Уэсту? – спокойно спрашиваю я, понимая, что он имеет в виду, когда использует это выражение – противостоял. Предполагаю, что в этой конфронтации было произнесено не так уж много слов.

– Он сам напросился, – объясняет Рикки.

Я даже не знаю, что сказать, и мне становится интересно, связано ли сообщение Уэста с этими событиями.

– Так… что же случилось?

Рикки вздыхает, и облачко пара взмывает в воздух.

– Его братья растащили нас до того, как дело приняло серьезный оборот. Так что на этом все, наверное. Во всяком случае, пока.

Я перевожу дыхание и не совсем понимаю, что чувствую в данный момент.

– Спасибо, что рассказал мне, – честно говоря, это все, что я могу выговорить.

Рикки бросает взгляд в мою сторону – впервые с тех пор, как пришел. Я знаю, чего он ожидал. Он думал, будто я взорвусь и скажу ему, что он не должен лезть не в свое дело. Хотя обычно я предпочитаю, чтобы он не вмешивался, я понимаю, почему он так поступил. Защитник в нем не мог просто так это оставить. Из-за меня. Из-за Скар.

Раз уж на то пошло… Я и сама хотела бы сделать то же самое.

– Мне жаль, что я влез, – добавляет он, что вызывает у меня тихий смех.

– Ты прощен, но пообещай мне, что это в последний раз. Я бы предпочла, чтобы ты держался подальше от неприятностей. Особенно от неприятностей, которые имеют какое-либо отношение ко мне.

Его серо-стальной взгляд задерживается на мне. Я моргаю.

– Ничего не обещаю, но приму это во внимание, – честно отвечает Рикки, чем заставляет меня немного рассмеяться.

– Ну, по крайней мере, ты честен. Давненько никто не был со мной честен, – говорю я.

– Ты знаешь, я всегда прикрою твою спину, – напоминает он мне. Не то чтобы я нуждалась в напоминании.

Я делаю пару шагов, чтобы подняться на крыльцо, но легкое прикосновение к запястью удерживает меня на месте. Он говорит не сразу. Вместо этого Рикки просто смотрит на меня, и мне кажется, он хочет сказать что-то еще.

– Что такое?