Рэй Гартон – Вкус ужаса: Коллекция страха. Книга II (страница 42)

— Сэр, если бы вы назвали мне свое имя, я выписал бы вам чек за беспокойство… А если бы мы могли взять книгу на вечер, мы бы вернули ее вам в целости и сохранности.

— О, я буду настаивать на ее возвращении, — сказал незнакомец. — Я лишь временный ее хранитель. Я ищу человека, которому она действительно понадобится и который использует ее силу во всей полноте. Люди сами решают, готовы ли они смириться с последствиями. Вот что мне особо нравится в этой книге.

Уолтер Кингсдейл, не отводя взгляда, достал из ящика стола чековую книжку, выдернул ручку из держателя на столе.

— Ваше имя, сэр? — быстро спросил он.

Незнакомец улыбнулся.

— Запишите «Сын Пустоты»… Я могу обналичить этот чек со счета сатаны под любым из своих псевдонимов.

Судья попятился, вытаращив глаза, а существо рассмеялось.

— В графе «Средство оплаты» запишите вашу душу, сэр. Разве я забыл об этом упомянуть?

Уолтер быстро расписался и бросил чек незнакомцу, а сам вцепился в книгу. И замер, наблюдая, как гаснет победная улыбка на красивом лице незнакомца. Человеческая кожа оттянулась, обнажая клыки, и сменила цвет на жутковато-зеленый. Змеиные глаза сущности засияли, крылья и хвост разорвали идеально скроенный костюм.

— Ты обманул меня! — проскрипела она, швырнув чек обратно на стол. И ткнула в него когтем, прорывая бумагу на месте подписи и пришпиливая чек к дереву. — Люцифер, верни мне мое, это нечестная сделка!

— Как всегда. — Тело судьи спокойно раскрыло книгу, пролистало, ища нужную страницу. — Уолтер умер от инфаркта прямо у тебя на глазах. Пустая оболочка не несла в себе греха, а я лишь манипулировал ею. Средство оплаты тоже выбрано удачно — я могу покрыть указанную в чеке сумму, и мы оба с тобой знаем, что я не позволю тебе избавить планету от всех несовершенных людей. Это с моими целями совершенно не согласуется. Сделка же, по всем сверхъестественным законам, состоялась.

Он наклонился к сущности и усмехнулся.

— Гадкий маленький демон. Тебя так сложно найти и так трудно удержать.

Сатана захихикал и зацокал языком, поманив сущность пальцем. Та задергалась и завизжала, превращаясь в облако серного дыма.

Он смотрел, как вонючее облако втягивается обратно в книгу и захлопывает за собой обложку. Затем с отвращением вытер руки о пиджак Уолтера и вышел из позаимствованного тела, позволив ему рухнуть на пол у стола. Оглянулся и подцепил книгу длинными когтями.

— Дерьмовости у тебя не отнять.

СТИВ НАЙЛЗ

Y-образный разрез

Хендрикс истекал кровью у перекрестка канализационных тоннелей. Бок у него выкусили, как спелую дыню. Кишки расплескались по бетонному полу, и выглядело это так, словно кто-то сблевал лапшой быстрого приготовления.

Ясно было, что долго он не протянет.

Эта тварь добралась до него.

И я остался один, в канализации, против самой придурочной твари за всю мою практику, а в наличии у меня только глок с единственной полной обоймой и дробовик с двумя пулями.

Но я, как всегда, забегаю вперед. Наверное, стоит начать сначала…

Я знал, что Генри Сик дерьмо, но поймать его на горячем не удавалось, и, честно говоря, лично мне он ничего плохого раньше не делал. Я просто чувствовал, что он сволочь. И провонял мертвецами. Нет, он, ясное дело, был владельцем похоронного бюро, но запах немного не тот. От этого парня несло безумием.

Генри был гробовщиком в десятом поколении и продолжал семейное дело. Он был человеком, но мне нравилось думать, что его гены испорчены формальдегидом, потому что он жил своей работой и обожал ее. Настолько, что пугал даже гулей, а нежить, поверьте мне на слово, не так уж легко напугать.

Он был высоким, метра два, если не выше, и тонким, как обглоданная кость. Отличался редкими сальными волосами, которые зализывал назад, бледным лицом и тонкими бесцветными губами. Когда эти губы растягивались в улыбке, что бывало нечасто, открывался чудный вид на мясистые десны и полный набор вставных зубов.

Прошлый год стал для меня одним из самых тяжелых. Я потерял двух близких друзей. Сначала копа. Ее звали Брюгер. Время от времени она помогала мне, а я помогал ей в ответ. Я подпустил ее слишком близко, и один из моих врагов, доктор Полинайс, выбрал ее в качестве мишени. Он пытал ее и взорвал ее тело при помощи бомбы с дистанционным управлением.

Бомба сработала, когда я вышиб его гнилые мозги.

А затем я потерял свою девушку, Сабрину. Она много для меня значила. Хрен с ним, скажу: я любил ее, но ей хватило здравого смысла бросить меня после того, что случилось с Брюгер. К сожалению, вскоре Сабрина вернулась и стала жертвой вампира-европейца, который всем трендел, что он и есть настоящий Носферату. Я его грохнул, но он успел заразить Сабрину.

В нашу последнюю встречу она улетела от меня, сверкая моржовыми клыками.

Я уже говорил, что Брюгер была копом? Кажется, да. А о том, что она была замужем за членом городского совета? Он, ясное дело, был от меня не в восторге, о чем не поленился доходчиво сообщить.

Муж Брюгер не только чуть не вышиб из меня дух, он использовал все свои связи, чтобы отрезать меня от полиции Лос-Анджелеса и поставить вне закона. Вычудил обвинение в торговле наркотиками и отправил копов с обыском на мою квартиру. Они нашли небольшую аптечку с нелегальными обезболивающими и уйму всяких вещей, которыми я снимал стресс.

Если вы следите за моей мыслью, вам уже ясно, что у меня на счету два погибших друга, один сильный враг и ордер на мой арест. Вдобавок ко всему, я бездомный. Я в бегах уже месяц. К счастью (или к несчастью), гули Лос-Анджелеса нашли мне приют.

Ах да, забыл представиться. Я Кэл Макдональд, частный детектив, в данное время ведущий дела в полуподвале заброшенного аэропорта Барбанка.

Звонок Генри Сика раздался, когда я валялся на диване и жалел себя. Бутылка «Джим Бима», две бутылки «Листерина», немного «Робитуссина», упаковка экседрина РМ. Все стырено в магазине, потому что денег у меня не было даже на средство от кашля, не говоря уже о «колесах».

Чувствовал я себя дерьмово. У меня был матрац, огороженный коробками с тем, что удалось стащить из офиса до прихода копов.

Мой личный маленький дерьмовый оплот соплежуйства.

Я уже неделю торчал там, пил, курил, глотал то, что удавалось прибрать к рукам в городе. Я попросил Молока достать мне чего-нибудь сильнодействующего. Он мне отказал. Засранец. Я знал, что у него есть наличка. И если бы мои руки не вели себя, как расплавленная резина, я бы ему показал!

Хотя кого я обманываю? Этот чертов гуль был единственным, кого я мог бы назвать близким другом и партнером. Мы с ним прошли огонь и воду, и он не раз спасал мою задницу.

Молок и протянул мне телефон.

Я прижал его к морде и издал звук, который мог бы сойти за приветствие.

Это был Генри Сик, гробовых дел мастер.

— Я говорю с Кэлом Макдональдом?

— Мла. — Язык во рту распух, как рыбка-иглобрюх.

— Я Генри Сик.

Даже в таком состоянии я слышал, как дрожит его голос.

— В чем проблемы?

Я посмотрел на Молока. Гуль покачал головой и отвернулся. Я знал его достаточно хорошо, чтобы понять: он кое-что замышляет. Стоя спиной ко мне, он вынул что-то из кармана. И это что-то дребезжало так, что старому наркоману вроде меня звук показался музыкой. Это тарахтели таблетки в бутылочке.

Я попросил гробовщика подождать, выдав что-то типа «Абажжити скундочку».

Молок неохотно разжал ладонь. Пять черных таблеток, спиды. Как раз то, что нужно, чтобы собрать меня обратно из дерьма в конфетку.

Я проглотил таблетки, потом запил водой. Может, у меня разыгралось воображение, но, клянусь, я чувствовал, как амфетамин курсирует в моей крови.

С минуту я просто наслаждался, потом вернулся к телефону.

Генри Сик хотел, чтобы я приехал и проверил его покойницкую. Он пытался позвонить в полицию, но они его послали, что неудивительно. Если дело хоть немного отличается от обыденности, копы беспомощны. Вот почему люди обращаются ко мне.

Я попытался выспросить у Сика детали, но он настаивал на том, чтобы я все проверил лично. К счастью, его конура была недалеко от Барбанка, на Виктория-бульвар, примерно в трех-четырех милях от места, где я обитал в компании нежити.

К тому времени как я повесил трубку, спиды уже начали действовать. Ничего не болело, голова чесалась, а подмышки решили сыграть в протекающий кран.

Короче, я готов был действовать.

Я сказал Сику, что буду в течение часа. Мне нужно было сначала кое-куда заехать.

— Пожалуйста, поторопитесь, мистер Макдональд.

— Приеду, как только смогу.

Молок стоял и таращился на меня. С тех пор как случилось все это дерьмо, мертвяк обращался со мной, как нянька с дитятей, а не как деловой партнер, и это успело меня здорово достать.

— Это работа? — спросил он.

Я кивнул.

— Да, Генри Сик жалуется на то, что в его мертвецкой происходит что-то непонятное.

Гуль вздрогнул. Как я уже говорил, нежить боялась Сика.

Но он быстро взял себя в руки.

— И куда ты собираешься заехать сначала?