Рэй Гартон – Ночная жизнь (страница 38)

Было без минуты три дня, а Аня обычно приезжала в районе трёх или около того. Каслбек хотел перехватить её, пока она не исчезла. Её никогда не оказывалось рядом, когда она была нужна, но, казалось, она всегда присутствовала, когда Каслбек делал пренебрежительные замечания о своём начальстве. Он должен был быть осторожен с Аней - Фрэнк знал, что она связана с Барной.

Аня принадлежала к тем вампирам, кто особенно приводил Каслбека в ужас. Она была высокой, с длинными чёрными волосами до талии. Потрясающе красива, однако в ней прослеживалось что-то такое, что Каслбек не мог определить. Чем бы это ни было, это пугало его. Каслбек давно решил, что если ему когда-нибудь представится возможность заняться сексом с Аней - чего, как он знал, никогда не случится - у него, по всей видимости, не будет эрекции. Его пенис, вероятно, сожмётся и спрячется, как черепаха. Разговор с ней заставлял его яички поджиматься. Может быть, причина крылась в её глазах - какими бы красивыми они ни казались, они являлись ледяными, в них не чувствовалось ни сострадания, ни тепла, и таилась какая-то угроза. Но сегодня Фрэнку было необходимо поговорить с ней.

Он только что посмотрел кадры, которые просто снесли ему голову. Вырезку из видео с изнасилованием, которое сейчас проходило редактирование. Его сняли всего пару дней назад, и девушка на видео была новенькой. Смертная, появившаяся с той вампиршей. Ей было за тридцать, но на камеру она смотрелась отлично, и в свете фонарей выглядела очень естественно. Выглядела просто великолепно, и Фрэнк хотел использовать её снова. Её звали Карен Как-то-там, но в титрах она значилась, как Кэнди Старр. Кем бы она ни являлась, Каслбек знал, что его клиенты захотят новых фильмов с её участием, потому что она была невероятна в клипе, который он видел. Он хотел бы использовать её в чем-то более мэйнстримовом, чем видео с изнасилованием.

Как только Аня вошла - с зонтиком в руке, в тёмных очках, с кожей, слегка лоснящейся от крема для загара, и продуктовой сумкой в одной руке - Каслбек встал и поспешил к ней, прежде чем она успеет добраться до лифта.

- Извините, Аня, можно вас на минутку? - быстро произнёс он.

Она остановилась и повернулась к нему.

- В чём дело, Каслбек?

- Я ищу Кэнди Старр, - объяснил он, - но её больше нет в её комнате. Мэтьюз сказал мне, что вы её куда-то забрали.

- Всё верно. Карен Моффет больше не доступна для тебя, Каслбек.

- Я... извините? Я не понимаю.

- Прелесть в том, что тебе не нужно понимать. Всё, что тебе необходимо знать, это то, что она больше недоступна для тебя, и больше не будет жить в той комнате. Это ты понимаешь?

- Ну да, я понимаю, но если бы мне разрешили ещё один раз...

- Есть что-то ещё, что бы ты хотел обсудить со мной, Каслбек?

Фрэнк осознал, что разговор окончен, поэтому даже не попытался спросить о чём-то другом.

- Нет, ничего.

- Тогда я пойду наверх в свой кабинет. - Она отвернулась и направилась к лифту.

"Чёрт возьми", - подумал Каслбек. Ему было интересно, что стало с Карен Моффет. Ни в чём нельзя быть уверенным, если в деле замешаны вампиры. Насколько он знал, она могла быть мертва. На самом деле, это казалось ему более вероятным, чем что-либо ещё. Кто-то, возможно, выпил её кровь до последней капли, или она умерла во время пыток, или что-то в этом роде.

Каслбек покачал головой, думая о том, какая это досада, какая потеря. Женщина выглядела так хорошо в том клипе, что Фрэнк сразу же захотел сам взяться за камеру, чего он не делал годами.

Какой бы красивой она ни была, ей, вероятно, лучше было бы умереть. Каслбек знал, что если ему придётся выбирать между тем, чтобы оказаться в руках этих вампиров или смертью, он бы выбрал последнее.

Карен чувствовала себя намного лучше. Во многом помогло то, что сейчас она находилась в освещённой комнате с красивой постелью и в бордовой шёлковой ночной рубашке. Здесь располагалась ванная с душем, которым она воспользовалась вскоре после того, как проснулась на большой кровати. Она приняла долгий горячий душ и надела ночную рубашку, однако всё её тело ещё болело, и она по-прежнему чувствовала себя грязной. Карен постаралась выбросить из головы образы всего, что она вытерпела со стороны тринадцати мужчин одновременно, тех, кто эякулировал на неё. Потребовалось много времени, чтобы всё это смыть - она боялась, что образы никогда не исчезнут.

В комнате находилась одна дверь, но она была заперта. Дверная ручка поворачивалась, но над ней виднелся засов с защёлкой с другой стороны.

Комната была оборудована телевизором и стереосистемой, в ней также находились диван, стул и небольшой журнальный столик, всё в кремовых и землистых тонах. На стене над диваном висела красочная абстрактная картина.

Какой бы комфортной ни была обстановка, Карен всё ещё боялась. Она больше не ощущала вялости и постепенно восстанавливала силы, однако опасалась того, что произойдёт дальше. Её тело повсюду болело. Немного помог горячий душ, но она по-прежнему чувствовала себя так, как будто её избили. Она напомнила себе, что так оно и было.

Карен сидела на диване и смотрела телевизор, когда услышала движение за дверью. Она быстро схватила пульт, выключила телевизор и поджала под себя ноги.

Дверь распахнулась, и вошла Аня, неся поднос с бутылкой шампанского, двумя бокалами и чем-то ещё.

Вместо того чтобы смотреть на поднос, Карен быстро выглянула за Аню через открытую дверь. Всё, что она увидела, было частью стены, прежде чем Аня пинком закрыла дверь.

- Надеюсь, ты любишь шампанское и икру, - сказала Аня, ставя поднос на кофейный столик. На подносе также виднелась горка икры в центре тарелки, окружённая крекерами.

- Я люблю икру, - произнесла Карен хриплым голосом.

- Хорошо. Давай, не стесняйся.

Карен поставила ноги на пол и наклонилась вперёд, взяла крекер и зачерпнула его уголком немного икры. Ей хотелось есть. Пока она это делала, Аня вытащила пробку из бутылки шампанского и налила его в два рифлёных хрустальных бокала. Она протянула бокал Карен, подняла свой и провозгласила:

- За тебя и за меня.

Карен не ответила на жест, а отпила немного шампанского.

- По какому случаю? - спросила она.

- Я думала ты знаешь. Тебя привели сюда, в мою квартиру в этом здании. Я никогда ей не пользуюсь, поэтому я перевела тебя сюда. У тебя есть одежда, телевизор, музыка, если хочешь. Я полагала, что ты, по крайней мере, будешь благодарна.

- Я благодарна. Очень благодарна. Но как долго я пробуду здесь? Когда ты меня отпустишь?

- Кто знает, Карен, - с улыбкой сказала Аня, садясь на диван, - может быть, при достаточном количестве шампанского и икры, ты сама не захочешь уходить.

- Это не отвечает на мой вопрос.

Аня вздохнула и отпила шампанского.

- Твоим друзьям сказали, что ты не вернёшься. Что ты - цена расследования против нас.

- А что с Кейси? Где она?

- У тебя слишком много вопросов, не так ли?

Карен ничего не ответила. Она зачерпнула ещё икры на крекер и съела её. Ей было интересно, слышит ли Аня урчание в её животе.

- Мы с тобой какое-то время будем вместе, Карен, - сказала Аня. - У нас сложатся отношения, и я полагаю, что они должны быть честными, не так ли? Поэтому я скажу тебе, где Кейси. Она мертва. Ей отрезали голову и отправили Дэйви Оуэну. Это его цена за то, что он взорвал "Шоу Девочек" в 1987 году, убил кучу вампиров и чуть не разоблачил нас. Ты же находишься в этой уютной квартире, пьёшь шампанское и ешь икру. Ты понимаешь? Я пытаюсь донести тебе, что если бы я хотела твоей смерти, ты бы уже была мертва. Так что можешь расслабиться. Ты боишься меня, а я не хочу, чтобы ты боялась.

Карен откинулась на спинку кресла и долго смотрела на свои колени. Она думала о Кейси, о Дэйви, и горло её жгло от слёз. Но она сдерживала их. Она была полна решимости не плакать перед этой женщиной.

- Ты... ты когда-нибудь отпустишь меня? - спросила Карен, не поднимая глаз.

- Давай, ты будешь беспокоиться об этом позже, Карен, - сказала Аня. Она наклонилась вперёд и налила ещё шампанского в бокалы на журнальном столике. Затем придвинулась ближе к Карен на диване и положила левую руку ей на плечи. - Попробуем ещё раз произнести этот тост, - предложила она, поднимая бокал. - За нас.

Через мгновение Карен подняла свой бокал и с музыкальным дзиньканьем коснулась им бокала Ани.

- За нас, - произнесла она, отхлебнув шампанского. В голове у неё закружилось, и она снова почувствовала себя ослабевшей. - Я не... я не... - Карен сделала глубокий вдох и выдохнула. - Я традиционной ориентации.

Аня улыбнулась, пододвигаясь ближе, и сказала:

- Я не имею ничего против.

Карен хотела пошевелить головой, но не смогла, и губы Ани прижались к её губам. Аня открыла рот и легонько провела языком по губам Карен. Та хотела запротестовать, оттолкнуть её, но волна физической слабости прошла сквозь неё, и она медленно завалилась на бок, с Аней сверху, всё ещё целующей её.

Аня села и поставила бокалы с шампанским на край столика. Она смотрела прямо в глаза. Когда Аня снова поцеловала её, силы покинули тело Карен, как кровь из раны. Комната погрузилась во тьму, и она не могла видеть ничего, кроме Аниных глаз. Она чувствовала, как руки Ани двигаются по её телу, и они, казалось, испускали электрический ток, заставивший Карен дрожать.