Рэй Брэдбери – 451° по Фаренгейту. Повести. Рассказы (страница 196)
– Ружья, с вашего позволения!
Скелет широким жестом распахнул шкаф. За дверцами тускло и грозно блеснул металл ружейных стволов.
Ведьма, поспешно семенившая к помосту, словно вросла в землю, когда мистер Дарк провозгласил:
– А вот и наша беззаветно храбрая, бросающая вызов смерти мадемуазель Таро, Ловящая Пули!
Ведьма затрясла головой, затопотала и заскулила, но мистер Дарк уже протянул руку, подхватил ее за шкирку и вознес на помост, не обращая внимания на слабое сопротивление. Он выдержал эффектную паузу и обратился к собравшимся:
– А теперь я попрошу подняться на сцену добровольца, который произведет роковой выстрел!
Толпа зашумела, и мистер Дарк, воспользовавшись этим, быстро спросил:
– Ты остановила часы?
– Нет, – прохныкала Ведьма.
– Как – нет?! – шепотом заорал мистер Дарк. Он испепелил Ведьму бешеным взглядом, повернулся к толпе и, легко коснувшись винтовок в стойке, повторил: – Добровольцы, пожалуйста!
– Остановите представление! – ломая руки, тихонько вскрикнула Ведьма.
– И не подумаю, будь ты трижды проклята, дура старая! – прошипел мистер Дарк. Он незаметно ущипнул картинку у себя на запястье, изображавшую слепую черную цыганку.
Ведьма взметнула руки, прижала их к груди и застонала сквозь зубы.
– Милости прошу! – выдохнула она едва слышно.
Толпа молчала. Мистер Дарк, словно с сожалением, развел руками.
– Ну что ж, раз не находится добровольцев, – он поскреб разрисованное запястье, и Ведьма затряслась как осиновый лист, – придется отменить представление.
– Есть! Есть доброволец!
Толпа ахнула и повернулась на голос.
Мистер Дарк пошатнулся, как от удара, и напряженно спросил:
– Где?
– Здесь!
Из дальних рядов поднялась рука, и люди тут же расступились, освобождая проход. Теперь ничто не мешало мистеру Дарку разглядеть стоявшего поодаль мужчину. Это был Чарльз Хеллоуэй, штатский, отчасти – муж, отчасти – ночной бродяга, несомненно – отец и уборщик из окружной библиотеки.
47
Одобрительный шум в толпе прекратился. Чарльз Хеллоуэй не трогался с места. Дорога перед ним до самого помоста была свободна. Он не смотрел на лица уродцев на сцене, не видел людей, уставившихся на него, глаза его неотрывно уперлись в Зеркальный лабиринт, в пустоту, манящую миллионами отражений, перевернутых дважды, трижды, уходящих все дальше в сверкающее Ничто.
Не осталось ли на серебряной амальгаме тени двоих ребят? Не помнят ли холодные плоскости их отражений? Что-то ощущали едва трепещущие кончики его ресниц, что-то там, за зеркальными стенами… Теплый воск среди холодного… ожидание предстоящего ужаса, ожидание пути в никуда…
«Нет, – остановил себя Чарльз Хеллоуэй, – не думай о них. Потом. Сначала разберись с этими».
– Иду! – крикнул он.
– Точно! Задай им, папаша! – посоветовал кто-то.
– Обязательно задам, – отозвался мистер Хеллоуэй и пошел сквозь толпу.
Ведьма завороженно повернулась на звук знакомого голоса. За стеклами темных очков дернулись зашитые веки, силясь разглядеть ночного добровольца.
Мистер Дарк, вызвав переполох среди населявших его народов, наклонился вперед и оскалил зубы в приветственной гримасе. Настойчивая мысль огненным колесом бешено вертелась у него в глазах: «Что? Что? Что это значит?»
А пожилой уборщик, тоже с приклеенной улыбкой на губах, шагал вперед. Перед ним, как море перед Моисеем, расступалась толпа и смыкалась позади. Шел он уверенно, но все еще не знал, что же ему, собственно, делать, и вообще, почему он здесь?
Такова была мизансцена ко времени первой ступеньки. Ведьму затрясло. Мистер Дарк ударил ее взглядом и протянул руку, собираясь поддержать под правый локоть поднимающегося на помост пятидесятичетырехлетнего мужчину. Но тот только покачал головой, отказываясь от помощи.
Взойдя на помост, Чарльз Хеллоуэй обернулся и помахал собравшимся. Ему ответили взрывом аплодисментов.
– Но ваша левая рука, сэр, – демонстрируя участие, проговорил мистер Дарк, – вы же не сможете стрелять…
– Я вполне управлюсь и одной рукой, – слегка побледнев, заявил мистер Хеллоуэй.
– Ура! – завопил какой-то юный шалопай внизу.
– Правильно, Чарли, дай им! – одобрил мужской голос издали.
В толпе послышался смех, потом отдельные хлопки, с каждой секундой становившиеся все дружнее. Мистер Дарк вспыхнул и поднял руки, словно преграждая дорогу звукам, весенним дождем освежавшим людей.
– Хорошо, хорошо! – прокричал он и добавил значительно тише: – Посмотрим, что из этого получится.
Человек-в-Картинках выхватил из стойки самую тяжелую винтовку и бросил через весь помост. Толпа разом выдохнула.
Чарльз Хеллоуэй повернулся, подставил правую ладонь, и винтовка шлепнулась ему в руку. Он справился.
Публика зашумела, кое-где раздался свист. Ясно было, что грязную игру мистера Дарка заметили и не одобряют. Счет рос не в его пользу.
Отец Вилли улыбнулся и поднял винтовку над головой. Толпа приветственно взревела.
Подставив грудь под накатывающуюся волну аплодисментов, Чарльз Хеллоуэй еще раз попытался проникнуть взглядом сквозь лабиринт. Он не мог видеть, но зато с уверенностью чувствовал замерших среди других иллюзий, почти превращенных в восковое подобие самих себя Вилли и Джима. Взглянул и тут же посмотрел на мистера Дарка (пожалуй, тот проиграл еще одно очко, ибо не был готов к его взгляду), а потом – на незрячую ночную Гадалку. Бочком-бочком она все отступала подальше, но дрожащие ноги принесли ее прямо к кроваво-красному глазу большой мишени на заднике помоста.
– Мальчик! – неожиданно крикнул Чарльз Хеллоуэй. Мистер Дарк вздрогнул.
– Мне в помощь нужен парнишка-доброволец, – объяснил мистер Хеллоуэй. – Один кто-нибудь, – обратился он к собравшимся.
Несколько ребят в толпе задвигались.
– Мальчик! – снова в голос крикнул Чарльз Хеллоуэй. – Погодите, у меня тут сын где-то был. Думаю, он не откажется. Вилли!
Ведьма замахала руками. Ей надо было понять, почему этот пятидесятичетырехлетний мужчина так нагло распоряжается на их территории. Мистер Дарк аж завертелся на месте, словно подброшенный ударом еще не выпущенной пули.
– Вилли! – снова крикнул отец.
Посреди воскового музея сидел недвижимый Вилли.
– Вилли! Сынок! Иди сюда!
Люди в толпе завертели головами. Но никто не отзывался. Мистер Дарк уже вернул самообладание и теперь поглядывал на противника сочувственно-заинтересованно. Видимо, он ждал чего-то, как, впрочем, и отец Вилли.
– Вилли! – снова воззвал Чарльз Хеллоуэй. – Иди же, помоги своему старику! – В голосе отца звучал благодушный упрек.
Вилли сидел не шевелясь среди восковых экспонатов музея.
Мистер Дарк ухмыльнулся.
– Вилли! Ты что, не слышишь меня, что ли?
Ухмылка мистера Дарка стала еще шире.
– Вилли, шельмец! Да ответь же своему старику!
Мистер Дарк словно получил удар под дых. Последний голос принадлежал какому-то мужчине из толпы. Вокруг засмеялись.
– Вилли! – пронзительно выкрикнула дородная матрона у края помоста.
– Вилли! – вторил ей басом джентльмен в котелке.
– Йо-хоо! – йодлем взвыл бородатый джентльмен неподалеку.
– Вилли! – дискантом заверещал какой-то малец.