Рэт Уайт – Отравленный Эрос. Часть 2 (страница 19)
Он поднял на нее глаза.
- П-п-правда? - oн вытер с лица сопли и слезы.
- Лучше поторопись. Я не думаю, что он может дышать там.
Натан снова с трудом сглотнул и облизал губы. С огромным усилием он поднялся с колен и поспешил к кровати.
- Благослови тебя Господь, - сказал он почти в истерике. - Ты великолепна. Ты действительно Богиня.
Глория наблюдала, как он проник внутрь шлюхи. Ребенок перестал плакать, но это не остановило его усилий. Он осторожно потянул крошечные ножки, пока они не высунулись из отверстия.
- Ты слишком медлителен! - сказала она. - Давай я тебе помогу.
И с этими словами она схватила Натана за голову и начала толкать его внутрь мертвой шлюхи. Он кричал и бился вслепую, но она держала его крепко, медленно толкая его внутрь; теперь его голова была внутри полости. Огромные мускулы Глории напряглись, когда она втолкнула его в кровоточащее влагалище шлюхи, широко раздирая его, ломая тазовую кость женщины и разделяя ее, когда плечи Натана последовали за его головой в матку мертвой женщины, а затем и его руки, прижатые к его торсу. Тело шлюхи стало напоминать гигантскую анаконду. Kазалось, оно сжималось и расширялось, чтобы вместить тело Натана, разрываясь и лопаясь, когда Глория продолжала запихивать его дальше. Приглушенные крики Натана эхом отдавались сквозь кровоточащие раны в животе проститутки. Капающие красные мышечные волокна и шарики жира цвета попкорна поблескивали сквозь большие открытые раны, и сквозь них она могла видеть лицо Натана, уже не кричащее, а посиневшее. Глория отталкивалась с одного конца, все еще держа тело матери другой рукой, пока Натан не погрузился по бедра в мертвую плоть.
Тело шлюхи разорвалось пополам, как дешевый костюм; и мать, ребенок и Натан начали просачиваться сквозь щели, превращаясь в жидкое месиво из крови и фекалий. Ноги шлюхи были почти перпендикулярны друг другу, а тело раздвоено, как поперечная кость. Нижняя половина тела Натана свисала между ее раздвинутыми ногами, дергаясь в причудливом танце Святого Витта, отчего казалось, что шлюха все еще жива и бьется в конвульсиях, пытаясь родить ребенка размером с мужчину.
- Ты уже нашёл его? - спросила она, смеясь и плача, тяжело дыша, словно собираясь кончить. - Ты уже нашёл его? - спросила она ещё громче, как будто он просто не слышал ее.
Она, наверно, даже была бы невероятно шокирована, если бы Натан смог ответить. Она опустилась на колени и поцеловала Натана в губы, там, где его лицо было видно между лопнувшей грудной клеткой шлюхи. Одна грудь, пропитанная кровью, провалилась ему на лицо.
Bсе еще касаясь губами его губ, Глория прошептала ему:
- Все еще думаешь, что я великолепна?
Слезы текли по ее щекам на его безжизненное лицо.
Влад выглядел ошеломленным. Он провел ладонью по лицу и поднял брови.
- Вот черт, - пробормотал он. - Я думаю,
Глория слезла с кровати и подошла к Владу. Она вытерла последние слезы с глаз и смахнула их, а вместе с ними и свою последнюю связь с человечеством.
- У нас много работы.
Влад, очевидно, знал, что произошел сдвиг, и он легко согласился c этим новым порядкoм. Глория понимала, что для него - это просто новая возможность воспользоваться ею, как только он поймет, как это сделать. Но теперь главной была Глория.
Влад кивнул.
- Да. Но что именно ты имеешь в виду?
Глория улыбнулась.
Часть VIII
Их был легион; тысячи сбитых с толку, потерянных душ ждали указаний. Через интернет наблюдая, как Влад снимает все происходящее и транслирует его по всему миру; ждали сотни тысяч - миллионы. Они сидели в своих спальнях поодиночке, парами или втроем. На вечеринках собирались группы, чтобы посмотреть на неё. В Японии, России, Германии, Швеции и других странах стадионы и концертные арены были заполнены людьми, смотрящими на гигантские экраны.
Глория стала знаменитостью благодаря Владу. Ее религия была самой быстрорастущей в мире, и она была ее духовным лидером. Все началось с того, что молодая пара транслировала секс по веб-камере, а затем их совместное самоубийство во имя Глории после достижения оргазма: перерезание сонных артерий друг друга и кровотечение во время коитуса, все тщательно спланированное и организованное Владом. Это породило подражателей. Парочки трахались на камеру, потом стреляли друг в друга, кололи друг друга, принимали снотворное, передозировались героином - все во имя Глории, и каждая смерть распространялась в “живом цвете” в интернете.
Тогда Влад поднял ставку, организовав первую вечеринку самоубийц. Пришло больше сотни подростков. Массовая оргия, которую наблюдали тысячи людей по всему миру, закончилась кровавой бойней, когда среди участников вечеринки раздавали ножи, и кровь проливалась во славу Глории.
За ней последовали другие. Гораздо большие. Это стало всемирной эпидемией секса и смерти. После каждого события Глория выходила в интернет, чтобы сделать заявление, восхваляя самоубийц за их преданность и обещая им бесконечные награды в загробной жизни, где она поклялась скоро присоединится к ним. Это стало жить своей собственной жизнью. Вскоре из всех стран стали появляться ролики, показывающие подобные оргии/самоубийства ради Глории - как и говорил Влад. И Глория хвалила каждого из них в пламенных речах, написанных Владом, все лучше и лучше справляясь c доставкой душ в Ад, доводя своих последователей до исступления и вдохновляя больше секса/самоубийств. Кульминацией всего этого стал массовый Исход, как любил называть его Влад. Потерянные и проклятые со всего мира прислушались к ее призыву. Полночь. Хэллоуин. Банально, но, как уверял ее Влад, люди любят фамильярность. Они любят свои ритуалы и традиции. Вот почему Рождество и Пасха отмечались во время зимнего и летнего солнцестояний, в языческие праздники. Близкие друг другу. Традиции.
Ее последователи были повсюду, собравшись перед ней. Во всем мире. В ожидании. И Глория была на месте, чтобы направлять их, наставлять. Привести их. Она все еще чувствовала себя такой потерянной. Она не была уверена, что произойдет, когда она вернется в Aд. Влад вел себя уверенно, но она также не была уверена, что он знает, что произойдет. Она придумывала всё это на ходу, следуя своим инстинктам и своему гневу. Но это не имело значения. Они слепо последуют за ней. Они любили ее. Они называли ее Богиней. Она была, по крайней мере, хорошей суррогатной матерью. По крайней мере, она
Они последуют за ней на край света и Aда. И Глории показалось, что многие из них понятия не имеют, насколько все это будет буквально.
- Ты превзошла самые смелые ожидания Xозяев, - сказал Влад. - Они в восторге.
- Ты же знаешь, что я не вернусь туда к ним.
- О, но ты будешь вознаграждена. Ты будешь щедро вознаграждена за все, что сделала.
Влад не был дураком. Злым, мелочным, жадным, но не глупым.
Она была уверена, что он знает, что она задумала. Он просто хотел услышать, как она это скажет. Как только это будет произнесено вслух, пути назад уже не будет.
- Мне от них ничего не нужно. Я забираю все это.
Влад сверкнул своей акульей ухмылкой.
- Все?
- Я больше не собираюсь быть жертвой. Я больше никому не позволю себя контролировать. Ни тебе. Ни им. Даже Богу. Я забираю все это. И ты поможешь мне.
- О, Глория. Ты же понимаешь, что это не входило в мои планы.
- Планы меняются, - сказала она. - Я знаю, в чем заключается моя миссия, но я должна это сделать. Если ты не со мной, тогда ты знаешь, что случится с тобой, если я добьюсь успеха. Все те люди, которые отправились в Aд за мной, уже ждут и говорят с другими о моем приходе, делая больше обращенных. Просто, как я сказала им. И когда я приду туда с миллионом душ, поддерживающих меня, это будет как Bторое Пришествие. Весь Aд склонится передо мной.
Влад все еще улыбался, все еще просчитывая варианты.
- Конечно, я всегда буду тебе предан. Я надеюсь, что все получится так, как ты задумала.
Улыбка Влада беспокоилa Глорию. Было в этом что-то такое, будто он знал что-то, чего не говорил. Что-то жизненно важное, что-то, что может все изменить. Но Влад был мошенником, и никогда нельзя было понять, когда он блефует. На этот раз Глория была уверена, что его руки пусты.
Влад был восприимчив к ее идеям, потому что они включали и его. Потому что они означали бы великую силу для обоих. И поскольку он был, по общему признанию, оппортунистическим ублюдком, он был готов попробовать все, что угодно. Конечно, неудача означала бы вечность страданий, но что в этом было нового? Этот извращенец давно научился наслаждаться адскими муками. А она по крайней мере научилась их терпеть.
Толпа уже переросла маленькую церковь, и посреди ночи Глория повела их всех в оркестровую зону Центрального парка. Там они выставили часовых по периметру, приветствуя новых прихожан и отталкивая протестующих и тех, кто пытался остановить грядущую резню. Любой желающий мог присоединиться к ним, но несколько нищих, отставших или несчастных ночных бегунов, которые оказались более любопытными ловкачами, чем верными последователями, были втянуты и вынуждены участвовать, хотели они того или нет. Как только вы вошли, выхода уже не было.