Рене Ахдие – Ярость и рассвет (страница 9)

В таком здании легко было заблудиться.

– Как попасть во двор? – спросила Шахразада у Деспины после того, как вся процессия проблуждала по сверкающим коридорам почти полчаса.

Служанка задумчиво склонила голову набок, но все же ответила:

– Кажется, действительно никто не отдавал приказа не выпускать вас наружу.

Шахразада сдержала первое побуждение отпустить язвительный комментарий на этот выпад и молча последовала за Деспиной, которая свернула в правый коридор. Воин шагал рядом с подопечной. Его осанка казалась такой же непримиримой и жесткой, как и выражение лица. Через несколько минут шествия в полной тишине они очутились в открытой галерее с рядом арочных двустворчатых дверей, ведущих наружу.

Слуга распахнул одну из створок, и Шахразада прошла во внутренний двор, который располагался каскадом, как ступени громадной лестницы. Первый ярус был засажен цветущими деревьями. В дальнем конце находился изысканный птичник, со всех сторон окруженный декоративными резными решетками из дерева акации. Их покрывал тонкий слой белой краски, а крепления были выполнены из полированной бронзы. Сквозь гранитную плитку из земли пробивалась зеленая трава.

Шахразада решительно зашагала дальше мимо вольера, бросив взгляд на пеструю стаю певчих птиц, порхающих внутри: соловьев, щеглов, жаворонков, канареек…

Внезапно ее внимание привлек громкий крик. Обернувшись, она увидела павлина, который с важным видом прохаживался по лужайке. Его распущенный веером хвост блестел в лучах солнца всеми оттенками малахита и золота.

Заметив Шахразаду, павлин тут же сложил оперение и поспешил прочь.

– Такой высокомерный и такой пугливый, – рассмеялась она.

– Вы о ком? – поинтересовалась Деспина. Когда же собеседница не ответила, уточнила: – Неужто речь о мужчинах?

Шахразада молча покачала головой и продолжила путь, пока не добралась до каменных ступеней, ведущих на следующий ярус. Здесь росло много плодовых деревьев. Зеленый инжир свисал с веток, ожидая своего часа. Апельсины же были усеяны белыми цветками, испускавшими нежный аромат.

Шахразада миновала их, лишь на мгновение замедлив шаг, чтобы вдохнуть приятный запах.

– Что вы пытаетесь отыскать? – с легким подозрением спросила Деспина, наблюдая за ней, однако снова не получила ответа от госпожи, которая заслонила ладонью от солнца глаза и принялась всматриваться в покрытый песком и камнем ярус, лежавший ниже. – Если вы поведаете о своих планах, я могла бы помочь, – предложила служанка.

– Я ничего не планирую. Просто хочу найти кое-что.

– И что же?

– Служанку, которая не будет задавать так много вопросов.

Деспина усмехнулась и последовала за Шахразадой. Та уже торопливо сбегала по последнему пролету лестницы на плиты нижнего яруса, направляясь к выходу.

Воин что-то неодобрительно проворчал, из чего его подопечная заключила, что он все же не немой.

– Не думаю, что вам позволено здесь находиться, – громко предупредила Деспина.

– Ты говорила, что мне можно ходить где угодно в сопровождении Воина, – напомнила Шахразада.

– Вряд ли кто-то предполагал, что вы забредете на тренировочную площадку.

Однако слова служанки пропали даром: юная госпожа уже разглядывала толпу мужчин, которые самозабвенно упражнялись с различным оружием, оттачивая мастерство. В воздухе мелькали сабли, летали брошенные в мишень копья, блестели на солнце смертоносные лезвия топоров-табарзинов.

Однако одного человека Шахразада так и не обнаружила.

– Вы ищете халифа? – догадалась Деспина.

– Нет, – отмахнулась собеседница, размышляя, что звание одного из лучших фехтовальщиков зарабатывает лишь тот, кто постоянно тренируется, а значит, он обязательно появится здесь.

Шахразада должна была изучить сильные и слабые стороны противника, чтобы уничтожить его.

– Так я и поверила, – ухмыльнулась служанка.

– На самом деле я пришла, чтобы… – Глаза девушки блуждали по площадке, пока не наткнулись на знакомый предмет. – Чтобы научиться стрелять из лука.

– Что?! – воскликнула Деспина.

Изображая полнейшее невежество, Шахразада направилась к стойке с оружием.

Воин заступил дорогу, ониксовые глаза предостерегающе вспыхнули.

– Научишь меня стрелять? Мне всегда очень хотелось уметь обращаться с луком и стрелами, – набравшись смелости, спросила Шахразада, отвечая на враждебный взгляд великана.

Тот лишь молча покачал головой.

– Ну пожалуйста, – надув губы, протянула девушка. – Со мной ничего не случится. Кроме того, завтра я уже перестану тебя обременять. И всего-то прошу исполнить маленькое желание.

– Возможно, он переживает не за тебя, – язвительно предположила Деспина.

Шахразада попыталась обогнуть великана, но тот сделал шаг в сторону, заграждая ей путь.

– Ну почему ты такой несговорчивый, – недовольно произнесла девушка, поджимая губы.

– Это его обычное состояние, – последовал комментарий из-за ее спины, высказанный глубоким мужским голосом.

Деспина и Шахразада обернулись. На них пристально смотрел юноша с копной медно-каштановых волос и приветливым, располагающим лицом.

Воин напрягся.

– Возможно, я сумею чем-нибудь помочь? – с ухмылкой предложил незнакомец.

– Была бы крайне признательна, – ослепительно улыбнулась Шахразада. – Я…

– Я знаю, кто вы такая, госпожа. Полагаю, на данный момент всем во дворце это известно. – Карие глаза юноши озорно сверкнули, и он подмигнул Деспине.

Та отвела взгляд и залилась румянцем.

«Дамский угодник», – пришла к выводу Шахразада, вслух же любезно произнесла:

– Тогда вы обладаете передо мной преимуществом.

– Меня зовут Джалал. – Юноша склонил голову, прикасаясь кончиками пальцев ко лбу.

– Капитан дворцовой стражи и сын главного генерала – шахрбана Арефа аль-Хури, – добавила Деспина официальным тоном.

– Не позволяйте этим званиям ввести вас в заблуждение, госпожа. При дворе со мной не особенно считаются, несмотря на высокий титул отца.

– Значит, мы оба обладаем подобным жалким статусом: я тоже не являюсь сколько-нибудь значительной фигурой, – вздохнула Шахразада.

– Сомневаюсь, моя госпожа, – не согласился Джалал с широкой улыбкой, которая осветила и без того приветливое лицо. – Очень в этом сомневаюсь.

Воин снова недовольно хмыкнул. Этот раздраженный звук вернул Шахразаду к насущному вопросу.

– Могли бы вы оказать мне любезность и научить стрелять из лука, капитан аль-Хури? – спросила она.

– С несколькими условиями. Во-первых, вы оставите в стороне формальности и будете звать меня просто Джалал. Во-вторых, Халид не должен узнать о моей роли в этой эскападе.

«Халид? Он обращается к халифу по имени?» – удивилась Шахразада про себя, вслух же произнесла:

– Я принимаю условия. С превеликим удовольствием. Взамен на ответную любезность. По обоим пунктам.

– Тогда следуйте за мной, Джалал, – улыбнулся молодой капитан, заговорщически наклоняясь к собеседнице, заставив ее рассмеяться.

– Это плохая затея, – предупредила Деспина, складывая руки на груди и меряя взглядом озорное лицо Джалала.

– Для кого? Для тебя или для меня? – отмахнулась Шахразада. – Мне лично очень нравится идея провести последний день своей жизни, занимаясь теми вещами, о которых я всегда мечтала.

Служанка покорно вздохнула и поплелась следом за госпожой и молодым капитаном. Воин топал позади, источая неодобрение и раздражение, несмотря на многозначительные взгляды, которые с укоризной кидал на него Джалал.

Вскоре они остановились возле стойки с луками. Рядом, на железной балке, висело несколько колчанов. Торчавшее из них оперение стрел было выкрашено в разные цвета. Шахразада вытащила одну из них, с затупленным наконечником для тренировки, и, приложив все усилия, чтобы выглядеть безразлично, слегка согнула древко. Оно оказалось не особенно гибким.

– Вы уже стреляли из лука раньше? – поинтересовался Джалал, наблюдая за действиями девушки с проницательностью, удивительной для человека, казавшегося настолько беспечным.

– Нет, – отозвалась она, стараясь, чтобы голос звучал легкомысленно.

– Позволите поинтересоваться, что тогда вы делали?