Рене Ахдие – Красавица (страница 22)
Селина чувствовала, что он близок к тому, чтобы согласиться. Неужели это и правда оказалось так легко?
Детектив Гримальди подался вперед. Ближе, почти что слишком близко.
– Знаете, – начал он тихо и нежно, – вы очень красивая девушка. Может, даже самая красивая из всех, кого я встречал.
Селина моргнула. Затем легкомысленно засмеялась.
– Спасибо, детектив Гримальди.
– На самом деле… возможно, вы слишком прекрасны, с чем вам не повезло, – пробормотал он.
– Что, простите?
Он склонился над ее правым ухом.
– Присядьте, – сказал он ей, – пока вы не выставили себя на посмешище еще больше.
Гнев вспыхнул в душе Селины, ее бросило в жар и холод одновременно.
– Как вы смеете…
Юный детектив повернулся к ней спиной до того, как она успела закончить свою оскорбительную фразу. На этот раз ей не удалось проигнорировать смешок, который в очередной раз издал усатый Найджел, не удалось проигнорировать и веселый огонек во взгляде Арджуна, направленном в ее сторону. Селина не могла заставить себя посмотреть на Бастьяна, хотя очень хотела рассерженно покоситься на него, стоящего молча рядом, занимающего слишком много бесценного места.
Бастьян подоспел на защиту Пиппе. Почему же он не помог Селине?
В ту же самую секунду, словно услышав мысленный крик о помощи Селины, Пиппа вскочила на ноги, шурша подолом своего платья.
– Детектив Гримальди, я любезно прошу вас не забывать, что здесь присутствуют дамы. – Ее голос дрогнул на последнем слове, но руки, опущенные по бокам, сжались в кулаки. – Более того, я попрошу вас проводить свой опрос в ускоренной манере. Мы ждем здесь уже достаточно долгое время, и, скорее всего, мать-настоятельница урсулинского монастыря не будет рада нашему позднему возвращению.
Детектив Гримальди крутанулся на пятках.
– Вы проживаете в монастыре? – сначала он посмотрел на Селину, ожидая ответа. Она прикусила язык, отказываясь отвечать, чувство стыда все еще жгло ее вены.
– Да, – отозвалась Пиппа, гордо сделав шаг ближе к Селине. – Проживаем. – Она вдохнула через нос. – Как и… – сглотнула, – проживала и Анабель.
– Анабель? – Он вопросительно уставился на Пиппу.
– Молодая девушка, которая сегодня покинула этот мир, – тихо объяснила Селина.
Майкл Гримальди уставился на нее на мгновение, прежде чем кивнуть.
– Тогда получается, вы знали эту бедную девушку?
Руки Селины тоже сжались в кулаки, и ногти вонзились в ладони.
– Да. Она была одна из нас. Одна из семерых девушек, которые недавно поселились в монастыре. Ее звали Анабель… – Она взглянула на Пиппу.
– Стюарт, – сказала Пиппа дрожащим голосом. – Анабель Стюарт из Эдинбурга.
– Понимаю, – задумался детектив. – Мисс Стюарт пришла сегодня сюда с вами?
Пиппа бросила косой взгляд на Селину.
– Ну…
– Мы не знали, что она отправилась за нами, – сказала Селина, будучи не в силах больше гневаться. Теперь, когда Пиппа сказала, что они были знакомы, лучше уж рассказать всю правду сразу, а не оттягивать и ждать, пока детектив заставит их во всем признаться.
Хотя Селина была бы не прочь посмотреть, как он будет пытаться.
И снова чувство вины сдавило ей горло. Как она может наслаждаться тем, чтобы стоять на пути у юного детектива, которому поручили задачу наказать негодяев, погубивших Анабель? В конце концов, Селина отчасти тоже была виновата в том, что случилось сегодняшним вечером.
То, о чем она размышляла ранее, тот момент, когда она поняла, что вечно принимает неверные решения, заставил ее содрогнуться. Даже тогда она понимала, что пожалеет о своих поступках, хотя ни за что бы не подумала, что результат будет так ужасен. Селина ненавидела это чувство в своей душе. Оно походило на палку в колесе, из-за которой у нее не было власти над своей судьбой.
Лучше уж быть кем угодно другим.
Призраком в ночи, что повелевает всеми вокруг без слов.
В эту самую минуту Селине показалось, она догадывается, каково это – быть монстром. Совершать жуткие поступки. Желать, чтобы жуткие вещи происходили в мире.
Пировать в ночи.
– Мисс? – громко произнес детектив Гримальди, точно уже несколько раз пытался привлечь внимание Селины.
Она тряхнула головой, приказывая своим мчащимся мыслям остановиться.
– Селина? – шепнула Пиппа рядом с ней. – Детектив задал тебе вопрос. – Она опустила глаза, ища руку Селины, и сжала ту в своей ладони, как бессловесное напоминание, что каждая из них не одна в этой беде, и неважно, что произойдет дальше. Это придало им обеим сил больше, чем когда-либо.
Детектив Гримальди вглядывался в лицо Селины, в его бледных, почти что бесцветных глазах, зарождалось недовольство.
– Вы знаете, почему мисс Стюарт отправилась следом за вами без вашего ведома?
– Мне неведомы чьи-либо мысли, кроме своих собственных, детектив Гримальди.
– И то верно. – Он сделал паузу. – Но, возможно… – сделал шаг ближе, нависая над Селиной всем своим высоким ростом, – вы удостоите меня такой чести всего на мгновение.
Недоверчивость исказила черты лица Селины. Что за нахальство со стороны этого молодого человека – просить что-либо у нее после того, как высмеял у всех на глазах!
– Конечно, детектив Гримальди, – ответила она сквозь стиснутые зубы. – Буду рада вам помочь.
– Замечательно, – сказал он равнодушно. В следующий миг выражение его лица поменялось, посуровев. Он показался даже выше, чем был, и, точно немая угроза, его грудь выпятилась вперед. – Я должен попросить вас отвечать честно на мои вопросы, без каких-либо промедлений, иначе мне придется воспользоваться своими служебными полномочиями и…
– Хватит, Майкл. – Слова Бастьяна прозвучали как угрожающий шепот.
«Наконец-то», – мысленно прорычала Селина. Люцифер наконец-таки соизволил протянуть ей руку помощи.
Бастьян прошел мимо Селины, почти коснувшись ее плечом, и встал перед Майклом Гримальди, слишком близко, чтобы назвать расстояние комфортным, представ перед тем лицом к лицу.
Детектив Гримальди отпрянул назад. Злое удовлетворение затеплилось в груди Селины. Как же ей хотелось обладать такой силой, быть способной напугать кого-то одним лишь своим присутствием. Побывать в шкуре Бастьяна, прожить в ней хотя бы часок. Узнать это чувство, эту силу.
– Как Селина уже сказала, ни она, ни мисс Монтроуз не знали о помыслах мисс Стюарт, а значит, могут лишь догадываться о причинах, по которым та отправилась следом за ними, – продолжил Бастьян спокойным тоном. – Любые дальнейшие вопросы с вашей стороны будут расценены как намек на то, что вы подозреваете девушку во лжи.
Детектив быстро кивнул.
– Что всего лишь более вежливый способ сказать, что девушка лгунья.
У Бастьяна свело скулы.
– Вы так и не уяснили свой урок.
– А вы все еще считаете себя рыцарем в сверкающих доспехах. Неким темным принцем, – усмехнулся детектив. – Желаете снова вызвать меня на дуэль? Пистолеты на рассвете или же сабли на площади?
– Зависит от того, – Бастьян сделал паузу, – будете ли вы снова умолять своего кузена вас спасти.
Гнев мелькнул на лице детектива Гримальди.
– Ну хорошо. Я разделаюсь с формальностями. – Он повернулся ко всем присутствующим, его голос разнесся эхом, отражаясь от панелей на стенах: – Каждый находящийся здесь является потенциальным подозреваемым в убийстве. Каждый из вас может мне лгать. – Его губы сложились в усмешку. – По правде сказать, я не жду ничего иного. Знайте, что я не отступлю, пока не узнаю правду. Львиные Чертоги обладают не большей властью, чем городская полиция Нового Орлеана, несмотря на слухи, которые вас окружают. Как слуга закона я имею полное право принимать любые необходимые действия, чтобы выяснить, почему эта юная дама обнаружена мертвой, а ее тело обескровлено.
При упоминании этого у Селины похолодело в сердце и горло свело.
– Кто-то… выкачал из тела Анабель всю кровь?
Повернувшись к ней, детектив кивнул.
– И использовал эту кровь, чтобы начертить математический символ рядом с ее телом.
– На самом деле я сомневаюсь, что этот символ имеет какое-либо отношение к математике, – сказала Селина, осознание этого придало сил ее голосу. – Куда логичнее предположить, что это буква или какой-то знак. – Сила иного рода наполнила ее. Такая, которой она не испытывала прежде. – Может, даже из какого-то древнего писания.
Брови детектива Гримальди взмыли вверх, прежде чем он успел стереть с лица все эмоции.